Заблудившийся (СИ) - Скрипач Владислав - Страница 36

Сэм подумал о Киро — драконице, которая всегда была наиболее доброй к нему, и никогда не упоминала о смерти его матери в осуждающем тоне. И хотя Киро не обладала особым влиянием в Совете, знаний у нее было достаточно, а Сэму сейчас необходима именно информация. Осталось разыскать ее.

Пересекая огромный пустой зал Дома советов, Сэм решительно зашагал к комнате, где обитал секретарь, намереваясь спросить его о Киро, но совершенно неожиданно дверь отворилась, и секретарь собственной персоной — старый (наверное, такой же древний, как стены этого здания) метаморф Хайю в своем излюбленном обличии серокожего человекообразного ящера, вышел в зал и, улыбаясь, направился к Сэму.

— Неужели ты еще жив, Хайю, — улыбнулся Сэм.

— Глупый юный дракон не знает, как долго живут метаморфы? — в своей обычной манере ответил тот дружеским подколом на подкол.

— Ну всему же есть предел, и жизни любого существа в том числе.

— Нет, парень, ты ошибаешься. Глупости предела нет, она не подчиняется никаким законам, так как во Вселенной, где родилась глупость, законы сами себе противоречили, пока не развалили сами себя и родной мир заодно. — Хайю рассмеялся, а Сэм рассмеялся в ответ, получая удовольствие от воспоминаний о старых добрых днях, когда он еще был ребенком. Метаморф нисколько не изменился.

— Я хотел спросить о Киро? Мне…

— Сейчас ты увидишь ее, а заодно и Лилит, и Чаон, и Инанну…

— Что? — прервал Сэм это перечисление старейшин. — Прости, Хайю, ты не понял, я хотел поговорить только с Киро, зачем беспокоить всех?

— Беспокоить? Ну что ты! Думаю, твое появление здесь для них — вовсе не беспокойство, а скорее облегчение. Вот, когда они не знали, где тебя искать… — продолжая говорить, метаморф увлекал Сэма к малому залу Совета, где обычно проходили все не рабочие заседания, под торжественные встречи был отведен громадный главный зал, в котором Сэм бывал пока что только один раз перед тем, как отправился на Землю.

— Я не понимаю, что происходит, — говорил он Хайю, чувствуя какую-то нервозность — предстать сейчас перед всем Советом старейшим казалось не очень хорошей идеей, это ведь не задушевный разговор с доброй Киро. — Совет сейчас как раз заседает? Не нужно их отвлекать. Мой вопрос…

— Глупый молодой дракон, Совет собрался ради тебя. И я не могу позволить им разозлиться, если они тебя так и не дождутся. Ведь если они разозлятся, то в первую очередь это отразиться на ком? На мне. И мне снова придется превращаться в кого-нибудь незаметного, чтобы скрыться с их метающих молнии глаз. А знаешь ли ты, как нелегко даются трансформации для моих старых костей? — в последнее Сэм совершенно не поверил, в дни его детства Хайю так часто и охотно принимал разные облики, что нельзя было однозначно сказать, что метаморф не находится где-то рядом в любой момент времени, он то неожиданно соскакивал с ветки, оказавшись поющей секунду назад пичужкой, то выходил из колоны, сменив лик лепнины на свой привычный, то шутил, становясь кем-то из знакомых драконов. Это и раздражало, и забавляло Сэма. И с тех пор вряд ли кости Хайю постарели настолько, чтобы изменить его характер.

Двери малого зала распахнулись, и Сэм убедился, что Совет в сборе, и метаморф не разыгрывает его (это было вполне в духе Хайю).

Двенадцать старейшин сидели полукругом на высоких тронах. Они, как обычно, были в человеческом облике, который, как знал Сэм всегда предпочитали истинной форме. Драконий вид они принимали лишь в особо торжественных случаях, таких, как, например, благословение нового рода, или смена старейшины. Но несмотря на обманчивый вид хрупких женщин, они излучали такую мощь, что у кого угодно здесь подкосились бы колени. Сэм нервничал, но держался уверенно, не опускал головы и не отводил глаз — он знал, старейшины не приемлют слабости и страха, даже перед ними самими.

Глава Совета Лилит смотрела прямо на входящего, и ее взгляд, как, впрочем, и всегда, горел холодным недобрым огнем. Остальные двенадцать дракониц рассматривали Сэма каждая на свой манер, и только Киро излучала хотя бы капельку теплоты и сочувствия.

— Ты вернулся, — сказала Паллада, которая чаще всего говорила от имени Совета. — Мы ждали тебя.

— Я еще не исполнил всего предназначенного и совершил лишь один подвиг, вернув меч Бокрада. Мне рано представать перед вами, — сказал Сэм, борясь со смятением, что вызывали в нем эти могущественные драконицы, он говорил правильные слова — те, которым его учили с детства.

— Это решать не тебе, — откликнулась Майси. — Твоя победа над стофом — достойное деяние, и оно будет занесено в книгу деяний твоего рода. Меч оставишь Хайю, и он передаст его дочери Бокрада. На этом твои подвиги пока заканчиваются. Необходимо разобраться с более насущными проблемами.

— О чем вы?

— Мы должны вмешаться в то, — внезапно заговорила сама Лилит, слова ее звучали величественно и громко, вызывая какой-то благоговейный ужас, — во что обычно не желаем вмешиваться. Как нам стало известно, твоя Указывающая отдалилась от тебя, но это к лучшему.

Сердце Сэма забилось чаще, предчувствуя какую-то беду.

— Я прилетел сюда, чтобы узнать, что случилось с ней…

— Это неважно, — перебила Лилит, — она больше не понадобиться тебе.

— Что это значит? — взорвался Сэм. — Моя Указывающая не может больше не понадобиться! Я умру без нее, и вы это прекрасно знаете! Потоки энергии Земли будут навсегда отрезаны для меня! Я не смогу найти новую Указывающую, да и не собираюсь этого делать!

— Молодой дракон, — Хайю, все это время стоявший рядом с Сэмом, положил руку ем на плечо, — будь почтителен, ты пред Советом старейшин.

Сэм нервно дернул плечом, скидывая руку старика.

— Моя Указывающая достойна совершения двенадцати подвигов! Как вы и обещали мне! Я закончу, что начал, и приведу ее сюда, чтобы создать новый род!

— Этому не бывать, сколько бы подвигов ты не совершил, — спокойно и непреклонно ответила Лилит.

А Паллада продолжила:

— Да, мы обещали тебе, что по совершении двенадцати подвигов, ты сможешь претендовать на создание нового рода. Это так. Но кто сказал, что Совет позволит разбавлять чистую кровь? Ты можешь размножаться с Указывающей, породить множество потомков, как это делали драконы до тебя, и, верно, будут делать после тебя. Но создать род ты можешь только с чистокровной. Человеку не место здесь, в нашем мире, да и как ты мог подумать о создании рода с женщиной? Кто научил тебя этим глупым сказкам? Не твоя ли мать?

Сэм вспыхнул, казалось, что он не выдержит сейчас, примет истинный облик и польет всех этих напыщенных дракониц пламенем. Только вот старейшины, даже в человеческих обличиях, превратят его в пепел раньше, чем он сможет осуществить такое безумство.

— Мы позволили тебе отправить на Землю только по одной причине — твоя мать просила нас об этом, и мы дали ей слово. Если бы мы знали, сколько глупых идей она успела вложить в твою голову, ты никогда бы не услышал о самом существовании Земли. Мы надеялись, что ты не найдешь Указывающую, наши Наблюдающие уже готовы были переправить тебя назад, но случилось чудо. И мы решили посмотреть, что будет дальше. Мы бы позволили продолжаться этому эксперименту, ведь он проходил успешно, и ты мог развиваться необычайно быстро благодаря сильной энергии Земли. Но твоя Указывающая предала тебя.

— Этого не может быть! — отчаянно закричал Сэм.

— Айл! — обратилась к нему молчавшая до сих пор Киро.

— Я не Айл! У меня есть истинное имя! Имя, данное Указывающей!

— У тебя будет еще много имен, — примирительно продолжила она. — Но для меня ты Айл, наивный мечтательный мальчик. Мы беспокоимся о тебе, и сберечь тебя — важнее всего. Чистокровный дракон не должен быть оставлен Советом. Твоя Указывающая вступила в число ведьм Гойра. Ты ведь знаешь, что это за место?

Каждый, кто получил хотя бы элементарное образование, это знал — воздух Гойра сводит дракона с ума и превращает в обычного зверя, отнимая душу. Но Лера не могла так поступить! Она не могла…