Гори во мне (СИ) - Сакру Ана - Страница 76

— Ты готова, Лес? — спрашивает меня Арн, сверля лазурными глазами, — Не бойся, просто от нас не отходи.

Старший Конуг поворачивается ко мне спиной, не дождавшись ответа, и первый выходит из комнаты. Теперь я отчетливо понимаю, что Кит не лукавил, когда говорил, что это уже не его месть. Вернее, не только его. И почему-то мне от этого легче.

За Арном следует Хьорд и еще пара воинов. Кит кладет руку мне на поясницу и подталкивает вперед. Я поворачиваюсь, ловлю его ободряющую улыбку и, набрав побольше воздуха, выхожу из помещения. Мы попадаем в темный коридор, пара поворотов, дубовая аскетичная дверь в две створки, и я оказываюсь в главной зале храма волков. Застываю на секунду, нервно оглядывая собравшуюся толпу.

По левую руку от меня на скамьях сидят члены клана Шварцвальда. Похоже собрались буквально все. Так много женщин и детей. Волки явно настроились, что церемония все-таки будет. Уж не знаю, что им наплели Конуги, чтобы убедить в этом, но мне сразу становится спокойней. Я боялась ловушки.

По правую руку расположилась моя семья, гораздо менее многочисленная кучка дорогих мне людей. Я смотрю во все глаза на них, с удивлением взирающих на меня. Мы не виделись почти два месяца. А последнюю неделю я даже не звонила. И так была занята своей личной жизнью, что и не думала об этом. Мне стыдно сейчас перед ними до слез. Я вижу встревоженные лица отца и мамы, и робко улыбаюсь им, показывая, что у меня все хорошо. Кит тоже с любопытством оглядывает мою семью. Потом вдруг резко кланяется кому-то в приветствии, и я удивленно наблюдаю, как отец ему отвечает, чуть нахмурившись.

— Ты знаешь папу? — шепчу одними губами.

— Если ты про Арчера Конора, заместителя губернатора по экономическому развитию, то да, — хмыкает Кит, ведя меня к алтарю, — А почему ты не говорила?

— Ты не спрашивал, — я пожимаю плечами, потом лукаво улыбаюсь, — Это важно?

Кит тихо смеется.

— Нет, но не думай, что я этим не воспользуюсь, Веснушка.

— Твой отец Арчер Конор? — поворачивается ко мне еще и Арн, идущий впереди.

— Да, — отвечаем мы с Котом одновременно.

— Чудненько, — протягивает старший Конуг, больше ничего не добавив.

Мы идем по длинному коридору между скамьями кажется вечность. Гробовая тишина окружает нас, лишь изредка нарушаемая недружелюбным шипением наблюдающих волков.

Я поднимаю взгляд прямо перед собой и наталкиваюсь на Руда, ждущего меня у алтаря. Его черные глаза с каждым моим шагом все больше звереют, заполняясь жидким золотом. Пальцы собраны в кулаки, челюсть так сильно сжата, что, кажется, он ее сломает. Рудольф понял. Понял только сейчас окончательно, что никто ему меня не отдаст, что Конуги драться пришли, а не просто завершать сделку. И он в ярости. Напряжение растет в зале в геометрической прогрессии, начиная отчетливо звенеть в воздухе. Я кинула еще один взгляд на своих родных. Бедные, они совсем ничего не понимают и лишь растерянно наблюдют за происходящим.

— Ну, Рудольф, мы выполнили все условия, — вперед выходит Арн. Я только сейчас замечаю свернутые трубочкой бумаги у него в руке.

— Давай подписывать окончание контракта, — Старший Конуг улыбается, но это жутковатая ухмылка.

— Пусть Лесма подойдет ко мне, — бросает Руд, кинув на меня испепеляющий взгляд. И пальцы Кота тут же еще сильнее впиваются мне в поясницу.

— Мы обещали ее привести, мы привели, — щурится Арн, улыбаясь, — Идти к тебе или нет, уже ей решать.

Сотни пар глаз впиваются в меня, заставляя онеметь от подобного внимания. Мучительный румянец покрывает лицо. Я открывают рот, попытавшись хоть что-то выдавить из себя, но только отрицательно качаю головой.

— Подписывай, — повторил Арн, удовлетворенный видимо и этим.

— Значит, пришли драться? — подал голос старший Шварцвальд, вставший с первой скамьи. Подошел к Арну, доставая ручку из кармана, — Я подпишу.

— Да, — Арн кивнул, не отрицая, — Ваш сын похитил моего брата. Вы знаете наши законы. Я не могу это оставить.

— Да, я слышал, какую глупость он совершил, — вздохнул Ульрих, просматривая контракт, — Но твой брат спал с его невестой, мальчика можно понять.

Глаза старого волка хищно блеснули. И я кинула взгляд на своих родителей. Если мама на это никак не среагировала, то папа от моего распутства был явно в шоке.

— А теперь еще и удерживаете ее у себя, — продолжил Ульрих, сверля старшего Конуга янтарными глазами.

— Во-первых, Китен не знал. А во- вторых, никто ее насильно не держит. Они поженились, и Лесма- Конуг теперь. А значит тоже под моей защитой.

Зал дружно изумленно охнул, а Руд зашипел.

— Поженились? — его клыки отчетливо показались над нижней губой, волк весь подобрался, тяжело дыша, — Ах, ты, маленькая рыжая шлюха!

— Поаккуратней, — это уже Кит подал голос, — Не выпрашивай себе мучительную смерть, Руди.

— Обстановка накаляется, — будничным тоном вмешался Арн, — Думаю, женщинам и детям лучше покинуть помещение.

И тут же дверь, через которую мы входили, снова распахнулась, и в залу ввалились остальные северяне, заполняя собой все свободное пространство. Волки вскочили со своих мест, ощетинившись, скаля выступившие клыки.

— Что ж. Уже не избежать… — едва слышно произнес старший Шварцвальд и быстрым взмахом руки поставил росчерк на договоре.

Глава 22. Месть

Я с нарастающей паникой наблюдаю, как женщины и дети начинают спешно покидать залу, подталкиваемые волками. Как к моим родным подходят бородатые северяне и делают тоже самое. Встревоженный взгляд отца через плечо, растерянный матери.

— Тебе пора, Лесси, — Кит тоже легонько пихает меня в спину, подталкивая к выходу.

— Но… — я отчаянно не хочу уходить, мне становится страшно. За него, за нас. Понимаю, что не смогу ничего изменить, но сейчас не мозг руководит мной.

— Хальвор, присмотришь за ней? — поворачивается Кит к бородачу, стоящему рядом. Тот утвердительно кивает, хоть и очевидно, что не доволен ролью няньки. Он хочет остаться, драться со всеми.

Я еле переставляю ноги, все больше удаляясь от Кота.

— Ты ему будешь только мешать, — говорит мне Хальвор, склоняясь к уху, — Отвлекать. Хочешь, чтобы он думал о твоей безопасности, а не о своей, ведьма?

Грубоватые слова приводят меня в чувства, и я ускоряю шаг. Но все же мы уходим недостаточно быстро, и я слышу продолжение возбужденного разговора, с каждой секундой звучащего все резче.

— Я чуял, что этим кончится, но не хотел этого. Ваш народ вызывает во мне глубокое уважение, — металлический бас, принадлежащий старику Шварцвальду.

— Поверьте, я тоже, — и я различаю голос Арна, — И лишь поэтому, в честь моего глубокого уважения к вам, Ульрих, я готов предложить заключить магический договор о ненападении. Он у нас с собой…Ознакомитесь? Вы же понимаете, что в ином случае, мы вас просто всех перебьем как неразумных щенков. Вы же не дурак.

Волки рычат, подбираясь к северянам со всех сторон, кто-то уже начинает обращаться. Хальвор сильнее толкает меня в спину, поторапливая, но я намеренно замедляю шаг, мечтая услышать весь разговор.

— Ваш договор-оскорбление всему клану, — шипит Руд, — Хотите, чтобы нас на всем побережье признали слабаками, не способными защититься?

— Хочу оставить вас в живых, — усмехается Арн. На самом деле его тон, расслабленность в голосе, все действительно лишь провоцирует стаю на агрессию. Но решать не стае, а Ульрих молчит. И я знаю, что все ждут только его.

— Я не хочу драки, — наконец медленно произносит вожак, и я замираю у двери, вцепившись в ручку. Хальвор на удивление тоже застывает, не подталкивая меня на выход, лишь полностью закрывает собой. Он тоже хочет знать, что будет.

— Не хочу, — повторяет Ульрих уже громче, и по лицам волков я понимаю, что он сейчас обводит свою стаю глазами, — Что мы выиграем от нее? Ничего. Лишь обескровим собственную стаю, а может и правда будем полностью уничтожены. Кто позаботится о наших женах и детях? Их просто растащат по другим кланам, как наложниц и слуг? Такую судьбу мы им хотим?