Теория заговора - Деружинский Вадим Владимирович - Страница 121

«Я не верю в случайность»

Дочь Петра Мироновича, Наталья Петровна Машерова, заявила в Минске 26 мая 1995 года:

Мнение Натальи Машеровой разделяют многие, хотя события неизбежно обрастают мифами и домыслами. Владимир Соловьев и Елена Клепикова в изданном на Западе бестселлере «Борьба в Кремле — от Андропова до Горбачева» рассказывают, что в смерти первого секретаря ЦК компартии Белоруссии повинен генсек. Они пишут:

Пустые милицейские машины — это, видимо, продукт творчества народа, который не верил в то, что все произошло случайно.

Газета «Белорус», издающаяся в США, в статье «Кто убил Машерова?» (№ 352, 1986 г.) писала:

В статье сообщается, что поводом для устранения белорусского лидера стал инцидент на брестской таможне, где при попытке контрабандного провоза через границу были обнаружены бриллианты, принадлежащие Галине Брежневой — дочери генсека. Автор статьи пишет, что из Москвы в Минск тут же последовал звонок с требованием замять это дело, но Машеров проявил строптивость.

И тогда министр внутренних дел СССР Щелоков пошел на употребление чрезвычайных средств. Машеров — пишет газета — стал жертвой Государства Бюрократии, которому сам служил верой и правдой.

Газета также сообщала, что многие в Белоруссии требовали от Москвы всей правды о гибели Машерова. На одном из пленумов республиканской писательской организации было прямо заявлено, что «гибель Машерова не носит случайного характера». Прозвучала также мысль о том, что все предыдущие деятели Беларуси погибли по инициативе Кремля.

Причастны ли к гибели Машерова бриллианты Галины Брежневой — и по сей день вопрос. У Москвы и без этого были крайне веские причины в устранении неугодного Москве Машерова. На фоне этих проблем бриллианты Галины Брежневой выглядят мелочью. В лучшем случае — лишь поводом.

Авторы других публикаций обращают внимание на то обстоятельство, что на похороны из Москвы приехал только секретарь ЦК Капитонов, хотя Машеров был кандидатом в члены Политбюро, руководителем компартии Беларуси.

Николай Зенькович, автор книги «Покушения и инсценировки: от Ленина до Ельцина» (Москва, «ОЛМАПРЕСС», 1998), подробно исследовал обстоятельства гибели Машерова и тоже нашел массу странного. Он пишет, что в ходе следствия было установлено, что ГАИ не предупредили о планируемом прохождении кортежа спецавтомобилей по территории Минской области, в результате чего гаишники не могли принять необходимых в таких случаях мер безопасности. Это было удивительным и странным нарушением.

Н. Зенькович пишет:

Зенькович обращает внимание и на другие странности: за две недели до автокатастрофы Москва заменила руководство КГБ Беларуси, а также сменили начальника личной охраны Машерова.

Мощный машеровский «ЗИЛ», который мог выдержать столкновение с любым транспортным средством, как раз в эти дни отправили в ремонт. В «ЗИЛах» меньше удобств, чем в «Чайках», но зато «ЗИЛы» гарантировали сохранение жизни при любом столкновении.

Следует признать, что за этими (и многими другими) невероятными совпадениями вполне угадывается рука постановщика — КГБ Москвы. Именно такое создается впечатление.

Факты

Согласно материалам дела, события развивались так. 4 октября 1980 года около 15:00 на Смолевичском участке трассы Москва – Минск двигался синий МАЗ-503, который вскоре догнал ГАЗ-53Б с кузовом, до половины заполненном картофелем.

Странности начинаются уже в том, что этот грузовик запомнился многим водителям тем, что он «мчался, как на пожар». Один из водителей сказал: «Несется, как будто погибели ищет…»

Грузовик с картошкой несся со скоростью под 100 км/час, пока не пристроился в хвост синему МАЗу. Там он вдруг успокоился и стал ехать за МАЗом, соблюдая дистанцию в 70 метров.

Со стороны это выглядело, как будто водитель ГАЗ-53Б искал на трассе «подходящее» габаритное транспортное средство, а найдя — пристроился ему в хвост и далее следовал за ним, сохраняя нормальную дистанцию, не собираясь его обгонять. На следствии водитель грузовика с картошкой Николай Пустовит не смог объяснить свое странное поведение на трассе. Куда он спешил? Почему снизил скорость, пристроившись за МАЗом? На все вопросы Пустовит отвечал: «Не знаю…»

Итак, ГАЗ-53Б пристроился в хвосте МАЗа, и обе машины двигались какое-то время с одинаковой скоростью, сохраняя дистанцию в 70 метров. И тут водитель МАЗа увидел впереди двигавшийся навстречу эскорт трех легковых автомобилей. Впереди неслась белая «Волга», за ней черная «Чайка», а замыкала кортеж желтая «Волга».

С передней машины прозвучала команда водителю синего МАЗа принять вправо и остановиться, что и выполнил водитель. Увидев, что за синим МАЗом следует ГАЗ-53Б, такую же команду дали и ему.

Он тоже принял вправо, но останавливаться не стал, а «неожиданно для себя», как сказал на следствии Пустовит, он осознал, что приближается к борту стоящего впереди МАЗа.

Пропустив «Волгу», Пустовит стал тормозить и резко рванул руль влево, где на него неслась «Чайка». Произошло лобовое столкновение, и сразу полыхнуло пламя — загорелся ГАЗ-53Б. «Чайка», развернутая поперек шоссе, застыла, уткнувшись в самосвал. Пустовит чудом сумел выбраться из горящего грузовика, объятый пламенем. Он находился в глубочайшем психологическом шоке и не понимал, что происходит.

Водитель синего МАЗа выпрыгнул из кабины и побежал к «Чайке». Передняя дверца была открыта. Там, обсыпанный картофелем, сидел, завалившись влево, к водителю, Машеров. Изо рта и носа текла кровь.