Путь отречения. Том 1. Последняя битва (СИ) - Шевцова Анастасия - Страница 30

«Один игрок против сотни — действительно без шансов, — с некоторым сожалением подумал он. — Но время оттянуть можно».

— Самое время исправлять ошибки прошлого, — вслух произнес Параман. — Вы нашу кровь знаете: если поддержите, возможно, и отстоите. Только на меня не рассчитывайте: я сам по себе и сам за себя.

Засмеявшись, Аармани хлопнул его по плечу.

— Ценю твою честность, Валлор. Гляди только, не продешеви.

— И вам того же.

Подошедшие офицеры прервали их разговор, вынудив Аармани отойти. Развернувшись так, чтобы держать генерала в поле зрения, Параман дал им короткие указания, а затем подозвал ожидавшего поодаль Якира. Дядя тем временем поднял руку, заставив толпящихся у трона людей расступиться, и не торопясь пошел к ступеням.

Как и ожидалось, Карл принял Аармани более чем тепло. Расстановка сил постепенно вырисовывалась. Тарэм, который следил за происходящим с неменьшим напряжением, не скрывал презрения и гнева, но предпринимать что-либо не решался, хотя мог бы. Параман ожидал несколько иной реакции и был готов при необходимости вмешаться, но этого не потребовалось.

Переведя взгляд на стоявшую поодаль от толпы Фалинор, он тихо хмыкнул. Хмурясь, тетка отстраненно кивала беседовавшему с ней лорду Ванселу. Последний был довольно влиятельным лицом, хотя и стоял в стороне от Ведущей. В прошлом верный сторонник отца, южный лорд всегда заслуживал особого внимания, и сейчас его спокойствие настораживало даже сильнее бездействия Тарэма.

— Я так понимаю, это была импровизация? — Встав почти вплотную, лорд Варута слегка прищурил зеленоватые глаза. — Или моя роль была спланирована Ведущей заранее?

— Успокойся, — осадил его Параман, не сводя пристального взгляда с лица новоявленного регента.

— Как прикажете, Ваше Величество, — отступив, Якир демонстративно поклонился.

«Каков наглец», — внутренне улыбнувшись, Параман отвлекся от своих размышлений и укоризненно поцокал.

— Займись своими прямыми обязанностями и поменьше мозоль глаза. И жди моего приказа. Исполнишь все в точности — возможно, не только выплывешь, но и на бережку отдохнешь. Не до тебя сейчас будет, а что позже — придумаем.

Отвечать Якир не стал, но было видно, что сказанное его немного успокоило. Круто развернувшись, он заспешил к дверям.

Наступившая тишина вновь заставила сосредоточиться на происходящем у трона. Отойдя от сестры, Карл о чем-то оживленно беседовал с Тарэмом. Остальные Главы, покинув черные кресла, столпились вокруг, неподвижно слушая и изредка вставляя какие-то реплики.

— Ваше Высочество, — тронув его за руку, Олон виновато покачал головой. — Мне велено вас позвать…

С неохотой отвлекшись, Параман взглянул на стопника:

— В чем дело?

— Вас просят сопроводить Ее Величество в покои. Как можно быстрее.

Кивнув, Параман отыскал взглядом одного из своих людей и подал условный знак. Пока в замке царила суматоха, он мог незаметно избавиться от соглядатаев Тарэма среди охраны. Детям Лирдана пара снесенных голов повредить не могла — они были в своем праве.

«Что ж, — убедившись, что церемония идет своим чередом, Параман неторопливо направился к трону, — посмотрим, чего вы стоите и на сколько вас хватит».

Объяснив, что королева утомилась из-за дальнего путешествия, Карл официально попросил его сопроводить Лирамель в покои и, спустившись на вторую из четырех ступеней пьедестала, произнес довольно короткую емкую речь. Говорить сын Лирдана умел складно и красиво, поэтому пока не затихло эхо последних слов, в зале стояла абсолютная тишина. Даже Параман не решился увести застывшую у потайной двери Лирамель: услышав голос брата, она попросила немного подождать и, пока тот не замолчал, стояла прямо, будто натянутая струна.

Пользуясь моментом, Параман попытался осторожно коснуться ее сознания и тут же почувствовал плотную горячую завесу. За хорошо различимыми эмоциями не удалось разглядеть ни единого образа. Кузина закрывала и мысли, и воспоминания, но как именно, он не понял.

— Нужно идти, Ваше Величество. — Параман слегка коснулся ее плеча, и тут же убрал руку: боль была не сильной, но достаточно ощутимой. Пальцы словно обожгло.

«А вот это уже интересно», — подумал он и, подождав, пока Лирамель зайдет внутрь, шагнул следом и затворил дверь. Запирать не стал.

Дочь Лирдана поднималась быстро. Подобрав юбку, она решительно шагала через две ступеньки, будто спеша поскорее оказаться подальше от Тронного зала. В тусклом мерцании факела, который Параман старался держать как можно выше, корона на ее голове швыряла на ступени мелкие серебристые блики.

В королевских покоях было свежо — видимо, комнаты недавно проветривали. Солнце уже уплыло за Восточную башню, и на белом мраморном полу лежали синие тени.

Громко позвав охрану, Параман велел обыскать малую спальню и гостиную, а сам проверил сокровищницу. Лирамель неподвижно стояла у окна, ожидая, пока уйдут стражники, и смотрела в сад. Разговаривать она не пыталась, лишь изредка вздыхала, будто ей не хватало воздуха.

— Все спокойно, Ваше Высочество, — остановившись в дверях спальни, офицер бодро отсалютовал и, дождавшись кивка Парамана, ушел. По его осторожному взгляду, брошенному на девушку, стало ясно, что стража в Белом коридоре еще не сменилась, иначе бы он вел себя более почтительно.

Спустя минуту скрипнул внешний засов, и раздались тихие шаги. Походку сестры Параман узнал сразу, а потому тут же пошел навстречу: ему хотелось переговорить с ней без свидетелей.

Увидев его, Али остановилась и беззвучно заплакала.

— Я отправила голубя в Горгот. — Позволив усадить себя на диван, она быстро вытерла слезы. — Пусть порадуются… Теперь ты сможешь навещать их чаще. — Порывисто сжав ему руку, она улыбнулась. — Прости, я не смогла остаться: ушла сразу же, как все началось. Что там сейчас?

Параман пожал плечами и, обернувшись, взглянул на Лирамель. Сквозь дверной проем была видна ее высокая фигура — кузина по-прежнему стояла у окна.

— Все идет своим чередом, — расплывчато ответил он. — Ее Величество выразила желание отдохнуть, поэтому пока можешь быть свободна. Переоденься и спустись потом к ужину.

Наклонившись, Али закрыла лицо ладонями и тяжело вздохнула. Параман неловко погладил ее по спине и отвел взгляд. Как успокоить сестру, он не знал: та росла без его участия, и особенной душевной близости между ними никогда не было. Однако в преданности Али сомневаться не приходилось: она не могла не понимать, что ближе Парамана у нее никого нет.

«А теперь уже и не будет», — с некоторым облегчением подумал он, вспомнив Якира. Судьба Ведущей линии ложилась отныне на другие плечи. Все повторялось.

— Я останусь в стороне, — тихо, чтобы не услышала Лирамель, сказал он, глядя на поникшие плечи сестры. — И ты тоже.

Подняв голову, она кивнула.

В большом камине потрескивал поленьями огонь, а за окнами уже догорал закат.

Отпустив суетящуюся у столика служанку, Параман задернул тяжелые портьеры и, вернувшись к очагу, сел в глубокое кресло.

Вино уже успело остыть. Сделав маленький глоток, он вытянул ноги к огню и блаженно прикрыл глаза. До ужина оставалось больше двух часов. День выдался не из легких, да и назавтра не следовало ждать ничего хорошего, но все же теперь он был наконец свободен и даже в относительной безопасности на ближайшие пару лет.

Глядя на мирно спящую Лирамель, свернувшуюся калачиком в огромном белом кресле напротив, Параман в который раз сказал судьбе мысленное «спасибо». Жребий, который все уже считали неизбежным, все-таки минул его.

«Снова тень Лирдана смела в пыль надежды и планы Каэлов», — саркастически улыбнувшись, он залпом осушил бокал и, покрутив тонкую ножку между пальцами, поставил обратно на стол.

Ему вдруг вспомнился тот день, когда дядя объявил Совету о рождении дочери. Спустя пару часов после того, как гонцы разлетелись по Королевству, всадник с севера принес новости с границ. Совпадение ли то было или нет, но для Совета этого хватило — они потребовали прервать Ведущую линию и отдать девочку в жертву Земар-ар. Король тогда отказал Тарэму, и теперь Параман догадался, почему: вероятно, дяде было дано увидеть судьбу наследницы — как Глава Рода он имел такую власть.