Белый Карлик (СИ) - Недугов Дмитрий - Страница 12

— Я рассказал всё, что видел, — вырвавшись из плена ремня безопасности, я открыл дверь и вышел на солнце. Хотелось только одного: побыстрее закончить всё это и вернуться в палату. Там скучно, но хотя бы нет этого дотошного следователя, от которого у меня уже начинала болеть голова.

— Артур Павлович, мы ждали вас гораздо раньше! — главврач больницы по фамилии Большаков семенил за Хмельницким, усердно игнорируя моё присутствие. — С утра приходили родственники умершего, они настаивают на похоронах уже завтра.

— Это исключено, — ФСБешник насупился, уверенно направляясь к лифту в конце длинного коридора первого этажа. — Пока идёт расследование, тело будет находиться в морге. С родственниками мы поговорим, докучать вам они не будут.

— Хорошо, но что делать с трупом, вскрытие проведено, все формальности мы выполнили, что дальше?

Мы вошли в лифт втроём, главврач встал между мной и Хмельницким, федерал долго не отвечал на вопрос, открыв папку, что-то увлеченно читал в отчётах. Под вопросительный взгляд эскулапа, решившего, что я смогу ответить на вопрос, мне оставалось только поднять глаза к потолку и стоять, молча вытянувшись по струнке. Уж я-то тут вообще ни при чём. Кабина лифта остановилась, проехав один этаж, открылись двери в широкий пустой коридор, из которого в лицо ударило нехорошей прохладой. Мы замерли, когда один из немногочисленных плафонов заморгал и потух. Декорации из фильма ужаса не внушали уверенности в необходимости грядущего опознания. Палец так и тянулся к кнопке закрытия дверей. Главврач вышел из лифта первым, мы с Хмельницким замешкались, он не проронил ни слова, но я словно наяву почувствовал страх федерала, странный осознанный страх. Меня впервые коснулась догадка, что всё не так просто с этим человеком, и возможно, не такой он уж и скептик, как это могло показаться на первый взгляд. Врач продолжал жаловаться на жизнь, не сразу заметив, что остался в одиночестве, обернулся на нас с неподдельным изумлением.

— Что же вы стоите?

— А зомби у вас тихие? — я решил взять инициативу в свои руки, вышел в коридор первым. У меня всё-таки фора, в отличие от любого другого человека я мог увидеть реальную опасность, а здесь только мертвая тишина. Инферналы любят живую энергию, и в таких местах им ловить, как правило, нечего.

— Какие зомби? — главврач озадаченно хлопал глазами.

— Никакие! — нахмурившись, Хмельницкий обошёл меня, захлопнул папку на ходу. — Ярцев, не отходите далеко, а то ещё заблудитесь.

— Очень правильное замечание, — врач охотно закивал, вторя словам ФСБешника, мы продвигались вглубь морга, коридор впереди расширялся, переходя в большой зал. — Больница буквально построена на катакомбах, говорят, что семнадцатого века. Тут было очень много узких проходов, каких-то ниш, очень легко потеряться. Для своих нужд больница отреставрировала только маленькую часть, какие-то проходы мы замуровали, но какие-то нам запретили. Как-никак исторический памятник, и археологи у нас тут частые гости, даже какие-то захоронения иногда находят, кости да черепа.

Главврач нервно хихикнул. По его поведению стало ясно, что и ему находиться здесь не доставляло большого удовольствия. Он остановился в центре зала, обернулся на нас с Хмельницким, ухмыляясь, шепнул:

— Ну, вообще-то зомби у нас нет, но что-то похожее найдётся. Яков Петрович!

Он крикнул в полумрак. Страшное эхо заставило меня вздрогнуть. Оно пронеслось по стенам подвального лабиринта, заглянуло в каждый проход и каждую щёлочку, прошлось по ветхим костям давно умерших людей. Да уж, Яру бы тут понравилось, но меня в очередной раз передёрнуло.

— Холодно у вас тут, — Хмельницкий застегнул пуговицы рубашки у воротника, поежился от очередного порыва сквозняка.

— Да, извините, издержки работы, — врач развёл руками, набрал в легкие воздуха, чтобы снова позвать своего подчинённого, но все замерли, услышав приближающиеся шаркающие шаги.

— Кто это? — Хмельницкий шепнул врачу на ухо. — Патологоанатом?

— Да. Очень хороший специалист, но странный, прошу к этому отнестись с пониманием.

Хмельницкий успел кивнуть, поднял взгляд на появившегося в проходе хозяина негостеприимных казематов. При его виде у меня невольно дёрнулась рука, по телу прошёл импульс, сфокусировался на кончиках пальцев. Печать запрещения уже нарисовалась в уме. Невероятно высокий и худой мужчина неспешно вывернул из-за поворота, остановился, окинув гостей странным взглядом. Ей богу, чуть меньше освещения, и я мог бы поклясться, что это инфернал, зачем-то напяливший на себя белый халат.

— Яков Петрович? — долговязый расплылся в довольной улыбке, заспешил к нам.

— На самом деле мы не тёзки, но не обращайте внимания, это у нас такая игра. Молчанов совершенно безобиден, — Большаков помахал рукой, проговорил вполголоса, обратился к патологоанатому, остановив его на подходе к залу.— Яков Петрович, не утруждайте себя, я на секундочку, вот привёл вам следователя из особого отдела, он хочет взглянуть на труп сержанта Николаева.

— Того, что доставили вчера ночью?

— Да-да, проводите гостей. Если я буду нужен, то я у себя, а теперь извините, дела...

Главврач развернулся, затрусил обратно к лифту, прощаясь с нами как-то слишком поспешно, а ведь уверял, что патологоанатом безобиден...

Хмельницкий ничего не ответил, нахмурившись, окинул представшего стручка тяжёлым деловым взглядом. Я смог предположить, что ФСБешнику не впервой общаться с таким контингентом, спокойно ждал его первого шага.

— Ярцев, идите первым, — он в последний момент подтолкнул меня кончиком папки. Я изумился такой мере предосторожности, не думаю, что Хмельницкий испугался моего побега.

— Эй, а как же служить и защищать? — я бросил ему через плечо, послушно направляясь к верзиле, что не переставал неестественно широко улыбаться. — У вас табельное при себе? Дайте хоть запасной на всякий случай.

— Идите, не ерничайте, — Хмельницкий устало закатил глаза. Патологоанатом потер огромные ручищи в предвкушении рукопожатий. Ну да, персонал из здания наверху заходит сюда не часто, а с покойниками особо не потискаешься.

— Молчанов Яков Петрович. Мы с главврачом тёзки, — мужчина гоготнул, вытер руку о грязный халат, по очереди пожал наши кисти. Вблизи этот Молчанов производил не меньший ужас, чем издалека. Ему лет сорок, широкие скулы и большая обритая голова на тщедушном теле выглядели чужеродно. Довольный взгляд огромных глаз сожрал сначала ФСБешника, потом меня.

— Пойдёмте за мной, тело Николаева в южном крыле.

— И как вы ориентируетесь в этих катакомбах? — Хмельницкий опасливо оглядывался по сторонам, я даже не пытался запомнить обратный маршрут. Молчанов вёл нас по лабиринту известными только ему проходами, что-то без устали рассказывал и смеялся от своих же сомнительных острот. Мы с федералом многозначительно переглядывались. Мужик даже не думал что-то спрашивать, не давал вставить ни слова. Молчанов не оправдывал своей фамилии и всё больше напоминал мне Голлума из «Властелина Колец», только его сокровище — это не магическое кольцо, а груда мёртвых тел. Не удивительно, что патологоанатом вёл себя странно, в такой компании легко свихнуться и за пару месяцев.

— О, я уже привык, десять лет в этой больнице, знаю тут все закутки.

— А раньше где работали?

— Подрабатывал на кладбище, мог провести к любой могиле с закрытыми глазами. Люди сами ставят ориентиры на могилах своих родственников. Лица на фотографиях иногда злые, иногда добрые, они иногда даже смеялись, я всегда запоминаю весёлых.

— Ну да...

Разрядить обстановку диалогом Хмельницкий решился самостоятельно, но думаю, быстро пожалел об этом. Лично мне было не до разговоров. В одном из залов, в углу которого уютно расположилась печь крематория, я почувствовал, как по спине ударило до боли знакомым холодком. Два силуэта стояли у закрытой печи, как по команде повернули в нашу сторону головы. Спеша за Молчановым, мы быстро покинули зал, и мне не удалось разглядеть, были это люди или кто-то иной. Ни патологоанатом, ни федерал не обратили на присутствующих никакого внимания; нагнав Молчанова, я поинтересовался как бы между делом: