Снежная королева и демон с ангельским терпением (СИ) - Микешина Селена - Страница 28

Но, как я слышала, большинство энлидов сплетничали не столько о демоне (который, оказывается, не в первый раз так делает), сколько о бедной девушке. Конечно, поцелуй инкуба равен сильному наркотику, без которого энлид угасает и сходит с ума. Даже говорили, что бедняжка покончила жизнь самоубийством…

Сказать, что слышать о себе подобное жутко — значит, ничего не сказать. Каждый раз, как слышала это, невольно ощупывала себя и думала: "Вроде жива". Да и вообще сплетни сильно утрируют! Кто-то говорил, что меня чуть не изнасиловали, другие — что действие совершилось, а третьи вообще утверждали, что Инэй был не один… Ужас! И каждое предположение хлеще другого, аж в дрожь бросает! Это был просто поцелуй! Да, отвратительный, но просто поцелуй… Который отбил у меня желание целоваться на ближайшие полгода…

Но об этом знали только я, лекарь, магистр Прицнателлит, ректор, магистр Зареина и Висаар (от этого лиса ничего не скроешь!). А остальные ученики даже поисковой отряд организовали. Одни искали подавленную девушку с тусклыми глазами, искусанными губами и невыносимым желанием встретиться с инкубом снова, а вторые искали труп этой бедняжки. Глядя на все это, у меня начинал дергаться левый глаз, а смешок превращался в нервный. Но самое страшное — находили ведь! Не меня, естественно, а либо дам в депрессии, либо любительниц внимания. На меня никто и подумать не мог: я была как огурчик, и никакой хандры и зависимости у меня не возникло (видимо, все же, не Инэй был импотентом, а я отмороженной). Но у меня были другие проблемы.

Паранойя василиска оказалась заразной… Нет, я не боялась, что за мной начнут охотиться (я даже не верила в это), меня страшило постоянное наблюдение. Знать, что за тобой следят — это ужасно. Чтобы я не делала, время от времени проскользала мысль: "А очкарик видит это. А этот гад слышит, что ты говоришь. А он следит за тобой". Даже обычное переодевание стало испытанием. Казалось, что именно сейчас, магистр смотрит на меня, наблюдает, как я снимаю с себя свитер, джинсы… Я даже залазила под одеяло, чтобы сменить одежду! Про принятие душа и туалет я вообще молчу! Из-за этой тревоги, меня мучила бессонница, и я не выдержала.

Каждый день, я просила магистра, чтобы он снял с меня слежку, но он отвечал, что это слишком опасно. И сколько бы раз демон не объяснял мне, что он не видит и не слышит меня, а мое местоположение показывается только в случае опасности для жизни, я была непреклонна.

Что удивительно, моя тревожность никак не сказывалась на учебе и общении друзьями. Скорее, наоборот. Я погружалась в новые знания с головой, чтобы на время забыть о слежке (я даже учебник по расоведению немного почитала и слушала магистра на уроке, но это оказалось выше моих сил). Так что, я могла бы выйти отличницей за первый месяц обучения, но старый гном сразу дал понять, что не судьба (а я так хотела стипендию побольше!). А как Вован при этом отличником остался, до сих пор остается загадкой (магия, не иначе!).

А что же насчет друзей? Друзей стало больше (точнее, приятелей). В группе "Высших" на занятиях магистра н'Эллага ко мне стали лучше относиться, так как поняли, что я не просто так в их компании. Я понравилась всем, кроме Тиналы и Риканы (высокомерная вампирша, которая хвостиком ходила за морской фурией).

Зато демоны-близнецы во мне души не чаяли, воспринимая как… милого щеночка! Кто бы подумал, что эти молчаливые рослые парни с суровым взглядом, которые даже моргали одновременно (что было достаточно жутко), могут быть настолько дружелюбными и обаятельными! Синистер и Нектиар были зеркальным отражением друг друга: карие глаза, которые ближе к узкому зрачку приобретали синий цвет, длинные обсидиановые волосы, собранные в низкий хвост, небольшие белые рога, напоминающие оленьи, и очаровательные родинки: у Сина под левым глазом, а у Некта — под правым. Но самым занимательным было то, что у них была старшая сестра-тройняшка — Ристина, которую они боялись, как огня. Демонесса была темным магом, и с ней мы пересекались на уроках магистра-нечисти. Очень интересная личность. Немного ниже своих братьев, но это не мешает ей одним взглядом вселять в них ужас.

Короче говоря, несмотря на развивающуюся паранойю, было весело. Хотя, скоро я и от этой напасти избавлюсь; Ристина, как-то раз заметив мою тревожность (у этой женщины глаз-алмаз!), посоветовала мне одного очень хорошего психолога (а то ей своих нервов на этих двух оболтусов не хватает).

И вот… Стою напротив высокого здания, сверяясь с картой в гугле. Достаточно бесполезное действие, учитывая что здесь большими эльфийскими буквами написано: "ЧАСТНЫЙ ЦЕНТР ПСИХИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ". А карта лишь устало подтвердила, что, да, здание находится на окраине города, да, это та самая улица, да, я туда попала, да, да, да… да иди ты уже! Ну я и пошла (кто захочет спорить с картой? Только Даша путешественница).

— 309 кабинет, психолог-психотерапевт Адам Фаркаш, — пробубнила я себе под нос и постучала в дверь. Ристина сказала, что мне будет легко с ним: очень приятный мужчина, так еще и человек, что не могло не радовать. Я, конечно, не расистка, но со своими сородичами всегда легче общаться.

— Войдите, — послышался глубокий мужской голос с приятной хрипотцой.

— Здрасте, — сначала я неуверенно высунула голову, а потом зашла вся, мысленно ругая себя (откуда эта трусость? Мне же не в первой!).

Мужчина сидел в глубоком кресле, но при виде меня сразу же встал с места, очаровывая своей дружелюбной улыбкой. На вид психологу было 35 лет, но он больше напоминал Карлсона. Нет, не пухлый и с пропеллером за спиной, а в полном расцвете сил. Подтянутое телосложение (которое даже классическим костюмом не скрыть), широкие плечи и грудь, за которыми можно легко спрятаться вдвоем (я и Айка запросто бы уместились там), гладковыбритый подбородок, аккуратная стрижка темно-каштановых волос, густые брови и выразительные глаза, напоминающие растопленный шоколад. И взгляд такой теплый-теплый, словно я не простая пациентка, а его родственница, как минимум.

"Что-то с ним не так," — прошептала сознание, но я не придала этому значение. Это всего лишь простое волнение.

— Добрый день, — он нежно пожал мою руку, а затем галантно поцеловал пальцы. — Венера? — я кивнула, не в силах ничего сказать (впервые вижу настолько обаятельного мужчину, что даже я реагирую). — Вам очень подходит это имя. Вы вылитая Венера Милосская.

— Спасибо, — я даже немного стушевалась, от этого комплимента. Обычно все говорили, что мне НЕ подходит это имя. Только папа иногда называл меня: "Моя Милоссочка!" — что в переводе с нашего выдуманного языка означало Милосская.

— Располагайтесь. Чувствуйте себя, как дома, — он жестом объял всю комнату, которая уж точно не напоминала кабинет психотерапевта. Скорее уютную гостиную в светлых тонах, с мягкими креслами, диваном и пуфиком возле него, а также пушистым белым ковром. Ну, раз я дома, то пойду на ковер!

Скрестив ноги в позе лотоса и гладя ковер, будто это ласковый котенок, я вызвала смешок у шатена. Но он не стал меня осуждать, а наоборот сел сбоку, копируя мою позу и, также гладя "котика", зарывался длинными пальцами в шерстку.

— Как его назовем? — шепотом обратился ко мне мужчина. Его немного терпкий запах со вкусом табака и мускатного ореха легким флером окутывал меня, расслабляя, будто позволяя мне говорить и делать то, что я захочу. Здесь меня никто не осудит.

— Ба-а-арсик, — сказала я первое, что пришло на ум.

— Барсик, — повторил он, обворожительно улыбаясь, а затем неожиданно спросил на русском языке: — Ты из России или СНГ?

— Из России, — господи, этот идеальный мужчина еще и русскоязычный!

— А из какого города? — он немного поддался вперед, еще больше затягивая меня в сети своего аромата (теперь я понимаю Айку). — Дай угадаю… Новосибирск!

— Верно! И вы выиграли автомобиль! — пошутила я, а этот удивительный мужчина пропел мелодию из Поля Чудес. Боже мой, разве такие бывают?