Аватар войны. Книга вторая: чёрный металл (СИ) - "Кросскун / Krosskun" - Страница 149

Неужели это из-за недоделанного меча ей приснился истинный Ведьмин Огонь? Тем более описание всадницы на мёртвом скакуне уж очень хорошо подходило Алексии Каниор, прославившейся как наёмница именно своей армией мертвецов…

С тех пор прошло три дня, и Азула более менее пришла в себя. Меченый уже очухался, хотя пробыл в отключке значительно дольше сестры. Всё же его внутренняя энергоструктура была слабее, а магический потенциал ниже. Но всё равно достаточно высок, раз он смог сохранить рассудок после посещения тонкого плана бытия. Именно поэтому он был нужен, чтобы через преобразователь энергии питать процесс нанесения рун. И у него был целый вечер и вся ночь, чтобы вдоволь наговориться с женой через коридор. Жаль что старик помер, но тут уж ничего не поделаешь. Четверо гвардейцев, назначенные на его место, по словам Азулы были неравноценной заменой. Как и вторая четвёрка запасных, которые должны были в случае чего подменить выдохшихся коллег.

Клинок чёрного металла уже закреплён на верстаке в оснастке и подготовлен к работе. Осталось только подключить кабель от временной рукоятки к энергосистеме доспеха, Зацепить контакты электростатических машин на руку и энерговоды от преобразователей магической энергии, и можно начинать. Так что когда гвардейцы привели меченного из карцера, варкастер уже активировал силовую установку доспехов и с тревогой ожидал, когда давление пара в котле достигнет рабочей отметки.

— Ну что, готов как следует поработать? — спросил колдун у пленника, который казался совсем подавленным и понурым.

— Готов, — буркнул тот, злобно взглянув исподлобья.

— Выше нос, парень! — решил подбодрить его Никола. — Чем быстрее дело будет сделано, тем скорее всё это закончится.

— Не сомневаюсь ни минуты.

— Врать ты никогда не умел, братец, — усмехнулась Азула. — Если уж и задумал какую-то гадость, мог бы хотя бы постараться изобразить покорность.

— Гадость? — насторожился чародей. — Ты о чём?

— Ты совершенно не разбираешься в людях, — фыркнула Хозяйка Огня. — У него же на морде написано, что он пришёл сюда саботировать работу и учинять диверсию.

— Неправда, — огрызнулся меченый.

— Тоф, он сказал правду?

— Что? — встрепенулась Бейфонг, оторвавшись от разговора с ученицей.

— Вот видишь, мой братец врёт.

— Эй, я этого не говорила! — возмутилась маг металла.

— Если бы он сказал правду, ты бы ответила не задумываясь, а не пыталась сделать вид что не слышала.

— Ты за кого меня держишь, огнеглазая?

— Тихо! — крикнул варкастер, в корне пресекая намечающуюся ссору. — А ты, парень, даже думать забудь о вредительстве. Или я…

— Или ты что? — неожиданно перебил его пленник. — Тебе без меня не обойтись, иначе бы я давно уже был бы мёртв на радость полоумной сестрице. Так что ничего ты мне не сделаешь, трус.

— Стража, взять его! — злобно рыкнул колдун. — Привести сюда остальных пленниц.

— Оставь мою жену в покое! — крикнул меченый, безуспешно пытаясь вырваться из рук стражников.

— Что ты задумал, дядя? — нахмурилась Тоф.

— Провести разъяснительную беседу для нашего горячего друга. В более доходчивой форме.

Гвардейцы обернулись достаточно быстро, и уже через пять минут приволокли в трюм челкастую и акробатку.

— Привет, подружки, — прошипела Азула, когда их поставили напротив меченого. — Сейчас кому-то будет больно.

Тай Ли от этих слов забилась в руках удерживающих её стражников. Мей проигнорировала, не отрываясь глядя на мужа.

— Итак, — обратился к пленникам чародей, — мы заключили договор. Помощь в создании меча в обмен на жизнь и свободу. А теперь вы сговорились, чтобы твой ненаглядный супруг саботировал работу, так?

— Не было никакого уговора! Ты сам всё решил за нас! — во всё горло заорал меченый. — Наши жизни ничто по сравнению с балансом мира! Убей нас, и покончим с этим.

У Николы даже закралось сомнение, понимали ли его речи эти… дети. Храбрые, упрямые, глупые дети. Готовые умереть ради своих идеалов. Как он сам когда-то.

Колдун моргнул, стряхивая наваждение. Перед ним сейчас стояла чёткая цель, которую нужно было достичь во что бы то не стало.

— Подумай! Хорошенько подумай! — грозно рявкнул варкастер, широкими шагами подходя к пленникам. — Этим решением ты не оставляешь мне выбора. Клинок должен быть закалён. Если я не смогу закалить его колдовством, придётся закалять его кровью. И для этого мне не потребуются никакие машины и установки.

С этими словами чародей провёл пальцами левой руки по щеке его челкастой жёнушки, которая дёрнулась и разве что змеёй не зашипела на него от этого прикосновения. Гвардейцам пришлось постараться, чтобы удержать на месте бывшего Хозяина Огня. А колдун тем временем продолжал:

— Они всё равно скоро умрут, а так их смерть пойдёт на пользу делу. Очень жаль, что они не владеют магией. Их энергострукруры слабы, и из них не получится вытянуть достаточное количество энергии. И чтобы не множить зло и смерть придётся помимо жизненной энергии вытянуть их души. Полагаю, тогда вашего совокупного потенциала должно оказаться достаточно. Хотя губить такую красоту — преступление.

Обойдя пленниц со спины и подцепив кончиком стержня подбородок акробатки, варкастер поднял её голову вверх и взглянул в расширившиеся от ужаса серые глаза, из которых по щекам тянулись дорожки слёз. Девчонка уже была до смерти напугана и боялась даже пикнуть, если не вздохнуть. Как мышь перед филином.

— Грешно приносить в жертву таких юных дев, но ничего не поделать. Так решил ваш меченый друг…

— Прекрати спектакль, не то меня сейчас стошнит, — меченый сплюнул. — Я готов тебе помогать. Что нужно делать?

— Так значит мы договорились? Ты клянёшься честью помогать мне и не вредить работе?

— Да, да. Клянусь, забери тебя духи.

— Правильное решение, — Никола кивнул, вытянув руку в сторону пленника. — Но если будешь халтурить или вредить, мне придётся вернуться к этому резервному варианту.

— Очень страшно. Теперь отпусти их.

— Сперва работа, потом свобода! — погрозил пальцем этому хитрецу варкастер. — Покуда меч не будет готов, мне нужны гарантии.

Маг огня ничего не ответил. Но больше не вырывался и не дёргался, даже когда гвардейцы отпустили его. Отправив заложниц обратно в карцер от греха подальше, колдун поставил своего невольного помощника к доставленному из замка преобразователю магической энергии. Второй оставшийся окружила четвёрка гвардейцев, чтобы хоть как-то заменить толстого дядюшку. Хотя основная ставка всё равно была на Азулу с братом.

— Ну и зачем было нужно мучить девчонок, дядя? — кое-как успокоив расплакавшуюся Пенгу, спросила Тоф, покуда к доспеху подключались кабели и контакты разрядников. — Тай Ли ничего тебе не сделала. Она ведь даже мухи не обидит.

— Иного пути повлиять на брата Азулы у меня нет, — отрезал Никола. — Когда всё закончится, я отпущу их на все четыре стороны.

— Азула их не отпустит

— Я всё продумал. А теперь займи свою позицию и мы начинаем.

На этот раз всё шло гораздо труднее. Работать было тяжело и неудобно, в том числе из-за разбитого визора. Следить за дугой приходилось только правым глазом, от чего тот уставал гораздо быстрее и даже начал слезиться. Хорошо что сама дуга была достаточно стабильной, хотя и слабее чем в прошлый раз, отчего нанесение руны заняло больше двух часов. И решение сперва обвести контуры знака силы, а уже потом заполнять их, оказалось верным, поскольку под конец у него уже заметно дрожали руки. Это не говоря о подозрительном стуке в силовой установке за спиной.

Все помощники, вольные и невольные, оказались так же вымотаны, если не выжаты до нитки, а потому пришлось сделать перерыв на два дня, которые Никола посвятил подготовке уже штатной рукоятки, которая должна была стать ключом к силе меча, панелью управления и приёмником магической энергии. И тут ему на выручку снова пришла Тоф, которая помогла подготовить мастер-модели и формы для отливок из магически активных материалов. И хотя ему не удалось избежать критики по поводу совершенно “ненужных украшательств” и “лишних деталей”, чародей всё же убедил мага металла, что без всего этого создать колдовской клинок невозможно. Конечно, в чём-то она была права, но если уж взялся делать великое оружие, нужно делать его как следует. И эстетическая составляющая тоже была немаловажной.