Университет собирающих магию (СИ) - Дубровина Янина - Страница 43

Дженсен целовал ее так, словно это последний раз. Он не хотел выпускать Станиславу их объятий. Прерывался только для того, чтобы вдохнуть воздух. Его руки стали медленно спускаться и перекочевали с талии на бедра. В этот момент женщина отстранилась.

— Дженсен, то, что мы с тобой сейчас делаем — не правильно, — прошептала она. — Не нужно это усугублять.

— Мне плевать, — ответил парень. — Хватит этих правил!

Станислава все-таки вырвалась из объятий и отошла от студента. Легким взмахом руки она поправила волосы, выбившиеся из пучка.

— Я думаю, что тебе нужно уйти, — сказа она.

В ответ на это Дженсен подошел к двери и закрыл ее на задвижку, а затем снова посмотрел на Станиславу.

— Хватит, я вижу, как вы… — тут он запнулся и смело продолжил, — ты на меня смотришь сейчас. И до этого, в общем зале, я чувствовал твои взгляды. Мне уже исполнилось шестнадцать. В нашем мире, да и в мире простых людей, это возраст согласия, и ты это знаешь, правда?

Парень подошел к своей преподавательнице и вновь обнял ее, его руки сразу сжали упругие бедра, а губы прикоснулись к шее. Станислава сдавленно выдохнула, а после этого впилась в его губы. Таких эмоций она не испытывала ни с Джеймсом, ни с одним из ее бывших мужчин, какие сейчас испытывает со своим студентом. И только из-за этого она поддалась искушению, удовлетворенно и хищно улыбнулась, однако Джен не заметил этой улыбки, расстёгивая ее платье, а губами блуждая по ее ключице.

* * *

— Передай, пожалуйста, эту тетрадь Риоко, — попросила Станислава, когда рано утром Дженсен начал одеваться, чтобы уйти в свою комнату и начать готовиться к следующему экзамену. — Она забыла ее у меня в кабинете, а скоро ведь экзамен. Не хочу, чтобы она провалила его.

Женщина, закутанная в простыни, протянула ему тетрадь, подписанную японкой. Джен улыбнулся и кивнул. Уже собравшись, парень вновь подошел к Станиславе и яростно накрыл ее губы своими, затем взял тетрадь и, выглядывая из-за двери, ушел.

Станислава глубоко вздохнула и удовлетворенно улыбнулась. Женщина привела себя в порядок и взяла первую попавшуюся книжку из вчерашней стопки, чтобы скоротать время до завтрака.

Дженсен светился от счастья. Впервые он не думал ни о чем плохом. Он не вспоминал ни о Виктории, ни о проблемах с магией. Сейчас он вновь и вновь проигрывал в голове прошедшую ночь. С такими мыслями он дошел до комнаты Риоко и Тори, постучавшись, но не дождавшись ответа, парень аккуратно приоткрыл дверь. Риоко спала, поэтому Джен аккуратно зашел в комнату и положил тетрадь на стол, невольно посмотрев на кровать Виктории. Она была пустой. Дженсен развернулся и направился к выходу, но в дверях столкнулся со счастливой Викторией, которая махала на прощание Хидеки. Повисла неловкая пауза. Шикнув, Тори вытащила Джена из комнаты в коридор.

— Какого черта ты там делал? — злобно прошипела девушка.

— Занес тетрадь Риоко от Станиславы, — так же ответил парень

— Какого черта так рано? Ты где был в такое время?

— Могу задать тебе тот же вопрос! — скрестив руки сказал Джен. — Наверняка с Хидеки время проводила?

Виктория кинула на парня взгляд полный ненависти.

— Держись от нас подальше! — сказала она на прощание. — От всех нас! Даже несмотря на то, что Оливер и Джон тебя простили, я тебе не доверяю!

Дженсен развернулся и пошел в свою комнату, а Виктория в свою.

Утром этого дня был экзамен по зоологии. Тори с синяками под глазами стояла рядом с Риоко, которая листала так удачно найденную тетрадь на столе.

— Я думала, что я ее потеряла, — бормотала она. — Как бы сдать теперь. Так, единороги, здесь кельпи. Ох! Да что же это такое!

Экзамен проходил на улице, в тени деревьев возле загона, где проходил самый первый урок Распутиной. Неожиданно Риоко замерла на месте со стеклянным взглядом, но быстро пришла в себя. Тори даже не обратила внимание на странный жест подруги и тоже листала свои лекции.

— Итак, студенты! — весело начала Станислава. — Наш сегодняшний экзамен пройдет легко и непринужденно. Не переживайте и не волнуйтесь. Я разрешаю вам пользоваться своими записями при подготовке к вопросам билетов.

Один за другим пятикурсники подходили и тянули билеты на столе преподавательницы. Когда настала очередь Дженсена, он сразу же посмотрел в глаза Станиславы и незаметно подмигнул. Женщина зашлась румянцем. Виктория, заметившая это, вопросительно посмотрела на однокурсника, который уже направился готовиться к ответу. Но тот просто усмехнулся. Риоко возле стола вновь зависла, но также быстро пришла в себя.

— Кажется я перезанималась, — подумалось ей.

Экзамен закончился отличными отметками для всех.

— А ты переживала, — сказала Виктория своей подруге, которая шла рядом, в обнимку с Оливером. — Я же говорила, что все хорошо будет.

— Ну да, — просто согласилась Риоко, даже не пытаясь спорить. — Мне надо выспаться. Меня уже глюки стали посещать.

— В каком смысле? — обеспокоенно спросил Оливер.

— Когда я тянула билет, мне показалось, что от руки Распутиной в мою сторону направилась черная змея, которая, достигнув моей руки, впиталась в меня. А раньше, читая лекцию, я нашла какие-то слова на латыни, которых я точно не записывала. То есть, я знаю, как они переводятся, но они никак не относились к теме про кельпи.

— Как они звучали? — спросила Рогнеда, шедшая рядом.

— «Ego accipere donum», — повторила их Риоко. — «Я принимаю дар». А что за дар? Я не понимаю вообще. Это конечно можно как-нибудь связать с кельпи, но вряд ли.

Рогнеда задумалась, а японка уже перевела тему на обсуждение последнего экзамена в этом семестре по зельеделию. Хазани обещал, что экзамен буде легким, но студенты в этом сомневались, но так как до экзамена четыре дня, на сегодня за подготовку никто и не собирался садиться.

— Ну что, пойдемте к океану? На шашлык? — предложил Джон на что получил одобрение со стороны друзей.

Уже через час ребята направились в сторону океана. По дороге они смеялись и радовались лету. Оливер и Джон рассказали о том, что отправятся в августе к бабушкам и пообещали им, что познакомят с Риоко и Рогнедой.

— Ну раз уж Риоко уедет, то я останусь здесь с Викторией, — улыбнувшись сказал Хидеки. — Или мы вместе отправимся в Японию.

В общем-то для ребят это был самый обычный веселый летний вечер после экзамена.

А с балкона за студентами вновь наблюдала Станислава. Только сейчас она намеренно смотрела на одну, на Риоко. Словно что-то почувствовав японка обернулась, но никого не увидела. Девушка решила, что от переутомления ей уже мерещится все, что может.

— Надо бы к Хазани сходить, за успокоительным, — пробормотала Риоко.

В кабинет директора постучали.

— Войдите! — крикнула женщина, заходя с балкона в комнату.

Дверь открылась, на пороге стоял Дженсен. Станислава улыбнулась и кивнула ему. Парень зашел и запер за собой дверь. А за этим всем наблюдал Джеймс Оливер.

* * *

— Доброе утро, пятый курс! — весело проговорил Хазани. — Сегодня у нас с вами экзамен! Отменить я его не могу, а вот максимально упростить — без проблем. Ваша задача приготовить сейчас самые простые зелья, а именно зелье от простуды, зелье от легких ядов и зелье для сна. Можете разделиться на пары по два или три человека и начинайте готовить.

Ребята разбрелись по группам, а спустя час все готовы были представить свою работу. По очереди студенты подходили со своим результатом и давали краткую аннотацию своему зелью, рассказывали, как готовили и основные свойства. После каждого ответа Хазани улыбался и довольно ставил оценки в ведомость.

— Официально заявляю, что теперь все наши экзамены закончились и начались каникулы! — торжественно и громко заявил Оливер, выходя из кабинета Хазани.

— Ура! — вскрикнули все пятикурсники.

Середина июня радовала солнечными днями, одним за другим. Большинство студентов у которых остались родственники разъехались. Сейчас в Университете остались немногие, среди которых Виктория, Риоко и Хидеки, Джон и Оливер, Рогнеда и Дженсен. Последний показывался редко, постоянно где-то пропадая. Однако на это уже никто не обращал внимания. Как жаль, что дружба, просуществовавшая столько лет, так быстро исчезла. Но, к сожалению, такое бывает очень часто, что вот вы друзья, которые знают друг о друге все, а через некоторое время даже не здороваетесь.