Сломанный Клинок (СИ) - Корзун Кирилл - Страница 71

Но всё приятное имеет одно свойство — заканчиваться. И подчас это происходит в самый неподходящий момент, да ещё и самым неподходящим способом.

— Ты что себе позволяешь, урод?! Это моя девушка!!!

Крик того парня, что сопровождал Мэйли, вырвал меня из приятной неги. Не задумываясь ни на секунду, я плавно шагнул в сторону, разрывая поцелуй и руками перенаправляя девушку себе за спину. Рефлекс защиты не себя, но важного человека сработал на "отлично" — прикрыть её от угрозы мне показалось более чем естественным. Для самурая и не может быть иначе.

Оказавшись прямо перед приближающимся оппонентом, я успел только всмотреться в его лицо, отмечая идеально правильные черты лица, да модельную стрижку. Размашистый удар кулаком встретил собственной челюстью, лишь в последний момент, успев активировать "доспех духа". Не говоря больше ни одного худого слова, китаец отработал полноценную серию по моей голове и нарвался на встречный удар стопой в грудь. "Доспех духа" прекрасно защищает, но не способен останавливать импульс кинетической энергии — парня попросту отбросило от меня.

— Фенг, остановись!!! — крикнула Мэй, пытаясь вклиниться между нами, но я вновь подхватил её за талию и с рук на руки передал Алексею. — Он наш гость! Он неприкосновенен!

Парень дёрнулся было, и остановился, его глаза налились кровью, кулаки сжались, а сам он стал похож на сжатую пружину.

— Присмотри за ней, ладно? — попросил я друга, посылая ей спокойный и уверенный взгляд. Вытащил танто из-за пояса и также отдал другу. — Мэй, всё нормально. Теперь я буду знать, что отбил тебя у другого…

— Это моя девушка!!! — вновь взревел китаец подраненным зверем, окончательно съезжая с катушек от ревности. — Моя!!!

Тугой ком спрессованного воздуха, почти неразличимый на глаз, пролетел разделявшие нас несколько шагов и впечатался в поднятую ему навстречу руку и безобидно угас, не в силах преодолеть спрессованный в несколько слоёв "доспех".

Короткий рывок навстречу. Мой небрежный взмах ладони отправил "ветряной серп" противника в обшитую деревом стену коридора, а короткая серия кулачных ударов по корпусу заставила его слегка поморщиться — удержать концентрацию не так просто, если мало практики. Фенг ответил взаимностью почти сразу — наши силуэты размазались в не самом широком пространстве коридора и закружили друг вокруг друга, осыпая градом ударов. В какой-то момент я просто отключил "доспех" — противник был слаб, я должен был справиться и так.

Поднырнув под его правую руку, я заскочил парню за спину и что есть сил, приложился кулаком по его затылку. Китаец сбился с шага, потерял равновесие и мои пальцы, наконец, смогли ухватить его за ворот рубашки — защита Фенга спала, даруя мне шанс закончить всё одним махом. Мощный рывок за воротник и парень со всей присущей его телу инерцией врезался головой в близлежащую стену.

Его чёрные от злости глаза полыхнули короткой вспышкой боли и… съехались на переносице, гарантируя, что их обладатель не способен на активное сопротивление. "Гарантийный удар" в лоб окончательно выбил из молодого Воина остатки сознания, отправив его в непродолжительное забытье.

— Как же я люблю свою жизнь, — иронично прокомментировал Алексей завершение поединка, погасив очередной Стихийный щит, поднятый после первой использованной моим противником "техники". — Столько событий, столько приключений, мемуары выйдут — закачаешься! А уж сценарий для фильма какой!

Мэйли уже успела вывернуться из его рук и грустно смотрела куда-то мне за спину. Обернувшись, я обнаружил стоящего всего в нескольких шагах от разыгравшегося на ровном месте побоища мужчину лет тридцати-тридцати пяти. Высокий, статный и атлетично сложенный азиат в фиолетовом и небрежно запахнутом халате загадочно улыбнулся мне и сказал:

— Так вот ты какой, Леон Хаттори. Давно у меня не было таких интересных гостей. Жаль, что у этой встречи далеко не лучшее начало.

***

В длинном ряду человеческих пороков и страстей азартные игры занимают особое место, обладая особой силой и влиянием. Сплав алчности, нашёптывающей сладкие грёзы о богатстве и присущей удачливому игроку славе, и щекочущего нервы риска. Многие из тех, кто неосторожно вкусил этой пьянящей разум и душу смеси, уже никогда не останутся прежними, став заложниками порока, превращающего всю свою жизнь в игру с высокими ставками.

В Российской Империи не потворствовали этому разящему все сословия пагубному увлечению, но и не запрещали его полностью. Закон запрещал лишь размещение специализированных игровых заведений на территории всей страны, за исключением двух отведенных для этого игровых зон. Ну и никак не регламентировал деятельность граждан, собиравших под своей крышей заядлых игроков, если эта деятельность не имела характер бизнеса.

Малая Зала в "Красном Фонаре" имела запретный для Империи статус, но, учитывая патронаж князя и щедрую десятину с доходов, имперским прокурорам приходилось закрывать глаза и на это вопиющее нарушение законов. В ней собирались самые "сливки" игрового общества Сибири — простолюдины и аристократы, негоцианты и промышленники, лицедеи и "силовики", иностранцы и имперцы. Всех их объединяла страсть к игре, игре не простой, а самой психологичной из всех существующих азартных забав — любовь к покеру. Десятки самых разных людей, в самых разных нарядах и непохожих друг на друга до оторопи — среди них каждый был яркой индивидуальностью, в результате чего не возникало даже ощущения толпы.

Малая Зала представляла собой просторное, овальное, двухуровневое помещение — нижний уровень занимала барная стойка, десяток удобных диванов и пяток столов, затянутых тёмно-зеленым сукном. Верхний уровень был скорее нависающим над баром балконом, с которого можно было наблюдать за происходящим внизу и вести неторопливые беседы. Опёршись на перила, я невозмутимо гипнотизировал взглядом стоявшего напротив меня Сяолуна Во Шин Во. Босс Тёмного Клана уже извинился за инцидент, уже прошла предварительная стадия переговоров, которую следовало бы назвать просто знакомством, но к главной теме вечера он переходить пока не хотел, предпочитая вести беседу обо всём подряд.

— … нравы современной молодёжи угнетают. Только подобные тебе и твоему другу вселяют надежду, что остались ещё юноши, способные с честью нести знамя своей страны и своих Родов. — Змей витиевато рассыпался в комплиментах, цепко отслеживая мою реакцию и, от этого приходил в ещё большее радушие, будто моё показное безразличие его никак не волновало. — В твои планы входит служба этой стране или возвращение на Родину?

А вот и первый колокольчик. Разговор плавно, почти незаметно перешёл на то, что интересовало китайца. Взглянув вниз, я глазами отыскал Алексея за одним из игровых столов — вокруг него уже собралась толпа зрителей, парень отчаянно и весело преумножал растущую кучку фишек, вытряхивая их из своих соперников и непрерывно участвуя в шутливой перепалке игроков.

— У меня нет Родины, Сяолун. Нет в том понимании, что Вы вкладываете в это слово, произнося его с большой буквы. Есть только историческая родина, место рождения, не больше, — нейтральным тоном сказал ему я, задумчиво прищелкнул пальцами, подбирая термин и продолжил: — Космополит. Пока что всё именно так. Ни присяги, ни желания её приносить. Ронин, как Вы уже наверняка знаете. И мне предстоит выбрать, определиться, чего я хочу на самом деле. После того как исполню свой Долг, разумеется.

В моих словах не было ни капли лжи — изначально была выбрана тактика откровенности и искренности. Не видел смысла примерять маски, слишком моя персона на виду из-за всех последних событий. А Родины толком никогда и не было. Нет, я скучал по привычным пейзажам и сакурам, виду на гору Фудзи, некоторым людям, дому… но мой мир сгорел дотла в пламени войны, не оставив после себя ничего кроме праха, пепла и воспоминаний. Родина, Дом… Для Леона всё это было неразрывно связано с семьей, с теми людьми, кого он искренне любил и кого считал неотъемлемой частью жизни.