Тайный дневник фамильяра (СИ) - Рябинина Татьяна - Страница 6

— Нет, Мария, не игра. Элия ему не нравится, уж я-то знаю. Магия? Дело в том, что его кормилицей была Лэрга. Она, Рианна и Элия — Верховная триада ведьм. И Арнис, судя по всему, с ее молоком получил недоступность для чар. Но только для обычных чар. Теперь понимаешь, зачем ей понадобилась жаба?

8

— Знаешь, Арт, я перебираю весь запас ваших непристойностей, но не могу подобрать достаточно энергичную. В нашем языке ругательства гораздо весомее. Значит, она не шутила?

— Насчет чего? — уточнил он, растопырив пальцы задней лапы и вылизывая между ними.

— Элия сказала Арнису, что сделает приворотное зелье из жабьей икры. Для него. Типа шутка. Интересно, икру будет вытаскивать методом потрошения или подождет, пока я ее отложу?

— Успокойся, Мария. Никто не станет тебя потрошить. Но, как у нас говорят, в каждой шутке есть доля правды.

— У нас тоже так говорят, — меня прямо распирало от злости. Чем ты, жаба, недовольна? Проглотила мяч футбольный? — А еще по-другому. В каждой шутке есть доля шутки. В смысле, шутки чуть-чуть, а остальное — правда.

— А я говорю, успокойся. Тут что-то другое. Никакая магия, которая исходит непосредственно от Элии, на принца не подействует. Если даже она тебя зажарит и накормит Арниса, это не поможет. У ведьмы с фамильяром особая магическая связь. Значит, он должен оказаться связанным с тобой, а через тебя будет связан и с ней. И тогда она сможет взять его голыми руками.

— Прости, Арт, я, наверно, очень испорченная, но «взять его голыми руками» вызывает у меня какие-то грубо эротические ассоциации.

— Мырррхх! — кот издал какой-то инфернальный звук, видимо, обозначающий смех. — Да, и так, думаю, тоже сможет. Вот если бы узнать, как именно она собирается тебя использовать для этого. Я уже два года точу зуб на ее колдовские книги, но ни разу так и не смог попасть в черную комнату, где она держит все свои ведьминские штучки. Окна там закрыты наглухо, дверь заперта, а ключ у нее всегда с собой. Но, может, Элия раскроет тебе свои планы уже сегодня, во время вашей прогулки?

— Горю нетерпением, — буркнула я. — Начнем с того, что я вообще не хочу ей в этом помогать. Арнис мне показался каким-то придурком, но все равно…

— Ой, Мари… Сдается мне, ты лукавишь. Сколько ты там его видела? Чем это он тебе не глянулся? Я, конечно, ему друг, может, не слишком объективен, но придурком его назвать трудно. Очень даже неглупый молодой человек. Будущий король, опять же.

— Он обозвал меня уродиной, — пожаловалась я.

— А, вот в чем дело, — фыркнул Арт. — Девочки всегда остаются девочками, даже если они жабы. Прости великодушно, но мне трудно его в этом винить. Нет, ты и так вполне милашка, но в общем и целом… А кстати, расскажи, какая ты на самом деле. Была, человеком.

— Ну, даже не знаю, — я задумалась. — Трудно себя описывать. Мне двадцать семь лет. Высокая, с хорошей фигурой.

— С хорошей — это как?

— Мне сложно сравнивать с вашими эталонами, я их не знаю. У Элии, надо думать, хорошая? Раз против нее даже без магии никто устоять не может?

— Да ты не жаба, ты змея, — заметил слегка уязвленный моим намеком Арт. — Да, у Элии идеальная.

— Так вот у меня не хуже. Ну, насколько я могу судить, конечно, без одежды я ее не видела. Только грудь побольше. Волосы каштановые, немного ниже плеч, прямые. Глаза зеленые. Родинка над верхней губой. Что еще? Нос обычный, рот обычный. Лицо как лицо. Хотя говорят, что я красивая. И мужчинам нравлюсь.

— Мда, тем обиднее превратиться в жабу, — вернул подкол Арт. — Не замужем?

Спасибо, дорогой, напомнил!

— Нет. Думала, что выйду, но… не сложилось.

— Печально. Хотя, может, и к лучшему. Вот представь, был бы у тебя муж, дети. Каково бы им сейчас было? А родители? Живы?

— Мама умерла при родах, — вообще я не любила говорить на эту тему, поэтому в подробности вдаваться не стала. — Отец меня один вырастил. Пять лет назад снова женился и уехал в другую страну. Далеко. Звал с собой, но я не захотела. И как-то мы в последнее время мало общались. Так что особо переживать некому.

— Уже проще. А у меня и Ярика, и родители. Два года лежу у них дома — и не живой, и не мертвый. А мы с тобой, между прочим, ровесники.

— А Арнису сколько лет? — словно мимоходом поинтересовалась я.

— Двадцать восемь. А Элии двадцать пять.

— И она до сих пор не замужем? — удивилась я.

— До сих пор? Но это нормально. У нас не приняты ранние браки. Обычно женятся и выходят замуж между двадцатью пятью и тридцатью. Это время называется «золотая пятерка». Раньше — только если надо узаконить случайных отпрысков. Но это как-то стыдно и вызывает массу насмешек.

— То есть отношения без брака возможны?

— Вполне, — Арт закончил вылизываться и растянулся рядом со мной в теплом пятне у камина. — Говорят, раньше муж мог через суд признать брак недействительным, если жена в первую брачную ночь оказывалась не девственницей. А сейчас это никого не волнует. Девственница в брачную ночь — редкость почище белого единорога. Есть, конечно, чудаки, которые утверждают, что главное — сродство душ, а секс… нет, Мари, это правда классное слово! А секс — дело десятое. А потом получают на всю оставшуюся жизнь в постель бревно. Или мужчину с какой-то фигулькой, которой он не умеет пользоваться.

— У нас то же самое. Только в любой момент можно развестись. Расторгнуть брак. Даже причины не нужно.

— С одной стороны, это хорошо, — Арт задумался. — А с другой… Все-таки брак — дело серьезное. А если заранее думать «не понравится — можно расторгнуть», вряд ли получится что-то дельное.

Вот уж что мне меньше всего хотелось обсуждать, так это проблемы семьи и брака. И поэтому я задала вопрос, занимавший меня намного больше:

— Скажи, Арт, а что ты знаешь о точке равновесия? Которую у нас забрала Элия?

9

— Маррри! — это прозвучало как сердитое мурчание. — Я знаю, о чем ты думаешь. Нельзя ли эти штучки как-нибудь выкрасть и использовать в своих целях. Прости за грубость, но не шлепай губой. Ничего не выйдет. Как только ты стала фамильяром Элли, точка равновесия оказалась у нее внутри. Вот здесь, — он показал лапой куда-то в район груди, — у каждого человека есть центр силы. И наши точки у нее там. Даже если ее убить, вытащить их не получится.

— Печально, — у меня вырвался короткий квак, похожий на вздох. — Слушай, а если она сама умрет? Ну, мало ли? Все люди смертны, даже ведьмы. Что тогда?

— Тогда мы останемся в своих телах. Ты жабой, я котом. Пока не умрут они.

— И что тогда? — не отставала я.

— Ну что тогда? — Арт рассерженно дернул хвостом. — Вернемся в хранилище неприкаянных душ. Только уже не между небом и землей, а по-настоящему неприкаянными. Понимаешь, что это?

— Нет.

— Это те, для которых закрыты и небо, и преисподняя. До скончания веков. Пока все миры не подойдут к своему логическому концу. Веселенькая перспектива. Нас даже другие ведьмы в фамильяры не возьмут, потому что уже будем несвежие. Так и будем торчать в темноте в компании Кайвина или другого Хранителя и развлекаться воспоминаниями о своей короткой жизни. Так что, знаешь ли, в наших интересах, чтобы эта стерва жила вечно.

Какое-то время мы молчали, потом я решила перевести разговор на менее грустную тему — такую справочно-информационную. И выяснила кое-что о том месте, куда меня занесло.

Мир этот, насквозь пропитанный магией, назывался Ардена. Как именно он соотносился с нашим и прочими, Арт не знал. Возможно, они существовали в разных измерениях или в разном времени, но где-то рядом. В отличие от Земли, большая часть Ардены для жизни не годилась. Люди населяли только центральные и западные части одного огромного континента. Все остальное пространство представляло собой либо океан, либо непроходимые горы, либо пустыни.

Когда-то обитаемые земли вполне феодально были разделены на множество карликовых государств, однако три столетия назад король Энигерны, одного из них, постепенно захватил все остальные. В настоящий момент Энигерна была эдаким монокоролевством или тотальной империей, однако ее провинции — бывшие государства — то бунтовали, то ссорились с соседями, поэтому для армии под управлением мужа Ярики всегда находилась работа.