S-T-I-K-S. Игры на выживание (СИ) - Собинин Николай - Страница 57

Дикарь кивнул, обдумывая сказанное Бураном.

— Ну, так вот, возвращаясь к нашим баранам. Вернее, к Чертям. Мурам с атомитами перемирие никогда не светит, хоть и живут они по соседству. Те давят на кодлу Тритона не на шутку. Если бы они друг с другом не цапались, в округе бы давно от внешников и муров житья не стало. Ведь у тех по воде прямой коридор от самой Внешки есть. А так, еще куда ни шло, дышать можно. Получается что враги всех нормальных иммунных самостоятельно, так сказать, и обоюдно контролируют собственную численность. Было бы просто прекрасно, если бы они только между собой воевали и в нашу сторону не лезли, но это, к несчастью, недостижимая мечта.

— А чего тогда банда этого Тритона в другое место не уйдет? Атомиты-то, как я понял, к своим «грязным» кластерам привязаны, далеко уйти от них не могут. Но муры-то? Передвинулись бы на другое место, и нет никаких проблем.

— Так-то оно так, только ты не понял одну важную вещь. Черти в Улье существуют не сами по себе, они у внешников на коротком поводке. «Полосатым» нужно, чтобы Черти сидели именно тут и контролировали регион, даже если им приходится выбрасывать часть ресурсов на войну с атомитами. «Полосатым» на это плевать, а Тритон этой темы соскочить не сможет, как бы ни старался. Он, конечно, набрал силы в последнее время, но мур – это билет в один конец. Стоит ему остаться без поддержки внешников, местные стабы возьмутся за него всерьез, и от его банды не останется и мокрого места. Сам ведь видишь, как даже самые последние позорные быки Тритона упакованы, космодесант, мать их в душу. А не станет подпитки от хозяев, где брать технику, патроны и оружие? Голыми задами что ли прикажешь воевать? Стабы-то между собой торгуют – у одних оружие есть, другим патроны с перезагрузками прилетают, где-то развитые ксеры сидят и снаряды пачками штампуют, кому-то на поляну техника военная грузится. Так и выживают. А с мурами кто будет торговать? Нет, не станет внешников, и муры загнутся, причем быстро. И Тритон это не хуже нас с тобой понимает, вот и не рыпается, что сказали, то и делает.

— Как тут у вас все непросто устроено.

— А ты думал в сказку, что ли попал? Не знаю, откуда ты там вылупился, но эти места та еще мясорубка.

— Слушай, Буран, а что будет с нашими свежими?

— В каком смысле?

– Ну, они же ни сном ни духом, про то где очутились и что с ними будет. Да и я, если честно, тоже.

– А, вот ты о чем. Как в стаб приедем, проверят на иммунитет, потом с ними ментат переговорит, окрестят, дадут на первое время жилье, предложат какую-нибудь работу. Во Флюгере вечный недостаток рабочих рук, приток новичков слабенький. Заслуга Чертей и атомитов, чтоб им пусто было. Нам, кстати, за них еще и награда полагается, если ты не в курсе. Руководство стабов поощряет спасение иммунных свежаков. Есть команды, которые только этим и промышляют. Не все рейдеры горят желанием воевать с мурами и атомитами или охотиться на мутантов.

– И большая награда?

– Последний раз, когда я был во Флюгере, давали по пять споранов за нос. У нас тут девять человек в кузове – считай, почти полтинник «виноградин» заработали. И это не считая остальных ништяков.

Они выкинули из машины последний труп, и Буран отправился к пожарному щит. Прихватил с него ведро, зачерпнул воды из бочки под дождевым стоком на проходной, залез в кузов и окатил днище кузова машины, смывая загустевшую кровь.

– Ну ладно, поболтали и хватит. Пора нам двигать во Флюгер, и без того задержались. По трофеям порешаем, как в стаб вернемся, не будем сейчас время терять. Созывай свежаков, а то я, если опять ко мне сунется эта визгливая тетка, за себя не отвечаю. И да, сними ты уже шеврон Чертей с формы, а то местные могут не оценить таких шуток. У нас и без того эмблемы эти на технике муровской намалеваны, не хватало еще чтобы нас на подъезде к стабу встретили из крупняка.

Рейдер с треском оторвал шеврон-липучку в виде красной четырехлучевой звезды с собственной формы и швырнул его на асфальт, после чего хлопнул по спине Шута и направился к пикапу.

Дикарь дал сигнал Луню и остальным, чтобы грузились по машинам. Притормозил за локоть проходившего мимо Фингала, ухмыльнувшись про себя, что, похоже, парень окрестился сам собой.

– Друг, будем к селению подъезжать, сильно не гони. Ни к чему нервировать местных.

Тот лишь кивнул в ответ и полез в кабину. А Дикарь услышал, как сзади него кто-то нерешительно покашлял. Он обернулся и увидел за своей спиной спасенную им девушку, имя которой он так и не удосужился узнать. За прошедший час она успокоилась и привела себя в порядок, насколько это вообще возможно в условиях стандартного кластера. Дикарь осмотрел прежде опухшее от слез, а теперь весьма миловидное лицо, и не мог про себя не признать, что девушка, даже с синяками на лице, растрепанными волосам и расплывшейся тушью, кутаясь в его бесформенную куртку, накинутую на голое тело, остается невероятно привлекательной. Неудивительно, что муры позарились на нее. Девушка сильно смутилась под его взглядом, но быстро смогла взять себя в руки.

– Привет!

– Эм…привет. Нам долго еще ехать?

– Нет, Буран говорит, что скоро будем на месте. А в чем дело?

– Там Лара, Лариса умерла – видя непонимание на лице Дикаря, она уточнила – Та женщина, которой ты меня отдал, перед тем, как мы уехали. В нее пуля попала в городе, я пыталась кровь остановить, но у нее, кажется, внутреннее кровоизлияние произошло. Денису – парню, который ехал с нами в кузове, повредило осколком ногу. Мы ему поставили жгут, но это временно, долго его так держать нельзя, может начаться гангрена.

– Ты медик?

– Нет, что ты. Просто проходила курсы по оказанию первой помощи. Что-то вспомнила, что-то мне твой друг подсказал, который иностранец, с акцентом.

– Ясно. Не переживай, скоро мы будем в безопасном месте, там ему помогут. А насчет Ларисы сейчас решим, надо ее похоронить, не зачем ей ехать с нами в стаб.

Было заметно, что она в замешательстве, но опасается задавать лишние вопросы – не забыла еще реакцию Бурана на ту истеричку.

– Как тебя зовут-то, краса девичья?

– Лина…Алина.

– А я Дикарь, очень приятно.

Девушка неожиданно прыснула смехом.

– Это же кличка какая-то, а не имя.

– Имя, Линочка, самое настоящее имя. Ладно, залезай в машину, нужно ехать.

Он проводил ее взглядом, пока она шла к кузову грузовика, залезла в него с помощью поданной Бисмарком руки, стыдливо одергивая низ его куртки. Сделал себе зарубку в памяти, что нужно проследить, чтобы в стабе ей выдали все самое необходимое, а то заметно, что она со своей скромностью, будет молча терпеть неудобства, такой уж склад характера. Но, нужно признать, что стержень у девушки присутствует. Любая другая после того, через что ей пришлось пройти, ушла бы в себя или закатывала истерики. А эта ничего, держится, даже другим старается помочь.

Насчет остальных свежаков тоже надо будет уточнить. Как-никак они их спасли, так что, часть ответственности за их судьбы лежит и на его плечах. Как минимум – за самое ближайшее будущее этих судеб.

Лару, ту женщину, которая успокаивала Лину в кузове, похоронили на следующем стандартном кластере. Без красивых фраз и почестей. Он вместе с Лунем ножами срезал несколько пластов дерна, и прикрыли ее в получившейся лунке. Сняли каски, постояли минутку над свежей могилой вместо эпитафии. Буран сказал, что так и принято хоронить покойников в Улье – нет смысла копать глубокие могилы, тела исчезнут вместе со следующей перезагрузкой. А Дикарь сделал себе еще одну зарубку в памяти насчет очередного обычая СТИКСа.

В этот раз он поменялся местами с Лунем, отправив его в кузов, а сам сел в кабине. Хотел сам посмотреть на приближающийся стаб, да и если на въезде возникнут какие-то проблемы, лучше ему быть в курсе.

Стаб оказался странным. Это оказался мыс, далеко выдающийся в водную гладь, на берегу той самой реки, которую они пересекли чуть ниже по течению. Раньше тут, похоже, располагался серьезный речной порт, торчащие конструкции портовых кранов, ангары и огромные штабеля грузовых контейнеров виднелись издалека. Единственный въезд на территорию порта был перегорожен стеной из все тех же ржавых контейнеров, виднелась хорошо укрепленная огневая точка с блокпостом.