Путь отречения. Том 1. Последняя битва (СИ) - Шевцова Анастасия - Страница 4

Жаркое солнце плыло через небо в полном безветрии. Выйдя из машины, Карл огляделся. Кроме небольшого загона для молодняка, все вокруг было точно таким же, каким он помнил. Запах навоза и горячей земли, блеяние овец… Воспоминания пронеслись тонкой вязью так быстро, что распознать вражью руку, вызвавшую их, сразу не удалось. Лишь когда Пол окликнул, приглашая войти в дом, Карл вздрогнул и нахмурился — понял. И тут же оборвал недовольство и досаду: до поры до времени это понимание было его тылом, и следовало сохранять свою осведомленность в секрете.

— Еще раз спасибо за приглашение, Пол, — растянув губы в вежливой улыбке, громко сказал он. — Жаль, не застал твоего отца, замечательный был человек.

— Он все время о вас вспоминал, — в голосе Хранителя скользнул упрек. — Кстати, приготовил тебе комнату наверху, ту самую, где вы всегда останавливались… — Заметив, что Карл не собирается заходить в дом, Пол немного помедлил на пороге, а затем, решив не настаивать, шагнул внутрь. Дверь он закрывать не стал, так и оставил нараспашку.

Чужая воля давила изнутри и снаружи. Стараясь не поддаваться страху, Карл медленно обошел загон и направился к конюшням. Вряд ли Посвященный стал бы ждать его в доме: Хранитель был необходим ему, чтобы выжить в Большом Мире до восходящей Западной Тропы. Узнай он то, что знать не положено, ему пришлось бы глубинно стереть Полу память, а то и убить его, хотя закон Королевства запрещал трогать Хранителей. Однако на порядочность Ордена полагаться не стоило: его прислужники, как ни единожды повторял отец, свидетелей не оставляли.

Идти было тяжело. Словно преодолевая невидимую стену, Карл упрямо двигался туда, где доносилось тревожное ржание испуганных лошадей.

— Мое имя Карл. Карл Валлор, — остановившись в метре от дощатой стены, крикнул он. — Я хочу поговорить.

Давление ослабло. Несколько раз глубоко вдохнув, чтобы утихомирить колотящееся в груди сердце, Карл решительно обошел конюшню и шагнул в дверной проем.

Человек стоял спиной. Невысокий и коренастый, с рыжеватой кудрявой шевелюрой и в одежде, явно позаимствованной у Пола, Посвященный выглядел настолько мирно и буднично, что страх в душе у Карла начал отступать. Однако видимость была обманчива, а чувство безопасности являлось обычным внушением. Слуга Ордена проглотил наживку и не заподозрил противника в молодом врачевателе, имевшем глупость явиться к нему без оружия.

«И снова Каэлы… — скрыв неприязнь, подумал Карл, вспомнив рассказы отца. — Проклятый вездесущий род».

— Ваше Высочество… — Медленно обернувшись, мужчина степенно поклонился. — Я был весьма рад услышать, что покойный король не оставил Род без продолжения. Жаль, Ведущая линия не имела счастья знать имена своих сыновей.

Кивнув в ответ на его поклон, Карл нарочито приосанился. Посвященный прочел его мотивы легко и быстро, даже не потрудившись заглянуть глубже.

— Я надеюсь это исправить. Пол рассказал мне о цели вашего визита. Думаю, у меня есть что предложить Ордену.

— Вот как? — Хищно прищурившись, мужчина подался вперед. — И что же это, сын Лирдана?

— Власть. — Вновь ощутив его присутствие в своих мыслях, Карл поставил ментальный блок и с вызовом взглянул в изумленные зеленые глаза. — Итак? Что может обещать Глава Совета за жертву, которую он упустил в тени Белого Замка?

Посвященный вздрогнул. Недоверчиво приподняв брови, он застыл, будто к чему-то прислушиваясь, а затем вынул из-за пояса стилет и резанул себя по запястью. Зрачки его вдруг неестественно расширились, а лицо побелело.

— Каковы ваши условия? — спустя пару мгновений спросил он низким певучим голосом. — Что вы хотите? Признания Рода? Титул?

Поняв, с кем разговаривает, Карл медленно выдохнул.

— И того, и другого, — спокойно ответил он. — Орден не должен чинить препятствий ни мне, ни моему брату. Вы поддержите нас обоих перед Родом и засвидетельствуете, что Лирдан был нашим отцом. А также скроете ту информацию, которую получите от меня. Таковы условия.

Заметно расслабившись, Посвященный кивнул.

— Вы в своем праве, Ваше Высочество. В случае если вы не станете препятствовать Ордену и признаете наследника, избранного Ведущей, Совет даст вам необходимые гарантии.

Карл довольно улыбнулся. Ему не следовало скрывать истинных чувств — они были естественны.

— Даю слово. И думаю, нам обоим будет проще, если вы взглянете и убедитесь сами.

Не дожидаясь согласия, он быстро шагнул и коснулся плеча Посвященного.

Видение, которое хранила память, Карл не мог забыть даже во сне. Все, что требовалось, это исказить лишь возраст сестры — посланник Ордена должен был увидеть истекающего кровью младенца, а не взрослую женщину. Это было нетрудно: Карл вырастил Лию с пеленок и мог представить ее лицо до мельчайших подробностей.

Посвященный глухо вскрикнул и пошатнулся. Карл понимал. Ему самому стало тошно. В душе непрошено всколыхнулись давно забытые бессилие и злость. Широко распахнутые, полные боли синие глаза смотрели в душу с таким неземным спокойствием, что хотелось умереть. Будущее требовало слишком большой жертвы, и как избежать ее, было пока неясно.

Мучительные секунды, пока Посвященный вбирал детали воспоминания, дали Карлу то, ради чего он решился на этот отчаянный шаг. Собрав волю в кулак, он коротко вдохнул и потянулся к невидимой ниточке, соединяющей его разум с чужим сознанием.

— Вы?! — Резко отпрянув, рыжеволосый мужчина жадно хватанул ртом воздух. — Вы посмели поднять руку на дочь Ведущей линии?! — Он вдруг замер, словно к чему-то прислушиваясь, а затем странно глянул и прошептал: — Да, вы бы могли… Воистину, жажда власти детей Рода не знает границ!

Карл равнодушно пожал плечами, пытаясь скрыть собственную растерянность. Информации, которую удалось прочесть в памяти посланника, было гораздо больше, чем он надеялся. Кусочки мозаики сошлись мгновенно, и один из сотен продуманных за годы вариантов будущего наконец обрел четкость.

— Вас это шокирует? — Собственный голос прозвучал на удивление спокойно и холодно. — По-моему, учитывая судьбу отца, мои действия логичны и разумны. Мы — не он: я и брат хотим жить спокойно и долго. Если Орден решил, что это дитя опасно для Королевства, не нам изменять его решения. Кроме того, насколько мне было известно, у Ведущей есть через кого продолжить Род.

— Что ж… — осторожно согласился Посвященный. — Вы совершенно правы.

— Рад это слышать. — Заткнув большие пальцы за пояс, Карл внимательно посмотрел на него и, выдержав паузу, заметил: — Вы так и не назвали своего имени, посланник. С кем имею честь?

— Талор Каэл, Ваше Высочество. К вашим услугам, — адепт снова поклонился, но на этот раз вполне искренне.

— Замечательно. Думаю, мы еще вернемся к этому разговору, Талор. — Карл как бы между делом взглянул на часы. — Встретимся за ужином. И мне, и вам будет удобнее дождаться Западной Тропы. Полтора года — небольшой срок, и я помогу скоротать его в более чем приличных условиях.

— Буду благодарен. — С видимым облегчением кивнул тот, — на этом конце земли у нас почти нет людей, опереться не на кого.

«Почти?» — Опустив взгляд на дощатый пол, Карл скрыл пробежавший вдоль позвоночника холодок. Оговорка была случайной, Каэл явно нервничал. Следовало действовать быстро и решительно. Будь Карл на месте Тарэма, непременно бы все проверил — как-никак, речь шла о судьбе ставленника, а пока Лирамель дышала, Глава Совета не позволил бы ему взойти на трон. Сын Кайла нужен был Тарэму живым — только так Совет мог удержать власть и безболезненно прервать Ведущую линию.

Обратно Карл шел, уже не чувствуя взгляд в спину, хотя Посвященный наверняка смотрел. Теперь дело оставалось за малым — напомнить Полу про удобрения. Убийство посланника должно было выглядеть правдоподобно, равно как и его последние воспоминания — авария вполне годилась.

Едва заметно улыбнувшись, Карл затуманил разум и почти с радостью погрузился в давно забытые детские воспоминания. Прошлое до сих пор служило ему надежным щитом.