Всё было совсем не так (СИ) - Миято Кицунэ - Страница 106

Я достал из–за пазухи первую книгу Джирайи «История о бесстрашном шиноби». И печально на неё посмотрел. У каждого своя правда. И порой самые благие намерения выстилают путь к войнам и разрушениям.

— Может, в чём–то ты и прав, ведь на каждый поступок существует своя причина. Я лишь могу искренне тебе посочувствовать, но никогда, никогда в жизни не смогу тебя простить. Не смогу подавить ненависть…

— Так давай скорей покончим с этим.

— Но. Извращенный отшельник верит в меня и поручил найти ответ. Вот почему я буду верить в то, во что верит он! — перед глазами промелькнули ряды объединённой армии шиноби. Это на самом деле возможно. — Таков мой ответ! И поэтому я не стану тебя убивать.

— Будешь верить в то, во что верит Джирайя–сенсей? Интересно… Значит, вот каков твой ответ, — разозлился Нагато. — Значит, мне следует сидеть тут и ждать, пока ты сотворишь мир на этой грешной земле? Да иди ты на *уй! Для меня слишком поздно верить в искреность слов Джирайи–сенсея! Постоянного мира нет и быть не может! До тех пор, пока мы живём в этом клятом мире шиноби, война никогда не окончится!

— Ну раз так, я своими руками развею это проклятье. Если и правда где–то на этой земле есть мир, я найду его, схвачу и никогда не отпущу! Я никогда не сдамся!

— Эти слова… — глаза Нагато расширились.

— Догадался, да? Те же слова, что в этой книге. Самая первая история, написанная Джирайей. Он написал её с целью однажды изменить мир. А в конце сказано, что вдохновил его на это самый дорогой его ученик. И это ты — Нагато.

— Нет… — он закрыл глаза и тихо прошептал. — Однажды Джирайе–сенсею было предсказано, что его ученик станет вестником великой революции в мире шиноби, и что он определит дальнейшую судьбу мира…

— Ведь имя главного героя этой истории это… Наруто. Моё имя драгоценная память о моих родителях, вот почему я никогда не сдамся и никогда не предам идеалы своего учителя. И однажды я стану Хокаге, принеся мир и для Страны Дождя! Просто поверь мне!

— Каким образом? Как можно принести то, чего мы не в силах достичь? Суть человека не меняется, сколь бы сильную боль он не познал ранее. Как я могу довериться тебе? Разве ты можешь хоть чем–то обосновать свои слова!? Доказать, что я могу тебе верить!?

— За всю свою жизнь я пережил немало… — хмыкнув, сказал я. — Вся та боль, накопленная годами, ещё теплится во мне. И никто не знает, сколько ещё мне предстоит… Но если я перестану верить в то, что всё может измениться… Изменится и герой, и тогда это будет совсем другая история… Не та, что хотел донести до нас наш сенсей. Неважно, сколько боли ещё предстоит, потому что таков Наруто.

— С другим главным героем история будет уже совсем не та. У нас с тобой один учитель, а раз это так, мы должны понимать чувства друг друга, как никто иной. Когда я сказал эти слова в бою, это было лишь насмешкой… Странный ты всё–таки парень, напоминаешь мне меня в юности. Я уже не могу поверить в то, во что верит Джирайя–сенсей. Не могу поверить никому. Однако, кажется, в отличие от меня, тебя ждёт совершенно другая судьба. Поэтому я могу поверить в тебя.

Он освободил свои руки из огромных колодок.

— Техника Демонического Перерождения!

— Нагато, что ты… — воскликнула здорово испугавшаяся его манипуляций и складывания печатей подруга.

— Конан, достаточно, — перебил её Нагато. — Я сделаю то, что должен был сделать с самого начала!

— Что происходит? — изобразил удивление я, хотя прекрасно понимал, что это за техника и то, что выполнив её, Нагато расстанется с жизнью. Конан обернулась.

— По поверьям, обладатель риннегана может не только управлять телами мёртвых, но и открывать проход в потусторонний мир. Следовательно, Нагато способен как убивать, так и возвращать к жизни. Он последний, седьмой Пейн…

Волосы Нагато стремительно поседели, и сам он, хотя и до этого неважно выглядел, стал ещё худее и старше.

— Пришло время исправить всё то, что я натворил по прибытии в Коноху. Это меньшее, что я могу сделать…

Он, тяжело дыша, расцепил руки. Я молча смотрел и впитывал в себя последние слова этого человека. Кажется, с каждой прожитой жизнью это становится всё тяжелее, и я нахожу в этих словах всё больше тайных смыслов.

Бабулька Чиё, Нагато… Словно в момент их смерти со мной говорят высшие силы.

— Война несёт лишь страдания, никому не давая счастья взамен, а смерть близких людей — самая страшная боль, какую только можно перенести, вот почему мы держимся подальше от подобных мыслей, особенно твоё поколение, которое не осознаёт до конца, насколько ужасна может быть война. Но для всех без исключения смерть не несёт ничего, кроме боли, способствуя рождению ненависти. Чем больше бессмысленных жертв — тем сильнее ненависть. Такова природа войны. Со временем ты поймешь, что я имею в виду. Ты и книга, что у тебя в руках, — он хмыкнул. — Словно так и было задумано с самого начала.

Он поднял голову и чуть улыбнулся Конан, её дерево стало распадаться, и лучи солнца коснулись побелевших волос Нагато.

— Нет, словно сам Создатель приложил к этому руку. Моя роль в твоей судьбе уже окончена, Наруто, я верю, ты тот, кто принесёт истинный мир.

Вспомнились слова Шион. Да, в такие моменты ни у кого нет морального права лить слёзы.

Конан достала тело своего друга из «паука» и запечатала в свою бумагу. Мой клон принёс тело Яхико. Его она тоже запечатала.

На освободившуюся от гигантского дерева поляну вышел Саске.

— Я не могу позволить Вам забрать тело Нагато, — вздохнув, сказал мой друг.

— Ты! — в единственном возгласе Конан почувствовалась нешуточная угроза, да и взвившиеся листки бумаги эту угрозу подтверждали, поэтому я поспешил вмешаться.

— Саске! Но это ведь её друг!

Саске сложил руки на груди, словно показывая, что не собирается драться.

— Вот именно! Конан–сан, неужели Вы никогда не слышали об Эдо Тенсей? Достаточно получить небольшой образец ДНК, и кто угодно сможет заставить Нагато и после смерти выполнять чужие приказы! Неужели Вы хотите для него такой участи? — надавил Саске.

Я замер, вспоминая свою встречу с Нагато под воздействием техники, упомянутой Саске. Н-да…

— А кроме того, — продолжил мой лучший друг. — Тоби непременно придёт забрать риннеган, потому что считает его своей собственностью. Но и это ещё не всё. Найдётся немало людей, желающих заполучить себе такой уникальный генетический материал, и они не побрезгуют осквернением могил. Например, место захоронения Первого Хокаге разграбили несколько раз, а его тело буквально растащили по кусочкам!

Конан испуганно посмотрела на меня. Но в этом я был согласен с Саске. Надо будет написать завещание, чтобы меня…

— Поэтому предлагаю кремировать Нагато, — словно прочёл мои мысли Саске. — И развеять пепел над морем. Стать одним целым со всем миром — не такой уж плохой конец. А его риннеган лучше всего отдать Наруто.

На это заявление я чуть не подавился. Но, в конечном итоге, Саске уговорил и меня, и Конан, и, даже не вскрывая запечатанное тело, вытащил эти фиолетовые глаза, куда–то в себя запечатав.

Он ещё подарил синеволосой девушке–оригами какие–то талмуды с вариантами развития её страны Дождя, где она, фактически, осталась единоличной правительницей. Видимо, они о чём–то таком говорили когда были в «Акацуки». Она поблагодарила нас и вместе с запечатанными телами улетела.

А потом этот жук Учиха начал меня лечить с помощью Кацую и попытался впихнуть те самые «солдатские» блевотные пилюли Сакуры, что на вкус как грязь. Что сказать, попытка у него удалась, и мне пришлось их съесть и притвориться совсем весёлым и здоровым.

Да, блин, я — герой…

Часть 3. Глава 21. Неожиданные новости

После воскрешения всех погибших и нашего с Саске возвращения, (во время полёта, он, кстати, показал мне картину боя с Пейном в моём покрове лиса), нас ждал триумф. Набежала откуда–то куча народу, которая начала качать меня и Саске. Многие плакали, но большинство улыбалось. Подбрасывали нас со всей ду… в смысле радости, так что очень скоро я снова почувствовал слабость. На очередном подкидывании вверх я заметил, что Саске со своими клонами что–то делают в центре того котлована, который образовался от техники Пейна. Похоже, что этот хитрый жук вместо себя для получения плюшек оставил клона. Тот даже счастливо мне улыбнулся, когда я обратил внимание толпы на выращенную за миг аллею и памятник в центре озера.