S-T-I-K-S. Игры на выживание (СИ) - Собинин Николай - Страница 42

– Не стреляй, это я! – предосторожность была не лишней, не хватало еще схлопотать пулю от нервного немца – Все ровно?

– Да, в порядке, просто не совсем просыпался еще.

Разговор был прерван очередным нежеланным посетителем, только в этот раз к ним вломились уже через дверь. Судя по скорости, с которой расправились с дверью, к ним наведался кто-то более серьезно настроенный. У него это дело заняло всего пару жалких секунд, а в следующий миг размазанный в темноте силуэт, словно живой вихрь, пронесся по комнатам, разнося в хлам попадавшиеся ему на пути предметы мебели. МП-40 залился длинной очередью, добивая магазин и ослепив Дикаря дульной вспышкой. Он больше интуитивно, чем видя, куда стреляет, дважды утопил спуск. Темная туша врезалась в австрийца, и тот с жалобным криком улетел в дальний угол комнаты. Но кто-то из них двоих попал куда следует – зараженный со стуком завалился на пол, в том месте, где до этого стоял Бисмарк, и засучил ногами. А значит – угрозы он уже не представляет. Дикарь бросился к лежащему человеку. Нашел его больше на ощупь и на звук тяжелого, прерывистого дыхания, видимость в темных углах дома была скверная.

– Живой?

Австриец слабо пошевелился.

– Немного живой, да. Дышать только больно.

– Полежи пока тут, разберемся с зараженными, потом глянем что с тобой. Пистолет при тебе?

– Кобура на поясе.

Дикарь зашарил по теплому телу. Вроде крови нигде не чувствует, значит ушиб, перелом или еще какое внутреннее повреждение. В любом случае, сейчас он ему помочь ничем не мог. Он освободил пострадавшего от автомата, сняв ремень через голову, нашарил на поясе подсумок с двумя оставшимися у него магазинами. Предусмотрительный Бисмарк, не смотря на темноту и суматоху, сумел-таки экипироваться, как полагается. Видно, немецкая военная школа вбила такие вещи на уровне рефлексов. Вынул из чехла «люгер», вложил его в вялую ладонь. Какая-никакая, а защита. Свой пистолет Дикарь убрал в деревянную кобуру – в нем осталось пара патронов, а перезарядить маузер неудобной обоймой с помощью всего одной руки, да еще и в темноте, задача для него крайне нетривиальная и практически неосуществимая. Он зажал автомат между ног, выщелкнул из него пустой магазин и воткнул в приемник новый и оттянул затвор назад, досылая патрон и молясь про себя, чтобы в немецком агрегате не нашлось места какой-нибудь хитрой штуковины, типа шнеллера или еще чего-нибудь в таком духе. «Шмайсер» ему доводилось видеть лишь в кино, и как что в нем работает, он не имел ни малейшего понятия. Лишние мысли пришлось отогнать – в прихожей шлепали босые ступни нового желающего схлопотать пулю. Ну, или отведать свежего мясца, тут уж как получится.

Повезло, никаких хитростей в МП-40 не оказалось, выстрелил как положено, немало удивив невероятно мягкой отдачей. И это при учете стрельбы с одной руки. Все три пули угодили куда надо, свалив в коридоре слабенького бегуна, и идущего за ним по пятам его собрата. Едва тела успели приземлиться, как с чердака загремела новая серия выстрелов. Причем, в этот раз Лунь стрелял из СВТ, хлесткие, раскатистые выстрелы из нее было невозможно перепутать со стрекотом ППШ. Как видно, для «светки» нашлись более серьезные цели, раз разведчик поменял оружие. А вот это уже тревожный звоночек.

Дикарь осторожно выглянул наружу, и в свете луны возле собачей будки увидел шевелящуюся и урчащую несколькими глотками темную массу. Слуховое окно выходило на другую сторону дома, и разведчик их оттуда не видел. Странно, что мутанты предпочли оголодавшую до выпирающих из-под облезлой шкуры ребер мертвую собаку засевшим внутри людям. Хотя, может их кое-чему научил печальный опыт их товарищей, пытавшихся проникнуть внутрь и поплатившихся за это? Кто знает, Дикарь сейчас об этом может лишь гадать.

Короткая очередь по силуэтам в районе их голов прервала всякие телодвижения возле трупа животного. Собака маленькая, закончится быстро, так что, бегуны или кто там рвал ее на части, скоро вспомнят про людей. А тут такая замечательная групповая мишень, глупо упускать прекрасный шанс. Вот только стрельба во дворе привлекла к себе внимание – слева, за сараем нехорошо заурчал кто-то, кого отсюда не было видно. И судя по тональности урчания, тот, кто там затаился, значительно крупнее бегуна или пустыша.

Додумать мысль Дикарь не успел, сарай, скрывавший нового мертвяка, с треском разлетелся на части и к крыльцу дома, в ореоле щепы и обломков бросилась туша внушительных габаритов. Отпрыгнув назад, в помещение, Дикарь утопил спуск и перечеркнул силуэт очередью. Куда-то попал, зараженный споткнулся и приземлился на крыльцо плашмя. Остатки магазина размолотили удачно подставленную макушку головы практически в упор. Стрельба на чердаке тоже затихла, навязчивого урчания поблизости не слышно, значит, опасность на какое-то время осталась позади.

Он кое-как заменил опустевший магазин и бросился внутрь. На ощупь нашел свой рюкзак, зашарил по клапанам. Как назло, искомое обнаружилось на самом дне. Выудив фонарь-налобник, Дикарь нацепил его себе на голову. Сведодиодник разрезал темноту ярким лучом света, и он первым делом отправился к пострадавшему. Бисмарк был жив, но выглядел скверно – рожа поцарапана, на лбу вспухла грандиозная шишка. Дышал с трудом, видно что-то с грудной клеткой. Он дал ему хлебнуть живчика, после чего взвалил на плечо и понес прочь из дома. Аккуратно высунулся из прихожей, прислушался к тому, что происходит вокруг. После грохота выстрелов, наступившая тишина казалась оглушительной. Однако он предпочел не слишком обольщаться на этот счет. Ночь это время активности мутантов, к тому же они находились на берегу реки, а по воде, да еще и в ночной тишине, когда фоновые звуки на минимум, звуки разлетаются до неприличия далеко. Дикарь посадил австрийца в лодку, прислонив спиной к носовому бардачку, направился обратно в дом, взлетел вверх по лестнице, шарахнувшись от наставленного на него ствола оружия.

– Лунь, хватай монатки и вали в лодку, бегом.

Опытный, повоевавший солдат не теряя ни секунды на бессмысленные расспросы, подхватил оружие и направился вниз. Дикарь бросил ему вниз одеяло, в которое тот кутался во время дежурства.

– Возьми с собой, в лодке пригодится.

Пока разведчик судорожно хватал вещи (которых, к счастью, было не так уж и много), и оружие Дикарь, подсвечивая себе фонарем, опорожнил споровые мешки ворвавшихся внутрь мутантов, не глядя, запихивая их содержимое себе в карманы. Бросить без осмотра матерого лотерейщика, нескольких бегунов и спидеров, жаба ему не позволила. Вспомнив про тварь, разлегшаяся на крыльце, оказалась топтуном – причудливо вывернутые в суставах ноги торчат в разные стороны, голова обросла костью. Его выстрелы попали в коленный сустав, вынудив зараженного споткнуться при приземлении, а последовавшая за тем короткая очередь сбрила верхушку затылочного нароста, частично лишив его начинки. Ладно, зато возиться со вскрытием мешка не придется. Дикарь уже было запустил руку внутрь, сжав содержимое в кулаке, как вдруг его внутренности словно окатили холодной водой. В темноте ночи, словно огромный трактор заурчал, а через короткую секунду посередине двора приземлился очередной оживший ночной кошмар. За то короткое мгновение, когда луч света его фонаря выхватил тело мутанта из темноты, Дикарь трижды проклял себя за жадность и как лягушка, из сидячего положения отпрыгнул назад, заваливаясь спиной внутрь дома. Висевший на спине автомат болезненно приложил по почкам, но это последнее, что его волновало в эту секунду. Дверной косяк разлетелся на части вместе с приличным куском стены, прямо перед носом в стерильно-белом луче света мелькнула кошмарная лапа с серпами недюжинных когтей зараженного. Дикарь пятился назад, пока не почувствовал спиной межкомнатную дверь. Он вскочил на ноги, разогнался в темноте, не обращая никакого внимания на попадавшиеся под ноги предметы, и рыбкой нырнул в выбитое кухонное окно, располагавшееся прямо напротив лодочного причала. За его спиной в дом словно угодил фугасный снаряд – монстр явно не вписался габаритами в размеры помещения и разносил его на куски, пытаясь догнать сбежавшую добычу. Ему бы сдать назад и обойти небольшой домик, тогда бы прихватил иммунного тепленьким, но азарт затуманил мозг зараженного и тот решил идти напролом, чем подарил Дикарю несколько бесценных секунд. Чувствуя, как за спиной вросли крылья, Дикарь в три прыжка покрыл расстояние между ним и причалом, навалился на нос лодки, что есть мочи оттолкнул ее от дощатого настила, параллельно постаравшись развернуть носом к большой воде, после чего запрыгнул внутрь, случайно навалившись на пострадавшего австрийца. Плевать, момент для сантиментов неподходящий.