Найдёныш. Книга 2 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 107

Тамара перестала плакать, с трудом оторвалась от объятий волхва, потом посмотрела в его лицо.

— Какой ты здесь интересный, — всхлипнув, сказала она. — Как тебе удалось прорваться через блок?

— Я потом все расскажу, — Григорий взял ее руки за запястья и внимательно посмотрел на потемневший металл браслетов. — Как удивительно. Если нам здесь по тридцать примерно лет, получается, что ты ходишь с блоком…

— Пятнадцать лет в тюрьме, — печально сказала Тамара. — Знаешь, я тоже ощущаю груз этих лет. Странно, но это не моя жизнь, а какой-то слепок.

— Все правильно, — подтвердил Григорий. — Я создал этот мир, но город, окруженный стенами — твое подсознание, астральное поле. И я попытаюсь разблокировать браслеты. Сделаю так, что они не смогут сдерживать твою Силу. Тебе надо лишь подождать. Помощь уже идет. Тебя ищут спецслужбы, полиция.

Он усадил Тамару на диван и осторожно держа ее руки, внимательно осмотрел тусклое железо с начертанными на нем рунами.

— Понятно, — пробурчал волхв. — Друидские руны, будь они неладны.

— Все плохо? — сдержанно спросила Тамара, но голос ее дрогнул.

— Друидские руны имеют свои корни, но западноевропейские и нордические в чем-то копируют их. Я изучал много рунических школ, но эта самая тяжелая и вредная. Надо их переписать на листок бумаги. Ты только потерпи…

Григорий с сожалением отпустил ее руки, метнулся к шкафам, нашел какой-то блокнот с записями, вырвал листок и с карандашом вернулся к дивану. Сосредоточенно и тщательно переписал каждую черточку и пересел за стол. Нахмурив брови, стал расшифровывать.

— Неужели мы будем такими на самом деле через пятнадцать лет? — задумчиво спросила Тамара, кончиком платка убирая потеки туши.

— Если так — я согласен, — улыбнулся волхв. — Ты не представляешь, насколько ты прекрасна.

— Льстец и врун, — кисло улыбнулась девушка. — Это все твое воображение.

— Но ведь ты меня тоже видишь.

— Да, и это удивительно. Но твое состояние беспокоит. Как будто жизнь тебя изрядно проволокла по камням и колдобинам. Эти шрамы, морщины, волосы седые.

— С чего они седые? — удивился Гришка, оторвавшись от расчетов. — У меня всегда волосы светлые были.

— Из-за короткой стрижки так кажется. Поседел ты, Гриша… Кстати, почему те прелестницы внизу назвали тебя Никитой? Почему ты назвался именем моего мужа, которого я никогда в жизни не видела?

Тамара рассмеялась от таких вывертов подсознания. А Гришка, услышав ее слова, остолбенел. Муж?

— М-м… — замычал парень, не зная, что сказать, — так получилось…

— Если что-то скрываешь — скажи. Иначе — не прощу.

— Давай отложим этот разговор, — предложил Григорий. — Потом, когда встретимся в реальности… Сейчас мне некогда. Интересно, здесь совмещены несколько значений: руна разрушения дублируется защитой от вмешательства. Потом руну разрушения астральных связей прицепили к небольшим ловушкам. Вот эти резы — они вообще из западноевропейских. Странная мешанина символов. Как будто специально запутали. А-аа! Вот в чем дело! Начальные руны расположены на обоих браслетах, а их защитные скрипты дублируются, но европейскими и нордическими знаками! Вот наворотили! Все, я понял, как снять защиту.

Тамара вздохнула с облегчением. Удивительно незнакомый человек с чертами молодого Старицкого склонился над столом и что-то быстро чиркал карандашом по бумаге. Она жадно смотрела на него и пораженно думала о невероятной способности этого волхва, сумевшего пробить барьер недоступности. Как сумел этот мальчишка войти в ее подсознание, даже не зная, где она находится? Удивительным было все вокруг: здание, которое она почему-то прекрасно знала, как свои пять пальцев, сотрудники, здоровающиеся с ней, те же девочки за административной стойкой. Так же, как и то, что она была замужем за человеком с фамилией Назаров, и звали его Никитой. И не вызвало странностей, что Гриша, назвавшись именем мужа, проник в его кабинет, как хозяин — все несуразности накладывались одна на другую, но не ломали стройную картину происходящего. Она была яркой и настолько живописной, что смотрелась как захватывающий воображение фильм. Загадка на загадке. И возраст ее, и привлекательная женщина в отражении зеркал — все затягивало Тамару как губительная трясина, а сопротивляться не хотелось. Сладкое ожидание будущего, такого пугающего и прекрасного — вот именно такое определение она дала самой себе.

— Где ты сейчас находишься? Где тебя держат? — не отрываясь от работы, спросил парень.

— Я не знаю. В лесу. Там стоит небольшой дом и сарайчик. Меня охраняет два человека. Один из них явно уголовник, — заторопилась Тамара, — он вооружен пистолетом. Как меняется охрана — не знаю. При мне смена произошла только сегодня утром.

— А кто второй?

— Его зовут Петькой. Это абориген местный, я никак правильно выговорить его национальность не могу. Нагилиец, что ли…

— Петька? Его зовут Петькой? — воскликнул Григорий.

— Да.

— Я понял. Значит, старик правильно все рассчитал. Тебя держат на Петькином балагане. Я там буду к вечеру со своей командой. Будем спасать. Если блок разрушится, мы сможем друг с другом связаться. Главное, не предпринимай никаких попыток убежать. Сиди тихо и жди меня… Все, я готов, — Григорий переместился от стола к дивану, показывая Тамаре перочинный нож. — Сейчас я изменю скрипты простым способом. Процарапаю кое-где лишние черточки, изменяя структуру заклинания.

— Все так просто? — удивилась Тамара.

— Ничего себе — просто! — хмыкнул Старицкий. — Здесь нужен точный расчет, знания. Изменение внутренней структуры магического замка должно проводиться с твердой уверенностью, что человек знает, как хочет изменить руну, в каком направлении. Так что… Сначала на одном браслете он изменил начертание рун, потом на другом и с надеждой посмотрел на девушку.

— Мне стоит поторопиться, — пробормотал он. — Действие кристалла сейчас закончится. Что с твоей Силой? Вернулась?

— Кажется, что-то начинает изменяться, — неуверенно прошептала Тамара. — Гриша…

И его буквально вышвырнуло из кабинета на лесную полянку, скомкав живописную картину выдуманной жизни. Открыв рот, как рыба, Гришка несколько секунд сидел с ошарашенным видом, потом выражение его лица приобрело осмысленность. Лиходей осторожно спросил: — Ты в порядке?

— Да, в норме, — прохрипел парень, хватаясь за фляжку с водой. Пил он долго, словно хотел опустошить фляжку до дна, пока Тагир не отобрал посудину. — Это было нечто…

— Потом расскажешь! Давай о главном! — поторопил его Арсений.

— Тамару держат на Петькином балагане. Охрана — два человека. Один из них, видимо, из команды нападавших, а второй, сам хозяин. Петькой зовут. Браслеты я разблокировал, надеюсь, просто не успел понять, вернулась к ней Сила или нет. Выкинуло меня обратно.

— Что еще важного понял?

— Да вроде бы все… Если Дар вернулся, то мы сможем связаться друг с другом.

— Так проверь! — воскликнул Тагир. — Шевелись, кадет! Время уходит!

Гришка вошел в астральное поле и при помощи своих наводчиков-жучков стал рыскать по всем направлениям, разыскивая знакомый сигнал. Где-то на периферии безбрежного океана серого тумана он увидел мерцание огонька, с каждым разом усиливающего пульсацию.

— Я нашел ее! — не сдержался и заорал Гришка. — Нашел!

Глава 41

Тамара, Григорий

Что было сном, а что реальностью — сейчас княжна не сказала бы с уверенностью. После обеда она решила просто поваляться на лежанке, но как только ее голова коснулась подголовника, сразу же провалилась в крепкий восстанавливающий силы сон. Да, пожалуй, Тамара заснула, не обращая внимание на заунывное пение Петьки на пороге избушки, на Колченогого, вздумавшего почистить свой пистолет за столом. Посторонние звуки нисколько не мешали, а вдобавок к этому прибавился тихий и умиротворяющий шорох дождя, начавшегося так кстати. Жара пошла на убыль, и приятный холодок проник в избушку. Девушка завернулась в одеяло и перестала существовать в этом мире.