Университет собирающих магию (СИ) - Дубровина Янина - Страница 32

У Тори только и хватило сил на то, чтобы переодеться и лечь. Как только щека коснулась подушки, девушка крепко уснула.

Глава 7

Новый год в Университете собирающих магию считается одним из самых главных праздников. Именно поэтому к его празднованию каждый год подходили с большой ответственностью. Уже с двадцать пятого декабря студенты, принадлежавшие разным странам и народам мира, начинали делиться своими традициями.

Хидеки и Риоко всем раздавали небольшие кадомацу — специальное украшение из соломы, веточек бамбука или сосны. Китайцы украшали двери своих комнат фонариками, внутрь которых помещали зачарованный шарик света, который не гас целую неделю. И украшали они не только двери своих комнат. Даже несмотря на то, что в Китае праздновали Новый год где-то между двадцать первым января и двадцать первым февраля, в Университете китайцы праздновали именно в ночь с тридцать первого на первое.

По договоренности с преподавателями, в общем зале, помимо елки, стояли Дерево света и украшенная пальма, которая росла в большой кадке. Пальму установили сомы из Австралии, которых оказалось немного.

Тори, Риоко и Хатиже сидели в комнате. Хатиже очень часто стала проводить время с ними и это явно шло ей на пользу. Всегда тихую и спокойную египтянку переставали узнавать даже преподаватели. Хатиже стала намного активнее и даже наглее. Тори и Виктория самодовольно улыбались, когда Риса попыталась оскорбить Хатиже, за что и получила ехидный ответ. С тех пор француженки больше не приставали к египтянке. Только изменения в характере не изменили любви девушки к знаниям.

Про отношения с Хазани знала теперь и Риоко. Но девочки решили не давить на египтянку и позволить ей самой со всем разобраться, при этом пообещав помочь в любом случае. За такую позицию Хатиже была благодарна вдвойне.

Тридцать первое декабря с самого утра наполнило замок смехом и шутками. Вечером должен был начаться новогодний бал. Многие из студенток за две недели отпрашивались у директоров, чтобы попасть в Китеж-град или на остров Гильдии за новыми нарядами. Под конец первой недели Виктору настолько надоело каждый раз создавать и закрывать портал, что было решено организовать всеобщую вылазку студентов и преподавателей в Китеж-град. Сопровождать студентов и преподавателей вызвался начальник магической полиции Бастьен.

Помимо студентов Университета, по Китеж-граду гуляли ученики других школ. Несколько раз Тори замечала, что ее родители останавливались с преподавателями магических школ и общались с ними на равных, хотя считала, что в магическом мире сомы важнее простых магов. Поездкой в Китеж-град остались довольны все. Но, чтобы был выбор, директора организовали портал для студентов и преподавателей и на остров Гильдии.

Виктория, Риоко и Хатиже сидели в комнате и решали, что надеть на Новогодний бал.

— У нас верят, что как новый год встретишь, так его и проведешь, — сказала Хатиже.

— Значит, надо встретить его с близкими людьми, — задорно ответила Риоко. Их отношения с Оливером стали налаживаться. Во всяком случае теперь они сто раз подумают, прежде чем сказать очередную глупость друг другу.

— Так, с кем пойдет на бал Риоко — понятно, — смеясь, продолжила Хатиже. — А ты с кем, Тори?

— Я ни с кем не иду, одна, — улыбнувшись ответила рыжая.

— В смысле одно? — удивленно воскликнула японка. — Хидеки тебя звал? Что ты киваешь, почему не согласилась? Я думала, что вы с Дженом больше не встречаетесь.

— Мы не встречаемся, но… — Тори замялась. — Я не знаю почему я отказалась. Хотя я вообще не хотела идти на бал, после всего произошедшего.

— Ты опять про Ратмира вспоминаешь? — Риоко завела глаза. — Тебя оправдали, хватит уже думать об этом. Хотя, это, конечно сложно сделать, но всё же. Что было, то было.

— Легко сказать, Риоко, — ответила подруге Тори. — Я вам не хотела рассказывала, но, во время моего прыжка, он ко мне вернулся.

Риоко и Хатиже замерли на месте и смотрели на подругу.

— В смысле вернулся? В виде призрака? — осторожно переспросила Хатиже, на что Тори кивнула. — Он тебе не навредил?

— Нет, он извинился, и меня простил.

— Ого, прощение от того, кого убила, это дорогого стоит, — задумчиво произнесла Хатиже. — Прости, что прямо, но это действительно так. Иногда души тех, кого убили, могут привязаться к своему убийце и постоянно его преследовать. И пакостить. Были случаи, когда призраки доводили людей до суицида. На самом деле, видеть призрак своей жертвы, это слишком опасно. Что он тебе говорил? Только то, что простил, и все?

— Ну да. Еще попросил меня, найти того, кто его проклял. Он сказал, что не сам напал на меня и попытался убить, — сказала Тори, — он сказал, что его прокляли. Но кому это нужно?

— Ого, и ты согласилась? — удивленно и одновременно испуганно спросила египтянка. — Ты в курсе, что ты подписала с ним своеобразный контракт? Тебе обязательно нужно выполнить его. Иначе будут такие проблемы, которые могут довести тебя до самоубийства. Я читала о таких случаях.

Но Тори махнула на это рукой. Исполнит как-нибудь. Про поцелуй она умолчала. Постепенно разговор девушек вернулся к обсуждению пары на бал и наряда для новогодней ночи. Пожалуй, последний вопрос был самым сложным. Но на удивление, он решился достаточно быстро. Даже несмотря на поездку в Китеж-град и покупку нескольких платьев, девушке решили надеть то, что у них уже было. Риоко определенно решила надеть черное платье, которое подарила ей Виктория, Хатиже настроена на красное, а Тори решила надеть зеленое, именно то, в котором она была на балу в честь Дня всех святых.

На часах была половина двенадцатого. «Через полчаса новый год», — грустно подумала Тори, одиноко сидя в комнате. Хатиже и Риоко уже убежали в зал. Надо тоже направляться ко всем, но почему-то ни тело, ни разум не собирались этого делать. Но собрав все свои мысли, Виктория решительно поднялась с кровати и вышла из комнаты. Уже начав спускаться по лестнице, Тори краем глаза заметила Ладу, заходящую в комнату Хатиже. Девушка осмотрелась и зашла внутрь.

Виктория поспешила в зал. Слишком часто Лада стала появляться в их жизни. И чего она привязалась к Хатиже, неужели из-за Хазани. А вдруг она в сговоре с Распутиным и что-то замышляет? Виктория решила не забивать свою голову еще и этим случаем, решив, что не такое уж и оно, наверное, важное. Девушка бежала по ступенькам вниз, к основному залу. Музыка из зала отчетливо доносилась до дальних коридоров. В нишах прятались парочки, надеясь, что их никто не видит. Кто-то прятался в классах. Уже подходя к залу, Виктория осмотрелась в надежде найти Хатиже или Риоко, но от неожиданности замерла практически перед входом. На диванчике сидел Дженсен в обнимку с Октавией. В груди больно укололо. Но девушка гордо махнула головой и направилась в зал.

Студентов в зале было не так много, как в обычные дни. На новый год большинство из них разъезжались по домам, разумеется уезжали те, у кого остался кто-то или те, кто о них помнил. Тем более, после нового года, в университете начинались каникулы длительностью в пару недель. А после этого — экзамены. Впрочем, все, как в обычных университетах. Только студенты первых четырех курсов, совсем малыши, отдыхали в течение месяца. Основной зал был украшен различной новогодней атрибутикой: здесь и гирлянды, и зачарованные снежинки. С потолка даже шел снег, который исчезал, едва касаясь волос студентов. Мимо Виктории, весело смеясь, промчались второкурсники, которые остались здесь.

Преподаватели стояли среди студентов и что-то обсуждали. Здесь же стояла и Станислава Распутина, которая отказалась куда-либо уезжать из университета, несмотря на просьбы и приказы своего дяди. Тори невольно засмотрелась на женщину. В своем черном длинном платье она выглядела привлекательно, закрученные волосы придавали ей игривости. А что, если она и есть та, кто проклял Ратмира. Но с другой стороны, зачем ей это нужно, это же и ее студенты.