Магиран из Прошлого (СИ) - Русак Екатерина Германовна - Страница 81

- Хорошо придумано, - заметил я.

- Это не я придумал, - ответил Манзырыкчы. – Это все охотники-зверовщики с давних пор так делают.

Исчерпав эту тему, Манзырыкчы спросил меня:

- Здесь, значит, решили поселиться? Хорошее место!

- В Карымске, - подтвердил я. – Я в этом городке раньше не жил, но родом я из Иркутска.

- Так ты, выходит, местный! – обрадовался старый тофалар. – Это хорошо! Значит, жизнь в этих краях не понаслышке знаешь. Очень хорошо!

- Мне рассказывал о тебе хакер, которого ты называешь "дед", а он меня в шутку называет «Филин», - с хитрым прищуром сказал Манзырыкчы. – Я слышал, что ты сильно интересуешься человеком по имени Штерн?

- Интересуюсь, - не стал скрывать я. – Хотел у тебя узнать про него подробнее. Когда встретимся.

- Много я не расскажу,  мне совсем мало известно. В этих краях я живу, мой отец жил, мой дед жил, мой прадед, все жили. Я тут на сто километров вокруг всё и всех знаю. Кто где живёт… Город Карымск существует очень давно, но уже давно совсем обветшал и разрушился. Люди разъехались, кто куда. Совсем город плохой стал. Но лет двадцать назад клан Штернов купили эту землю. Вот тогда и началось строительство этих домов. Старший Штерн приказал снести всё, что от города осталось и на его месте построить новый. Дома эти были построены за год.  В них поселились рабочие, которые в тайге работали.

- На лесопилке и нефтеперегонном заводе? – уточнил я.

- Нет! Это только хитрость. Для видимости эти предприятия созданы. Они работали, но на них работало людей очень мало. Все остальные что-то строили в тайге. Где, никто не знает. Зачем, никто не знает. Долго строили. Потом все строители сразу уехали. Лет пять прошло. Вот как всё было.

- А здесь, где ты Штерна видел?

- Младшего Штерна! – уточнил Манзырыкчы. – Война уже началась. Несколько дней прошло. Не знаю точно число.

Услышав это, для меня стало очевидным, что Самуил Штерн приехал в Карымск, что бы попасть на свой секретный объект. Теперь я понимал, что именно здесь Штерн создавал свою технологию, позволяющую путешествовать ему в Межьвременье. Подумалось и о том, что разыскать этот объект будет делом не сложным. Следы строительства, как их не скрывай, всегда остаются. И находится он в пределах пяти-семи километров от трассы. Никто не будет ничего строить дальше, чем на этом расстоянии.

Услышав от Манзырыкчы все эти полезные сведения, я сказал:

- Спасибо, Манзырыкчы. За это спасибо. Я распоряжусь, что бы тебе выдали сахару, табака в достатке, чаю и патронов. Чай сам выберешь любой, какой понравиться.

Манзырыкчы внимательно посмотрел на меня:

- Про тебя, Атаман, люди в Карымске, и не в Карымске, только хорошее говорят. Я слышал. Людей не обманешь! Я бы подумал, что ты покупаешь меня, но не могу. Ты для всех, для каждого человека стараешься. Всем добра желаешь. Значит хороший ты.  О людях думаешь. Это очень хорошо! И я помогу тебе. Другому я бы ничего не сказал, но тебе всё открою, ничего не потаю! Я знаю, где Штерн свою стройку делал. Подземный город у него там давно есть. Я тебе, Атаман, покажу, где он находится.

Я, услышав такое, едва не затанцевал на месте в быстром темпе "Хаву нагилу", но еле сдержался. Положение обязывало, понимать надо!

- Подземный город? – вопросил я.

- Город! – подтвердил Манзырыкчы. – Без меня ты его не найдёшь. Сам увидишь, почему.

- А ты сам там был?

- Не был! Там место страшное. Гиблое место!  Урочище злых мангусов. Не захотел я там ничего смотреть.

- Тогда сейчас поехали!

- Давай-давай! – согласился Манзырыкчы.

01 октября 2134 года.  12 часов 03 минуты по местному времени.

Иркутская область, Казацкое поселение Карымск.

                                      ***

На БТР мы проехали по шоссе всего три километра. Кроме проводника тофалара, с собой я взял Симеона Штерна и Валеру Штыка.

- Здесь! – остановил машину Манзырыкчы. – Дальше пешком пойдём. Там дороги нет.

- Как нет? – удивился я. А как строили без дороги? На вертолётах что ли грузы привозили?

- Нет! – ответил он. – Дорога была, но её срыли и по ней больше никто не ходил. Тайга её поглотила за пять лет. Кустарник вырос, трава. Местность заболоченной стала.

- Пошли, - согласился я. Валеру Штыка я оставил охранять БТР, наказав ему быть на связи. Он очень неохотно, согласился.

Дальше мы пошли втроём. Тофалар бодро шагал по тайге, обходя деревья. Пройдя около километра, он вдруг остановился:

- Вон, видите, Михаил, чёрные вороны сидят стаей? - спросил Манзырыкчы.

- Вижу. И что?

- Это у них, однако, суд идет!

- Что? – удивился я. – Суд? Какой суд?

- Какой-какой? – проворчал тофалар. – Вороний суд. На средней ветке сидит одинокий ворон. Это его судят. Сейчас приговор вынесут.

Я начал внимательно наблюдать за вороньей стаей. Словно в подтверждение его слов вороний галдёж внезапно прекратился. От одинокого ворона, сидевшего с опущенной головой, вороны, сидевшие рядом на ветке, начали отодвигаться, перебирая лапками. Секунд двадцать было тихо. Вороны чинно замерли на ветвях, не двигались и молчали. Одна здоровенная ворона вдруг пронзительно каркнула и на одиноко сидящего ворона с разных концов бросились другие вороны. Тот взмыл и уворачиваясь от ударов, обратился в паническое бегство. За ним в погоню помчалось несколько воронов.

- Осудили его! – сказал тофалар. – Приговорили к смерти. Не уйдёт. Заклюют.

Я смотрел на воронью стаю, в галдеже которой в моём сознании слышался явный хохот. Проводил взглядом беглеца и его погоню, и мне слало даже жалко ворона-смертника3.

- За что его так? – спросил Симеон.

Манзырыкчы развёл руками:

- Кто может это знать? У ворон примерно каждый четвёртый самец не имеет пары. Самок не хватает. Эти не женатые вороны тоже в стае летают. Они разведчики. Их не жалко. Их всегда посылают вперёд. Этот ворон не справился. За это его и наказывают.

- Выходит, у воронов свои законы? – спросил я.

- Не только у птиц, - не согласился Манзырыкчы. – У всех зверей и птиц есть свои законы!

Тут в моём сознании появился новая идея создания законов для казаков.