Игра Мертвеца (СИ) - Вайнберг Исаак - Страница 8

Совершенно обессилев, я выбрался из мерзкого мешка.

— Сколько у меня здоровья? — устало пробурчал я.

— Десять процентов, — грустно ответил Толя.

— Понял. Отбой, — сказал я потерял сознание.

Не знаю, сколько я провёл в отключке, но когда пришёл в себя, первой мыслью в моей голове была цифра 10. Твою мать! У меня же всего десять процентов здоровья! Ещё час — и мне конец! Я поднялся на ноги настолько быстро, насколько позволяло моё несчастное, измочаленное тело. Неверными шагами дошёл до последнего дома — того самого, где встретил Хитроеда, — открыл дверь, вошёл в дом и рухнул на колени рядом с мёртвым телом. Открыв рюкзак, я вытряхнул его содержимое наружу: пять разных пистолетов, двенадцать обойм, две монеты серебром, лак для волос, средство для мытья посуды, мешки для мусора, пачка крекеров и банка тушёнки.

Взяв тушёнку, я быстро вышел на улицу, нашёл камень побольше и стал лупить об него банкой. Я не знаю, сколько минут осталось до моей смерти — может, сорок, а может, и всего одна, — так что мне надо было как можно быстрее восполнить запас здоровья. Наконец банка поддалась — из дыры в её боку полился сок. Я мял банку в руках, пока отверстие не оказалось достаточным, чтобы выскрести из него содержимое. Жадно съев последнее, я вызвал своего экспедитора:

— Толя, сколько у меня здоровья?

— Двадцать… ой, нет, теперь уже десять процентов!

Фотофиниш… Задержись я на минуту — и был бы покойником.

Глава четвёртая. Страшная смерть

Глава четвёртая. Страшная смерть

Скорее, дай мне Зелье здоровья! — смертельно уставшим голосом взмолился я, распластавшись в грязи у ног стражника Нубограда.

Стражник смотрел на меня с плохо скрываемым презрением.

— Нет, — отрезал он. — Сначала нужно уплатить штраф в пять серебряных монет.

Я из последних сил подтянул к себе рюкзак, расстегнул и вычерпал его содержимое.

— Тут хватит и на вход, и на зелье, — ослабевающим голосом прохрипел я.

Охранник нехотя распинал содержимое моего рюкзака сапогом, чтобы лучше его разглядеть, и, сосредоточенно нахмурившись, принялся шептать себе под нос, загибая пальцы.

— Тут только на две серебряные монеты, — заключил он.

— Возьми дробовик. — Я неверной рукой попытался снять оружие со своего плеча.

— О, а вот это уже разговор! — оживился стражник, охотно помогая мне избавиться от дробовика.

— Теперь я могу войти в город и получить своё зелье? — с надеждой спросил я.

— За ружьишко могу дать только две с половиной монеты. Но этого всё равно мало.

— У меня есть Прыглосось. Он там, у перекрёстка. — Я неопределённо махнул рукой куда-то назад. — Чуть-чуть не дотащил — слишком тяжёлый. Но он совсем свежий — я его сам убил всего пару часов назад...

— Ты убил Прыглосося?! — округлил глаза стражник. — Какой же надо быть мразью, чтобы убить несчастное безобидное животное!

— Он сам напал на меня. И он рыба, а не животное. — У меня не осталось сил даже на то, чтобы держать голову поднятой, так что я опустил лицо в грязь и начал пускать носом пузыри.

— Зато ты животное! — с презрением выпалил стражник. — Сколько же в тебе злобы, раз ты вот так просто убиваешь несчастных дельфинов! У них ведь даже зубов нет!

— Рыб, — поправил его я, приподняв голову над лужей. — Сколько дашь монет?

— Четыре! За всё вместе! — решительно ответил стражник.

— Было же пять с половиной, — напомнил я, клюя носом в лужу.

— Я вычел штраф за убийство Прыглосося!

— Нет такого штрафа, — усомнился я,

— Теперь есть! Я его ввожу с этого момента!

— Ладно, просто продай мне зелье, — сдался я, пытаясь перевернуться набок.

— Четыре монеты, — невозмутимо сообщил стражник.

— Ему красная цена — пятьдесят бронзовых…

— Это цена для порядочных людей, а для таких как ты — мерзких убийц Прыглососей —четыре серебряные монеты, и ни бронзой меньше!

— Хрен с ним, — не стал спорить я, — давай зелье…

— И похоронишь несчастного Прыглосося… — решил закрепить свой успех стражник.

— Хорошо, — снова согласился я.

— Да как подобает, с надгробием!

— Каким ещё, нахрен, надгробьем? — От возмущения я даже решил было вскочить, но вместо этого просто слегка дёрнул ногой (сил на большее не хватило).

— Да я прикалываюсь! — махнул рукой охранник и вытащил из кармана заветную бутылку с зельем. — О, тебе сильно повезло! У меня с собой только среднее. Наслаждайся…

Он бросил мне пузатый стеклянный бутылёк зелёного цвета. Внутри плескалась чёрная жидкость. Я трясущимися руками вытащил деревянную пробку и залпом осушил содержимое. По вкусу похоже на докторскую колбасу, как ни странно, если вы можете себе представить жидкую, тягучую докторскую колбасу.

По всему телу разлилось приятное жжение. В голове моментально прояснилось, а усталость как рукой сняло. Я был полон сил и полностью здоров. Точнее, здоров на шестьдесят процентов.

Я поднялся на ноги. Накидка и остальная одежда были заляпаны грязью. Моё лицо и руки — тоже. Выглядел я крайне никчёмно, но зато чувствовал себя отлично! Я жив!

— Дай я тебя поцелую! — воскликнул я и хотел было сгрести стражника в объятия, но он быстро отстранился, окинув меня брезгливым взглядом:

— Давай только без этого!

— Хороший ты мужик! — широко улыбнулся я и с чувством хлопнул его по плечу. Грязь с моей ладони забрызгала ему щёку.

— Хорош тут людей пачкать! — возмутился он. — Иди уже, копи на штраф! Только помни: зелий у меня до следующей смены больше нет!

Радость буквально распирала меня изнутри. Я живой! Я был уверен, что мне конец, но нет — вот он я, снова в строю! Мне снова захотелось обнять стражника, спасшего мою жизнь, но я передумал: не хочу его пачкать — отличный мужик!

— Ладно, не буду больше отвлекать от работы! Пойду думать, как раздобыть деньжат! — сообщил стражнику я и, лихо развернувшись, зашагал прочь.

— Ты, это, слышь! — крикнул мне вслед стражник. — Прыглосося похорони!

— Ты же сказал, что это шутка! — удивлённо развернулся я.

— Шутка — что надгробие надо поставить, а похоронить животину надо. Да по-человечески чтоб! Не будь козлом!

Я закопал Прыглосося на берегу реки, у самой воды, в тени раскидистого дуба и теперь стоял у его могилы, погружённый в свои мысли. Эйфория, нахлынувшая на меня после чудесного спасения, закончилась, и осталось лишь осознание незавидности своего положения: у меня есть пистолет, один патрон к нему — и всё. А, ну и шестьдесят процентов жизни.

Вариантов у меня немного. Первый: попытать счастья в локации «Подумай Дважды», что, по сути, равносильно самоубийству, так как у меня фактически нет оружия. Второй вариант: взять какой-нибудь квест, чтобы заработать деньжат. Но на стартовых локациях квесты всегда крайне убогие: «принеси мне кусок моего любимого мыла из логова смертоносного чудовища десятого уровня» и другие безумно опасные авантюры с безумно скудным вознаграждением (новичков разводят все кому не лень, особенно тех, кто играет впервые, поэтому у старожилов есть правило: никогда не бери квесты в стартовых локациях). При этом для квестов нужна снаряга, а сами они выдаются только в городе — «трутнями». Но будь у меня снаряга или доступ в город — квесты бы мне не понадобились… Так что этот вариант тоже сразу отметается. Третий вариант: найти себе достойную компанию для совместной игры. Это тоже не самая лучшая идея, так как в игре есть ещё одно золотое правило: не бери напарников на стартовых локациях, если ты их не знаешь. В лучшем случае соберёшь банду бесполезных желторотиков, которые будут тенью таскаться за тобой и прятаться при любой опасности (почти как я, но у меня всё же есть веский повод), либо в команду попадёт «шизик», а это уже совсем плохо. «Шизиками» в игре называют людей, склонных получать удовольствие от убийства мирных по отношению к ним игроков. Обычно они притворяются добрыми и дружелюбными, втираются к тебе в доверие, приглашают в команду, а в самый неожиданный момент, когда ты наиболее уязвим, — убьют тебя. Просто ради удовольствия. Есть ещё «крысы» — они действуют похожим образом, но убивают тебя исключительно ради ценных шмоток, а не потакая своим шизоидным наклонностям (для «шизиков» ценные шмотки — не более чем небольшой приятный бонус к убийству).