Тень над королевством (СИ) - Дашкель Михаил - Страница 35

— Спасибо за помощь. Больше ничего, что могло бы мне пригодиться?

— К сожалению, у меня совсем другая специализация, как ты понимаешь. Так что я мало знаю о Повелителях Снов. Хотя, еще одно, у каждого из них на груди шрам в виде семиконечной звезды символа Кага — богини Идр. Этот след остается после тренировок с Толкателем Сознания – устройством, которое генерирует молнии и помогает отделиться духу от тела. Я видел подобное в молодости, когда только начинал учиться и не успел выбрать специальность. Человека кладут на стол и фиксируют его положение с помощью специальных замков, откуда ему на грудь спускается… это больше всего похоже на большую металлическую колонну, которая постепенно увеличивается в размерах, из огромной металлической сферы, висящей под потолком. Когда прибор включают, сфера покрывается фиолетовыми разрядами, а человек внизу начинает корчиться в судорогах, пока его душа не покинет тело. Именно от контакта с выдвижной колонной и случается ожог на груди. Многие не выдерживают, и их душа больше никогда не возвращается в тело, но те, кто тренируется таким образом, со временем становятся Повелителями Снов. Это один из этапов их тренировки.

— Спасибо, ты даже не представляешь, насколько эта информация для меня полезна!

«Вот так дела, получается в городе орудует шпион империи Идр, который через сны подбивает людей на мятеж. Узнать его можно по шраму в виде семиконечной звезды. Но не станешь же ты проверять каждого жителя города на наличие шрама? К тому же, он еще и из Высших Магов, а это чего-то да стоит. Нужно выяснить, что за серый треугольник был в небе, а вот тут мне точно должны помочь архивы».

***

Заставив искать в архивах любые упоминания о треугольнике в небе, Набир уже через несколько дней получил результаты: последний раз такой символ видели чуть больше двухсот лет назад, как раз перед высадкой на побережье войск Идр и их поражения в войне. Летописец описывает данное явление как крик Хора о помощи в грядущих бедах.

«Каждый, кто верит в Хора, и способен держать оружие в руках, должен встать на защиту своей земли и веры. Ибо грядут черные года». Так было записано в летописи.

Да уж, не очень оптимистичное послание. Особенно в свете покушения на короля и появившегося шпиона.

Еще более древнее упоминание говорило, что данный символ был замечен тысяча двести лет назад, и предрек смену правящей династии Титоса, повергнув королевство в хаос междоусобных войн.

Если бы не мятеж, Набир отдал бы предпочтение второму толкованию, но разговор с Красавчиком склонял чашу весов в пользу очередного грядущего противостоянии с империей.

«И почему это случилось на моем веку? В любом случае, если не найти шпиона Идра за месяца три-четыре, то что-то, похожее на нынешний мятеж, произойдет опять, и далеко не факт, что все обойдется столь малыми жертвами, как в этот раз».

15. АЙРИН

Айрин привели в большой сарай, где в темноте, сгорбившись над ведрами, сидело около трех десятков женщин. Все они занимались тем, что терли свеклу на терке. Гора свеклы заполняла сарай больше, чем наполовину.

— Вот твое место, берешь и трешь, — скомандовала одна из женщин.

Айрин ничего не оставалось, как усесться на свободное место и приступить к работе. Свекла оказалась ледяной, ночью еще бывали заморозки, так что сок и стружка из свеклы обжигали пальцы холодом. Все женщины работали молча. За работой пристально наблюдала одна из женщин постарше. Периодически она подходила к какой—то из работающих и била ту розгой по рукам, говоря, что нужно трудиться усерднее. Удивительно, но это не вызывала у работниц никаких эмоций. Все воспринималось, как будто это в порядке вещей, никто даже не думал возмутиться. Надсмотрщица не подходила в этот день к Айрин.

Иногда к ним заходили какие—то другие женщины с ведрами, забирали натертую свеклу и несли на корм животным. Никакого завтрака, видимо, не предполагалось. Все работающие были одеты одинаково в темно—серые платья. Любые попытки девушки заговорить с кем—то, пока надзирательница не видела, заканчивались ничем. Видимо, сидящим женщинам было строго запрещено разговаривать с новенькой. Ближе к обеду, достав из кармана колокольчик, надсмотрщица потрясла им:

— Обед, обед!

Все закончили работу и отправились в столовую, которая находилась в соседнем доме. Айрин поняла, что недооценила масштабов поселка. Кроме увиденных ранее домов, за холмами были еще и другие. И их было куда больше, чем она могла себе представить. В своих предположениях о количестве населения в поселке, девушка ошиблась раз этак в шесть.

Столовая была рассчитана примерно на две сотни человек. Когда их группа вошла, там почти не осталось свободных мест. Им пришлось немного подождать, что не очень понравилось надсмотрщице.

— Из-за того, что вы слишком долго собирались, мы теперь вынуждены ждать и терять впустую драгоценное время! Придется сегодня поработать подольше, — при этих словах ее лицо оставалось беспристрастным.

Мало того, что все время ожидания никто не разговаривал с Айрин, но даже друг с другом работницы абсолютно не общались, сохраняя гробовое молчание. Похоже, что женщины и мужчины в этом месте питались раздельно. Когда очередная группа вышла, они все же зашли в столовую. Вся еда – жидкая похлебка и два небольших куска хлеба. Похлебка, хотя на вид и была не очень аппетитной, но на вкус – вполне съедобной. Быстро пообедав, все снова направились в сарай со свеклой.

Женщины не успели приступить к работе, как у двери появилась настоятельница в сопровождении еще двух девушек. Она начала громко выкрикивать имена работниц, а те вставали и покорно шли к двери. Взяв с собой шесть девушек, настоятельница удалилась.

«Интересно, куда это они? Нужно будет непременно это узнать», — подумала Айрин.

Где-то через час, шесть женщин вернулись, уселись на свои табуретки, и продолжили молча натирать свеклу.

«Сколько же у них домашних животных, если им нужно столько корма?»

Время за работой шло достаточно быстро, после ужина их развели по комнатам. Когда Айрин зашла в свою, в ее комнате уже была соседка. Девушка с длинной русой косой и большими голубыми глазами сидела на кровати. На вид ей было не больше двадцати. Айрин видела ее раньше в том же сарае со свеклой.

— Привет, я Айрин.

— Лира. Ты новенькая? — спросила девушка.

— Да, ты давно здесь?

— Четыре года как.

— Ты здесь не родилась?

— Нет, мы с отцом как-то пошли в лес за ягодами, его убили, а меня с братом забрали сюда.

В голове Айрин, колокольным звоном отозвались тревожные мысли: «Бежать, нужно придумать, как отсюда сбежать».

— А ты не пробовала бежать?

— Нет, — потупив взгляд в пол, ответила девушка. — Многие пробовали, но… никому еще не удавалось это сделать. Наша деревня окружена столбами, на каждом из которых нанизан череп коровы, если кто—то пересекает эту границу, его ждет кара. Настоятельница говорит, что даже думать о побеге — грех.

— И что, никто не пробовал?

— Иногда пробовали, — девушка начала сжимать руками свое платье, — но их всегда ловят и жестоко наказывают.

Айрин поняла, что лучше оставить тему побега, уж слишком девушка была запуганной.

— Тебе не хочется домой?

— Хочется, но чем больше времени я здесь, тем все туманнее становятся воспоминания о доме.

— Ты видела своего брата?

— Только мельком, несколько раз, мы ни разу с ним не разговаривали все это время.

— Ни разу?!

— Женщинам запрещено обращаться первыми к мужчинам. Да и живет он в мужской половине деревни.

— Твоя речь не похожа на деревенскую.

— Да, я была дочерью старосты деревни. Меня обучал очень хороший учитель, — с гордостью в голосе ответила Лира.

— А кто-то из родни, кроме брата, еще остался?

— Да, мама и сестра, и еще один брат.

В какой-то миг Айрин стало очень хорошо, комната обрела краски и она почувствовала эйфорию, было так уютно и тепло, что ей больше не хотелось разговаривать и она попросту легла на кровать, погрузившись в приятные сновидения. Стены комнаты ожили, превратившись в сказочный лес, вокруг летали цветные феи. Из леса навстречу ей выбежал радостный Зурху. Ведьма погладила его по бархатистой морде, а олень привычно облизал ей щеку.