Мастер светлых артефактов (СИ) - Даниленков Алексей - Страница 40

— Так вот, — продолжил ректор, — в этом году срок решили увеличить до шести месяцев.

— Зачем?

— Княжич посетовал на низкое качество бытовых артефактов в дилижансах и железнодорожных вагонах и попенял на недостаточную подготовку наших выпускников.

— Можно подумать, он когда-нибудь ездил в этих вагонах и дилижансах.

— Он — нет, — согласно кивнул ректор.

— Опять этой шлю… Наттер заняться нечем. — Эдера не удержалась и скривилась. — Мало мне было «слишком ограниченного выбора ароматных масел для тела»? Как будто этим должны заниматься мы, а не гильдейские школы.

— Дело еще и в том, что мастер Бремер будет отсутствовать не менее пяти месяцев по семейным обстоятельствам. В общем, в этом году вместо обычного студента-третьекурсника мы запросили артефактора.

— Хотите повесить на темного факультативный курс артефакторики, а самого темного на меня? — догадалась Эдера.

— Именно так.

— Нет! — Она встала. — У меня нет никакого желания отмахиваться от приставаний молодого цверга или разнимать гоблина и местных гарпий.

— Успокойтесь, аст Глетчер. Во-первых, я не думаю, что на такой долгий срок нам пришлют кого-то из цвергов или гоблинов — не дураки же темные в конце концов. А во-вторых… — ректор открыл ящик стола, достал оттуда деревянную коробочку с новеньким шариком связи и подвинул к ней, — это облегчит вам работу. Еще я увеличу ваш оклад на пять асов. А после отъезда темного вы получите разрешение на охоту в Западном лесу.

Эдера заколебалась. Ректор знал на что давить — очередь на получение личного артефакта связи двигалась едва ли по паре разумных в месяц, прибавка к жалованию тоже была весьма неплохой, а уж за возможность поохотиться в заповеднике она, вынужденная почти весь год жить в городе, согласилась бы на многое, но…

— Нет. Даже если я брошу оранжереи и буду водить темного везде за ручку, его все равно через месяц кто-нибудь вызовет на дуэль. Поручите это кому-нибудь из бытовиков. А еще лучше магистру боевой магии.

— Аст, вы ведь понимаете, что магистр сам вызовет его уже на третий день, а сильный бытовик на десятый. Поручать же темного кому-то из рунологов бесполезно — потеряем сразу обоих. Остаетесь только вы. Давайте так, я увеличу ваше жалование на шесть асов, а разрешение на охоту вам подпишут уже сегодня.

— Хорошо, — сдалась Эдера и взяла со стола коробочку.

И лишь вечером, доедая свежепойманную молодую куропатку, она вспомнила о ежегодном мероприятии, в котором темному наверняка придется участвовать, если этот артефактор до него, конечно, доживет.

Соня оглядела доставшееся ей за счет казны отдельное купе, поставила чемодан в угол и упала на диван. Час спустя раздалось шипение и грохот, и поезд тронулся.

До самого вечера она так и пролежала, глядя в потолок. Когда за окном окончательно стемнело, Соня встала, зажгла лампу и, достав тетради и справочники, взялась за расчеты.

От работы ее отвлек скрип тормозов — поезд прибыл к границе. Через полчаса в купе постучали. Соня поднялась и открыла дверь.

— Ваши… — пожилой цверг в мундире чиновника удивленно посмотрел на нее, — документы.

Соня молча протянула ему тубус. Цверг развернул первый свиток, пробежал глазами по тексту, посмотрел на нее, на свиток, снова на нее, покачал головой и вернул документы.

— Удачной поездки, — пробормотал он и вышел из купе. — Хитро придумали, — услышала Соня из-за закрывающейся двери.

Через час поезд тронулся, затем вновь встал, но уже у пограничной заставы светлых, ярко освещенной плавающими в воздухе светляками. Проверка документов повторилась, с той лишь разницей, что предъявлять их пришлось человеку в явно военном мундире. Внимательно прочитав оба свитка, он потребовал показать кольцо риттера, приложил палец к обсидиановому треугольнику, считывая впечатанный в него образ Сони, что-то прошипел про хитрозадых темных и вышел из купе.

Здесь поезд задержался почти до утра — торговцы заключали сделки, передавали под опись товары, что-то перегружали из вагона в вагон. По коридору протопали шаги и хлопнула дверь — кто-то из светлых занял соседнее купе. Дальнейший путь прошел без происшествий.

В Шейнт поезд прибыл около двух часов дня. Соня неспеша собралась, убрала указ о присвоении титула в чемодан, вышла из вагона и осмотрелась. Местный вокзал больше напоминал тот, что она видела в Вирейском баронстве — одноэтажное приземистое здание и всего три перрона под навесами. Зато перед зданием была огромная площадь, по краям которой стояло множество разнообразных конных повозок. Из соседнего вагона выходили те, кто сменил владельцев груза на границе, а чуть в стороне невысокая дриада ругалась с широкоплечим гномом в темно-сером сюртуке.

— Аст, еще раз вам повторяю: я принимал поезд на границе, и никакого темного в нем не было, — в голосе гнома слышалась усталость.

— Ну не по дороге же он выскочил! — возмущалась дриада.

Соня состроила на лице холодное выражение и шагнула к ним.

Эдера стояла на вокзале и удивленно разглядывала подъезжающий к перрону поезд из десятка грузовых и пары пассажирских вагонов. С минуту она пыталась сообразить, почему локомотив так сильно чадит, пока не вспомнила рассказ знакомого гнома-механика о «пароходах», у которых колеса вращаются силой пара, нагретого без всякой магии, поэтому их используют торговцы для перевозки товаров между светлыми и темными землями.

Поезд остановился, и Эдера отправилась к пассажирским вагонам. Прошлась вдоль первого, потом вдоль второго, но ни в вагонах, ни среди выходящих из них пассажиров она так и не почувствовала темного. Да и не заметить среди пары десятков разумных демона, цверга или гоблина было сложно. Тогда она разыскала начальника поезда, но тот заявил, что никакого темного в поезде не было. Эдера показала ему приказ ректора и пригрозила расследованием, но гном лишь повторял, что абсолютно все пассажиры поезда — светлые.

— Кажется, вы ждете меня, аст, — раздалось из-за ее спины.

Эдера развернулась. Перед ней стояла невысокая человечка в тонких брюках, легкой куртке и с большим розовым чемоданом на колесиках. И эта человечка была светлой.

— Я Соня Мист, — представилась человечка и протянула ей тубус, — артефактор из Сомбрии.

Эдера недоверчиво оглядела девушку, взяла тубус и достала из него свиток. Развернула и пробежала глазами текст. Почувствовала, как глаза округляются и перечитала свиток снова. Ничего не изменилось — если верить документу, то перед ней стояла выпускница пятого курса факультета артефакторики Сомбрийского Королевского Университета. И не просто выпускница, а подданная Сомбрии. Светлая магичка — подданная темного королевства!

— Тут сказано, что ты подданная Сомбрии. — Она вернула девушке свиток и тубус.

— Если бы это было не так, то меня не смогли бы отправить сюда, не так ли, аст? — Человечка убрала свиток в тубус и вернула его в сумку.

До Эдеры потихоньку стал доходить смысл того, что провернули темные. Не сдержавшись, она выругалась.

— Я не очень понимаю ваше возмущение, аст. — Девушка чуть склонила голову набок. — Княжество хотело получить артефактора? Княжество получило артефактора. Или на самом деле вам нужен был именно темный маг? В таком случае я хотела бы получить официальный отказ, чтоб иметь возможность вернуться в Сомбрию.

— Да нет. Просто…

Эдера задумалась: «А ведь действительно… Если эта человечка знает хотя бы половину от того, что положено темным артефакторам, то справиться с чтением лекций она сможет. И проблем меньше — не нужно сдерживать раздражение от присутствующего рядом темного, следить за наличием у него запаса сил, да и на дуэль такую бездарность вряд ли кто-то вызовет».

Представив, какое выражение будет на лице ректора, когда она приведет к нему этого «темного артефактора», Эдера улыбнулась. Девушка вздрогнула.

— Что-то не так?

— Извините, аст, просто я второй раз в жизни встречаю дриаду и еще не привыкла к некоторым особенностям вашей внешности.