Игра Мертвеца (СИ) - Вайнберг Исаак - Страница 26

Зал взревел… Я не слышал таких воплей перед выходом других игроков, а ведь я наблюдал их все (правда индивидуальные проводились только среди чемпионов).

Я покинул свой балкон и стал быстро спускаться по широким ступеням вниз к полю боя. Драться в моём костюме Святого мне не разрешили, так что сейчас я был одет точно так же, как и другие участники: в белый обтягивающий комбинезон, выглядящий по-гейски. Единственным, что отличало игроков друг от друга, были написанные на спинах крупным синим шрифтом имена и логины, а у чемпионов – имена и чемпионские прозвища.

Я вышел на поле боя, и, пройдя перед десятками других участников турнира, большинство из которых провожали меня полным животной ненависти взглядом, занял своё место, помеченное флажком с моим именем. У самого флажка в землю был воткнут нож с деревянной рукоятью.

В следующий миг на арене появилась делегация из трёх людей в белых брюках, того же цвета туфлях и синих пиджаках с того же цвета рубашками. Один тащил на плече огромную квадратную сумку, другой держал в руках какое-то странное устройство, напоминавшее продуктовый сканер, а третий шёл с пустыми руками. Они ходили от одного игрока к другому, заставляя выпить что-то из небольшой бутылки и убирали флажки с именами. Через несколько минут они добрались до меня:

— Выпейте, пожалуйста, — коротко попросил мужик с пышными чёрными усами, протягивая мне прозрачную пластиковую бутылку, наполовину заполненную синей жидкостью.

Без лишних вопросов я открутил крышку и в несколько глотков осушил ёмкость, почувствовав знакомый привкус колбасы. Следом по всему телу разлилось приятное жжение… Второй мужик поднёс ко мне свой сканер, раздался короткий писк, усатый мужик удовлетворённо кивнул, вырвал из земли флажок с мои именем, и делегация пошла дальше.

Вскоре обход был окончен, и ребята в синих пиджаках спешно удалились с поля.

— Дамы и господа! — разнесся над амфитеатром голос комментатора. — Спешу сообщить, что наш турнир начинается ровно через три секунды! Игроки – желаю вам умереть красиво! Три! Два! Один! Первый этап начался!

Я быстро нагнулся и вырвал свой нож из земли. Игроки с воплями ломанулись к центру поля, скользя вниз по склону, но я не спешил следовать их примеру. Оглядевшись по сторонам, я понял, что ещё человек двадцать тоже остались стоять на месте. Вскоре в центре арены началась настоящая мясорубка: игроки свалились в огромную кучу, ползали друг по другу, лупили ножами. Белоснежная куча потихоньку начала заливаться красной кровью. Некоторые игроки валялись рядом с ней, схватившись в смертельных дуэлях, правда выглядело это совсем не круто: в основном они попадали своими ножами куда угодно, только не в своих противников.

— Толя, — вызвал я напарника. — А что у меня по характеристикам?

— К сожалению, всё по нулям, напарник, — с грустью сообщил Толя.

— Охренительно…. Ладно, пойду смешить зрителей своим мастерством. Отбой.

Я огляделся по сторонам, выискивая среди оставшихся на месте игроков Чарли Скворечника. Его надо вывести из игры сейчас – нельзя позволить ему дожить до следующего этапа… А! Вон! Кажется, вон тот мудак с дебильными усиками очень на него похож! Правда на картине у него не было усов… Может отпустил, чтобы выглядеть покозырнее – все-таки турнир-то легендарный… Ладно, сейчас устроим шоу…

Я быстро побежал налево, держась ближе к краю арены, пробежав двух игроков, которые спокойно наблюдали за творившейся в центре кровавой клоунадой косых бойцов, и в прыжке повалил на землю незаметившего моего приближения усача. Что сказать, этот идиот даже не удосужился поднять свой нож, так что теперь оказался против меня в максимально невыгодном положении, будучи вооруженным одними лишь кулаками. Я попытался вонзить свой нож ему в шею, но рука предательски увела лезвие в сторону. Усач пялился на меня удивлённым взглядом, стараясь удержать мои руки, но не предпринимая никаких активных действий со своей стороны (видимо, ему всё-таки заплатили за проигрыш…). Внезапно волосы у меня на затылке поднял порыв ветра, а в ушах что-то просвистело, словно мимо меня что-то пролетело. Не обращая на это внимание, я продолжил пытаться выпутаться из рук усача и прислонить лезвие своего ножа к его горлу. Пока я был занят этой борьбой, меня обдувало ещё несколько раз, пока наконец мою бочину не пронзила боль, а сам я не отлетел в сторону от усача. Откатившись к самой стене, я вскочил на ноги и оглянулся. Сомнений не было: ветром меня обдувало из-за неудачных попыток Феди Дровосека пнуть меня своей ножищей. Сейчас эта громадина уже потеряла ко мне всякий интерес и увлечённо запинывала усача, испуганно закрывающегося руками от тех редких ударов, которым удавалось достичь своей цели. Наконец Федя запинал усача на склон и тот колбаской покатился вниз – в кровавую кучу-малу.

Теперь Федя снова обратил внимание на меня и решительно ринулся в атаку. Недолго думая, я ловко метнул в него свой нож. Нож пролетел метрах в двадцати от его головы… Надо бы больше так не делать, а то с такой ловкостью в следующий раз брошенный нож может воткнуться в мою же голову…

Громко прокричав «Ну иди сюда, сука!», я бросился в атаку, и, будучи в нескольких шагах от него, прыгнул, выставив обе ноги для сокрушительного удара в грудь здоровяка. Ну и, разумеется, со свистом пролетел мимо… Упав на землю, я покатился вниз со склона вслед за усачом. Земля кружилась перед моими глазами, я кидал руки и ноги в стороны, силясь остановить своё падение, но всё было тщетно – я влетел в гору ожесточенно дерущихся, умирающих и уже мёртвых игроков.

Интересно, в такой суматохе вспомнят ли они, что им заплатили за то, чтобы они меня не убивали? И вообще, узнают ли они меня…

Глава одиннадцатая. Убивай или Сдохни 4

Глава одиннадцатая. Убивай или Сдохни 4

Никто им ни хрена не платил! Старый гном просто обдурил меня! Если бы не нулевые характеристики, от меня бы сейчас остался лишь фарш – вот как сильно меня затыкали бы ножами. Как только кто-то крикнул: «Вот он! Круто тут!», каждый решил, что должен стать тем, кто убьёт меня, даже если в процессе убийства его самого убьют конкуренты. Одни игроки ползли ко мне, не обращая внимание на то, как другие хватают их за ноги, не давая им добраться до меня первыми, а некоторые игроки уже лежали на мне, нещадно колотя своими ножичками, пока другие колотили ножами их самих. Короче, свалка была страшная, а крики – ещё страшнее: «Где эта мразь! Дайте её сюда!», «Я убью этого ублюдка! Стану легендой!», «Не подходите к нему! Он мой!», «Оставьте мне его голову!», «Никто не находил мои контактные линзы!? Не вижу этого гадёныша!», «Не смей умирать, пока я не доберусь до тебя!»

Я отбивался как мог, колотя перед собой кулаками словно двигатель внутреннего сгорания поршнями. Толку от этого было мало, и пока меня спасало отсутствие навыков у нападавших и то, что спрос на меня сильно превышал предложение: игроки постоянно отбрасывали, оттягивали друг друга от меня, дрались, ругались, спорили, короче – не могли поделить добычу. К сожалению, на мне всегда оставалось висеть несколько человек, пусть они и менялись каждую секунду в жаркой конкурентной борьбе, так что у меня не было никакой возможности выбраться из этой чертовой кучи-малы.

— Кажется, у Жеки Круто небольшие неприятности! — слышал я взбудораженный голос комментатора. — Он явно не привык отсиживаться в стороне и уж тем более убегать от хороших драк! Только что, прямо на глазах у изумлённой публики, он взял разбег и нырнул в самую гущу боя! Почему этот парень так спешит расстаться с жизнью?! Жена сообщила ему, что беременна тройней?! Как бы там ни было, мне кажется, в ближайшие минуты он найдет то, что ищет, ведь судя по всему, убить его пытается сразу сотня человек! Но подождите! Кажется, вниз несётся поезд! О да! Это Федя Дровосек решил включиться в борьбу за право убить легенду!

В следующий миг игроков, навалившихся на меня снесло – словно кегли в боулинге. Дровосек явно выбил «страйк». Почувствовав свободу, я, не теряя ни секунды, вскочил на ноги и быстро огляделся вокруг в поисках чьего-нибудь ножа. Нож я не нашёл, но зато увидел лежащего на животе мёртвого усача, которого пытался убить и из-за которого собственно и оказался в этой передряге. Голова его была повёрнута ко мне, а мёртвые стеклянные глаза смотрели в пустоту, на спине его я увидел имя «Семён Ну ни хрена себе».