Селфи на балконе (СИ) - Снатёнкова Алёна - Страница 35

На слове «взмахни», он так удивленно глаза вылупил, что мне его по голове стукнуть захотелось, за мыслишки извращенские. Но, как обычно, сдержалась. Мне его голова сейчас ой, как нужна.

— Без понятия.

Э-э-э.

Это и есть ответ?

А, может, как раз легкий удар тапком по темечку поможет вспомнить карту города?

Кто, вообще, здесь коренной житель? У кого прописка имеется?

Блин, и ведь не наедешь на него за это. Хотя..

— У тебя есть время проложить маршрут, пока я зубы буду чистить. Давай. — Проходя мимо него, хотела мотивирующее в плечо его толкнуть, но запереживала, что он грохнется, полотенце распадется, и мои наивные глазки увидят то, что видеть не должны. — А то опоздаю и внаглую поселюсь у тебя на балконе. Оно тебе надо?

Барин сделал вид, что задумался.

Но потом, гад, глядя мне прямо в глаза, взял и заново подвязал полотенце потуже.

Ей, да у меня испарина за секунду на лбу появилась, тут же испарилась, и снова вылезла, прихватив всех своих водяных родственников.

На глаза, словно тонну металла кинули, и мне приходиться сопротивляться, бороться с этой тяжестью, которая хочет заставить меня вниз посмотреть.

Держись, Туська.

Ты сильная.

Ты сможешь.

Ой, не смогу.

Сможешь!!!

— Собирайся. Сам отвезу.

Спасибо, Корнеев. Я только хотела сдаться, чтобы посмотреть на твой легендарный новый узел.

Спас, добрый молодец, ты девчушку от позора вселенского.

— Это ты отлично придумал. — Ну, я ж не дура, чтобы отказываться в такой-то ситуации. — Убежала.

Драпанула так, что, наверно, на ламинате остался след от моих лап.

— А, вообще, я голым ходить люблю. — Уже в спину услышала его ржущий голос.

— Вот и зря. Застынешь, потом всё. Кирдык. Наследников не дождешься.

И пока в меня не полетела граната, скрываюсь за дверью.

Блин, главное, чтобы картинка голого Корнеева не засела мне глубоко в голову. Нечего и так шаткое воображение всякой фигней тревожить.

К моему огромному счастью, сегодня выходной, пробок нет, а барин гонит так, будто за нами псих с бензопилой несётся. До баррикадной мы доезжаем быстро, и даже еще пять минут я сижу с ним в машине, пальцами приглаживая волосы.

Все-таки встреча важная. А первое впечатление самое решающее. Мы вон, когда с Викой ходили знакомиться с нашей бывшей хозяйкой, то Звягина в джинсах ходила, и без килограммовой штукатурки. Всё переживала, что её в короткой юбке и с глубоким декольте не за ту примут. И отправят далеко-далеко, по известному в народе адресу.

Смотрю на телефон.

Время.

Пора.

Мне еще на пятый этаж подниматься, а тут без лифта.

Открываю дверь, и Корнеев делает то же самое.

— Ты куда? — вырывается из меня.

— Да хочу посмотреть, в какие хоромы тебе привез.

Эй, нет, парень.

Даже не вздумай.

— Корнеев, да ты чего? Там бабулька старая, она меня и за порог не пустит, если увидит, что я с мужиком каким-то пришла.

Придумал же.

Барин, вообще, в курсе, что пожилые бабули делят молодежь только на две категории: на куртизанок, господи, сказала же, и на тех, кого можно в аптеку за валидолом отправить.

А я как раз та, которая может стать другом местного фармацевта.

И нечего мне тут репутацию портить видом своим самоуверенным.

— Побуду твоим младшим братом. — ой, как смешно. — Ты жила с той чокнутой. Вывод один, в людях разбираешься так же, как я в выборе ананасов в магазине. То есть — никак. На правах мускулистой феи крестной я должен знать, куда протеже свою перевожу.

Какие мы умные.

Аж, бесит.

— Дядя. Если она спросит, ты мой не самый любимый дядя. — Оглядываю старенький дом, и пытаюсь угадать по окнам квартиру.

— Зато она всем потом рассказывать будет, какой красавчик заходил к ней в гости. Может, квартплату снизит.

Кажется мне, что ничем хорошим этот поход на пятый этаж не закончится. И ведь головой понимаю, что отвязаться от парня не смогу. Красавчик уже намылился покорять новую крепость.

Хотя, девки на него ведутся. Может, он и бабуля очарует?

Это нормально, что мы под дверью стоим минут пять, а нам никто не открывает? Нет, ненормально.

Неужели ее дома нет?

Или комнату уже сдали?

Черт. Ноготь так в рот и просится, чтобы я его сгрызла от нервов.

Еще раз нажимаю на звонок, и слышу за дверью шоркающие, тихие шаги. Деревяшка открывается, и перед нашими глазами появляется баба-яга без ступа и метлы.

— ВЫ КТО!?

Я чуть не оглохла от этого крика на весь подъезд. Корнеев так, вообще, поморщился.

— Я Наталья. Звонила вам по поводу квартиры.

— ЧЕГО? ГРОМЧЕ ГОВОРИТЕ. ВАМ КОГО?

— В ухо ей кричи. — советует барин, улыбаясь бабульке, словно он ей зубную пасту пытается втюхать.

— Я вам по поводу комнаты звонила.

Ору, а куда деваться?

Странно. Мы ведь по телефону разговаривали и все нормально было. Ну, никто в динамик не кричал, и мне голос повышать не приходилось. А тут прям…

Женщина немного прикрывает дверь, и остается видна только ее голова в платке.

— Я тебе на новоселье рупор подарю. — долетает до меня голос Корнейчика, и я недолго думаю, на ногу ему наступаю.

— ПОКУПАТЬ НИЧЕГО НЕ БУДУ. - продолжает орать старушка.

Корнеев сдвигает меня с места, и сам к ней подходит, наклоняя голову.

— КОМНАТУ СДАЁТЕ?

Ой, услышала, кажется.

— ТАК БЫ СРАЗУ И СКАЗАЛИ. ПРОХОДИТЕ!!!

Корнеев заскочил первым. Я перед этим еще несколько раз тяжело вздохнула, прежде чем за порогом оказаться.

— Слушай, ну, с соседками тебе точно не везёт.

Спасибо.

Поддержал, блин.

Иду за бабулькой, а сама еле ногами передвигаю, будто не по линолеуму шаркаю, а по полю минному.

Здесь холодно.

И мрачно.

Стены так давят, словно не квартира, а склеп какой-то.

— ТАК! СВЕТ ДО ДЕСЯТИ ВЕЧЕРА, ПОТОМ ВЫКЛЮЧАЕМ. — Важно продолжает кричать женщина, не оборачиваясь к нам. — ВОДУ ЗРЯ НЕ СЛИВАЕМ. НЫНЧЕ ОДИН КУБОМЕТР. ПОЧТИ КАК МОЯ ПЕНСИЯ СТОИТ. НА КУХНЮ ВСЁ СВОИ НЕСИ. ТЕРПЕТЬ НЕ МОГУ, КОГДА МОИМ ПОЛЬЗУЮТСЯ.

— Ну, с этим точно проблем не будет, сковородками вся комната моя забита. — Гримасничает Корнеев над моим ухом.

Молодец, парень.

Хоть ему весело сейчас.

— ПАРНЕЙ НЕ ВОДИТЬ. - продолжает она, потом резко для своего возраста и походки оборачивается к нам, прожигая дыру в грудной клетке барина. Ну, вот. Знала же, что на этого красавчика не все ведутся. Сталинская закалка не даст бабуле, попасть под чары павлина.

— Я дядя. — выставляет руки вперед парень, и всем своим видом показывает, мол, да вы что? Никогда. Вы только посмотрите на неё.

— Молодой ты для дядьки будешь.

— Поздний ребенок, сами понимаете.

Вот как можно так правдоподобно орать?

Тем более, мне в ухо.

Так и оглохнуть можно, дядя.

— И без мозгов к тому же. — бурчу себе под нос, но разве от Корнеева можно что-то скрыть?

Этот ушастый всегда всё слышит.

Женщина снова повернулась, и на этот раз на меня посмотрела. Я даже подумала, что не сильно она и глухая. Может, притворяется? Да ну, какой смысл-то?

— А я с вашей дочерью разговаривала? — заходим в комнату, где посредине стоит железная кровать с сеткой вместо матраса. На этом все. Комната пустая — Ой.

Может, я квартирой ошиблась?

Мне ж говорили, что ремонт хороший. И мебель нормальная. Кровать еще эту хвалили, мол, как новенькая.

— С ВНУЧКОЙ, НЕБОСЬ. ОНА МНЕ КВАРТИРАНТКУ ПОДСУНУЛА. ХВОСТОВ НА УЧЕБЕ НАХВАТАЛА, ТЕПЕРЬ ПРИХОДИТСЯ ЧУЖИХ В РОДНОЙ ДОМ ВПУСКАТЬ.

Жду, когда она продолжит, но женщина смотрит то на меня, то на Корнеева.

— Да я…

— СТРАННЫЙ ТЫ КАКОЙ-ТО ДЯДЯ. СМОТРИШЬ НА НЕЕ, КАК СОБАКА НА СВЕЖУЮ КОСТОЧКУ. — Грубо говорит хозяйка «музея».

— Да он просто соскучился. — Вставляю свою копейку. — Давно не виделись. Да, дядя Даня?

И улыбку натянула на всю моську кислую, чтобы правдоподобно всё выглядело.

— Последний раз, когда тебя только к горшку приучать начали. Выросла-то как.