Теория заговора - Деружинский Вадим Владимирович - Страница 141

Удивительно! Можно подумать, что в Москве в храмах не было свечей, а свечи ставили только в католических храмах, а воск был нужен только Папе римскому. Смеху подобно: воск нужен только католикам, а потому католики не могли изобрести водку.

Понимал ли Похлебкин нелепость этой «логики»? Конечно понимал, ибо сам в ранее написанной книге «О кулинарии от А до Я» указывал, что производство высокоградусного спиртного из меда — вещь дорогая и расточительная: два литра меда давали литр напитка, а технология требовала использования сразу не менее нескольких сот литров меда. Он писал, что из-за дороговизны напитка его в Московии использовали редко — он нашел упоминание только о том, что эту «медовую водку» делали только на свадьбах Ивана Грозного (уже после отмены сухого закона в Московии). Но тут же Похлебкин пишет, что нельзя это путать с водкой: мол, это был намного более благородный напиток.

Так в какой из книг Похлебкин говорит правду, а в какой отрабатывает заказ и врет?

В книге «О кулинарии от А до Я» (которая переиздается и сегодня) кулинар пишет, что при Иване Грозном (то есть через почти век после «изобретения пшеничной водки в Московии») никакой водки не было, а был только спиртовой напиток из меда, который иногда и делали по большим праздникам. Зачем же его делать, если, как автор в 1979 стал писать, там уже почти век как водку изобрели? Но ведь Похлебкин настаивает: дороговизна производства спиртного из меда и заставила производителей искать иные технологии — так и была найдена технология создания пшеничной водки.

Это он в одной книге пишет, а в другой обратное: мол, ВКЛ — главный производитель меда и к тому же главный в смолокурении — не мог изобрести водку, ибо был доволен дорогим спиртным, добываемым из меда. Два взаимоисключающих вывода.

Кроме этого, сравнение двух книг Похлебкина одиозно показывает, что в одной он как о «водке» говорит о медовой водке Ивана Грозного, а в другой, заказ отрабатывая, эту медовую водку называет уже якобы «пшеничной». Ясно совершенно, что автор был честен в той книге, которую писал сам, не под заказ государственного спора СССР с ПНР.

В заказанной книге:

Что это за новость: «ставшая с 1386 года католической страной Литва»? Похлебкин говорит не о Литве, а о Княжестве Жемойтия жемойтов и аукштайтов, которое не являлось Литвой.

Белорусский историк В. Верас пишет иное:

Я не стану спорить с тем общеизвестным фактом, что Западная и Центральная Беларусь (тоесть историческая Литва) — это преимущественно католические земли (на момент принятия Унии 1596 года половина населения территории нынешней Беларуси была католиками, а половина — православными). Но как же быть с «Полоцкой Русью», которую Похлебкин называет главным кандидатом в изобретатели водки? Она то до 1596 года была вне власти Папы римского и не была обязана снабжать Ватикан воском. Но, увы — «исследователь» про Полоцк тут же забыл, ибо ему поскорее надо искать водку в Москве. Где как раз никаких исторических оснований для ее изобретения в принципе не существовало. Очень последовательно.

Тевтонский орден и Ливонию автор вычеркивает из кандидатов в изобретали водки:

Вообще-то говоря, оттуда народ бежал не в Польшу и не в Новгород, а в Беларусь-ВКЛ, где тоже не было крепостного права: оно тут появилось только с оккупацией Россией в 1795 году.

Кстати, крепостное право появлялось только там, где элита правила туземцами не родственного этноса. Так было в землях Московии, где князья и дружинники Киевской Руси правили туземным финским населением муромы, эрзя Рязани, мокши Москвы, мещеры, веси, чуди и прочими финнами Великой Мордвы (ныне это русский этнос); так было и в Германии, которая захватила земли славян и балтов Полабья и Поморья. И ровно так в Литву-Беларусь массово бежали крестьяне не только с захваченных немцами земель Поморья и Полабья, но и с земель Московии.

Но оцените логику автора книги: Тевтонский орден и Ливония не могут быть изобретателями водки из-за крепостного права, но зато Московия — второй и последний жуткий уголок в Восточной Европе этого же крепостного права — вдруг «водку изобретает». Автор, конечно, понимал, что пишет чепуху — но ведь заказали и заплатили.

При заказе Похлебкин получил четкую установку: показать, что Москва изобрела водку раньше Польши. Отсюда и умозрительные, ничем не доказанные рассуждения автора:

Ну и каковы документы? А таковы: