Игра Мертвеца (СИ) - Вайнберг Исаак - Страница 46

К тому моменту как мы обогнули замок, войска адмирала были близки к победе. Но наше появление изменило ход битвы, и вскоре врагу пришлось отступить обратно за стены под прикрытием артиллерии.

Мы отвели армию на безопасное расстояние и подсчитали потери: у нас осталось полторы сотни бойцов, три танка, две артиллерийские установки и одна шаговая машина, потерявшая в бою обе руки, то есть ставшая совершенно бесполезной. В довершении всего, в бою снова погиб Мустанг – его убили прямым попаданием ракеты, когда он случайно встал на её пути к нашему танку (так что можно сказать, что он спас этот танк ценой своей жизни, пусть и не нарочно).

— Чертовки плохо, — сообщил Грогл, открывая зелье восстановления здоровья. Гнома сильно потрепали в бою.

— Хреновая была идея с катапультой… — признал я.

— Все наши идеи были хреновыми, — гном залпом осушил склянку и вздрогнул всем телом.

— Думаешь, это конец? Мы проиграли?

— Остаётся надежда на Ненависть, но даже если ему удастся совершить невероятное и уничтожить вражескую артиллерию, я не уверен, что нам хватил сил пробить стену и уж тем более взять штурмом замок…

— Может быть, мы сможем продержаться до того момента, когда в игру вернутся наши убитые?

— Восстановление, потом тренировки… Понадобятся месяцы, — покачал головой гном, — А сюда в любой момент начнут подтягиваться наёмники адмирала… Мы не протянем и недели.

Наш разговор прервал доклад запыхавшегося бойца, принесшего нам любопытную новость:

— Из замка вышла делегация из трёх человек. Направляются сюда!

— Король затеял переговоры? — удивился я.

— Наверняка решил посмеяться над нами, — предположил Грогл, — Понимает, что победа и на этот раз останется на его стороне… Ладно, пойдёмте послушаем…

Как ни странно, переговорщики не приготовили для нас никаких насмешек. Высокий мужик в чёрном походном плаще развернул лист бумаги и прочёл послание короля:

«Многоуважаемый мной Круто. Я рад, что Вы приняли моё предложение навестить меня, как только окажетесь в наших краях, но Вы, видимо, не совсем верно истолковали суть приглашения и привели с собой могучее войско. Должен отметить, это была отличная война, в которой Вы проявили себя как достойный противник, но я уверен, мы могли бы уладить этот конфликт, к разжиганию которого я не имею никакого отношения, путём дружеских переговоров за чашкой кофе. Предлагаю незамедлительно встретится в моём замке с глазу на глаз и обсудить любые беспокоящие Вас вопросы. Нам вовсе не обязательно доводить этот конфликт до полного уничтожения одной из участвующих в нём сторон.

С Уважением, Величайший Король»

Крайне удивившись сообщению короля, мы пообещали подумать и дать ответ чуть позже. Посланники адмирала умоляли нас отправиться на переговоры прямо сейчас, сказав, что король потребовал провести переговоры немедленно, но мы отказали им, сказав, что пришлём своего человека с ответом позже, когда обдумаем предложение.

— И что это было? — спросил я у Грогла, когда мы наконец выпроводили крайне доставучих посланников короля, — Мы почти раздавлены, а он предлагает нам переговоры… Ему осталось подождать максимум день и нас сметут его наёмники…

— Думаю, он не хочет быть спасённым, — задумчиво произнёс Грогл.

— В каком смысле?

— Если он дождётся наёмников, то вся эта история будет выглядеть очень неприглядно для него: мы загнали его в замок, почти уничтожили, и тут появились наёмники и спасли его задницу. После этого ему сложно будет восстановить свою репутацию, ведь на ней появится пятно поражения. Пусть и не полного, но очевидного. К тому же, что помешает наёмникам самим сместить адмирала, когда они разделаются с нами? Адмирал слаб, и слаб как никогда. А врагов у него масса. Я думаю, он надеется подкупить нас, добиться мира, заручиться нашей поддержкой, сделав своими союзниками. Он знает, что ты честный человек и понимает, что сможет тебе доверять, если ты примешь его сторону, к тому же ты легенда и дружба с тобой, пусть и после драки, но всё равно позволит ему гораздо быстрее вернуть своё влияние. Адмирал хитёр – сейчас он хочет понять, что тебе нужно и постарается найти компромисс, сделав тебя своим союзником…

— Ну, это у него вряд ли получится, — усмехнулся я, — Я предлагаю подумать над тем, как использовать эту ситуацию. Если мы согласимся на встречу, то у нас появится потенциальная возможность для прорыва через стену. Нужно хорошенько всё обдумать, другого шанса на победу в этой войне у нас может и не быть.

Уже темнело. Мы сошлись во мнении, что надо всё хорошенько обмозговать, а утром поделиться друг с другом своими мыслями и идеями.

Наспех разбив лагерь, мы отправили несколько небольших отрядов на разведку (им нужно было следить за окрестностями и предупредить нас в случае, если поблизости появятся вражеские силы) и ещё пару отрядов назначили патрулировать территорию вокруг замка (сил на окружение у нас уже не хватало, но так оставался хоть какой-то шанс заметить вывод войск из замка и подготовиться к нападению сил короля). Хорошенько поев, мы объявили отбой и разошлись по палаткам. Спали сменами, по пять часов, я выбрал для дежурства первую. Когда я вернулся в палатку и лёг на твёрдый лежак, моя голова буквально разрывалась от идей разной степени сумасбродности, но я отметал их все, помня о своём фиаско с катапультой. Я не помню, как заснул, но отлично помню, как проснулся – меня разбудили крики в лагере:

— Тревога! Тревога! Просыпайтесь все! К королю идёт подмога!

Я вскочил с лежака и, на ходу накидывая плащ, выбежал из палатки.

— Сколько их? — взволновано спросил Грогл.

— Много! — с отчаянием в голосе ответил боец, — Очень много! Я не смог сосчитать – они на грузовиках и автобусах, и легковушках! Конвой тянется до самого горизонта! Мы бежали всю дорогу, но они на колёсах, так что… Они с минуту на минуту будут здесь!

— Твою мать, — выругался Грогл, — Нужно уходить, срочно! Мы здесь закончили… Это конец.

— Слишком поздно, — сообщил я, указывая пальцем на горизонт.

К нам, вытянувшись в длиннющую шеренгу и поднимая огромные облака пыли в воздух, мчалась колонна вражеского транспорта.

— Всем приготовиться! Отгородиться танками! — начал раздавать приказы Грогл, — Приготовить артиллерию! Выбирайте самые крупные цели – в первую очередь автобусы! Заминируйте шаговую машину и отправьте им навстречу! Когда подойдут ближе – используйте ракетомёты! Мы должны нанести им максимальный урон!

— Мне кажется, пришло время для переговоров с адмиралом, — сказал я, положив руку на плечо Гроглу.

— Малец, никаких переговоров не было и не планировалось… Я думаю, король просто тянул время, поджидая подкрепление.

— Зачем? У нас ведь совсем мало людей…

— Думаю, у него их было ещё меньше, и он решил подстраховаться: мало ли у нас оставались ещё какие-то козыри в рукавах.

— Может, попробуем отступить? Многих потеряем, да, но не всех… Сможем подготовить вторую армию…

— Не сможем… — покачал головой Грогл, — Если нам и удастся выбраться, то нам понадобится ещё несколько лет, чтобы подготовить вторую операцию. И нет никаких гарантий, что она не закончится точно так же. Да и ресурсов на подготовку у нас уже нет… Сейчас нам остаётся только умереть с достоинством, а мы, пираты, умеем делать это лучше всех остальных…

— Значит это и вправду конец? — с грустью спросил я.

— Боюсь, что для этой операции, да, — тяжело вздохнул гном.

Глава девятнадцатая. Конец игры

Глава девятнадцатая. Конец игры

Пригнувшись, я медленно пробирался сквозь рыхлый снег, достающий мне почти до самого пояса. Метель, обдувала моё посиневшее от холода лицо, но я не обращал внимания на мороз… Я старался не моргать, чтобы не потерять из виду свою цель: «шерстеногую свинью» – редкую и очень вкусную добычу. От обычной свиньи её отличала пышная грива, благодаря которой она была похожа на нелепого свинорылого льва. «Шерстяной» эту свинью прозвали просто прикола ради – никаких адекватных причин для получения такого прозвища не было, во всяком случае я не слышал ни единой хоть сколько-нибудь вменяемой версий. Но, честно говоря, мне не было никакого дела до гастрономических свойств этой гниды, у меня были с ней личные счёты… Я подкрадывался всё ближе, пока не оказался в каком-то шаге от неё, а затем медленно, совершенно беззвучно достал свой обрез.