Новая история Колобка, или Как я добегалась (СИ) - Ясная Яна - Страница 62

— У меня работа, — непримиримо отозвалась она, фокусируя зрение и вовремя отбирая у Ярика безнадзорную горчицу. — А ты чего?

— А у меня — дети, — я бездумно повертела емкость в руке, и вытряхнула ее на хлеб.

— А! Давай меняться? — и ее предложение утонуло в моем сдавленном вопле.

Из глаз, носа и рта вырывался огонь, который не сразу, но удалось залить молоком.

Да твою ж раскрою!

Какое счастье, что завтракали мы малым семейным кругом, в в отсутствии Азоров, Макса и прочих нелюдей!

Всё. Я проснулась. Кофе для бодрости мне, пожалуй, уже не нужен!

— Ночью Святина пришла в себя, мы попытались с ней поработать, но результатов особо не достигли.

Мирослав деловито вводил меня в курс дела, а Ольга, успевшая обзавестись новым телефоном, что-то сосредоточено в нем строчила.

- Святина интеллектуально сохранна. Дядя Бронислав допускал, что… возможны варианты, но нет. Обошлось. Она в здравом уме, всё, что ей говорят, понимает, но не верит. — Мир подумал, и поправил сам себя, — Не хочет верить. Свернулась в клубок, лежит, ревёт. Даже мне её жалко стало.

Мир выглядел немного смущенным от такого признания — видимо, в его вселенной сур-р-ровым мужикам жалеть бестолковых соплюх, встрявших в дурную компанию и наворотивших дел, предосудительно.

Мы обговаривали последние детали перед звонком, когда телефон в руках Макса дернулся в режиме виброзвонка.

Все взгляды скрестились на Елистратове, а медведь молча принял входящий от — я успела заметить — незнакомого номера.

— Алло.

— Здравствуйте, Максим Михайлович, — этот глубокий, сочный женский голос был мне не знаком, но догадаться, кому он принадлежал, труда не составило. — У вас на базе всё в порядке?

Параллельно мобильный Бронислава затрясся, как припадочный, и на отрывистое «Да!» с поста охраны доложили:

— Бронислав Рогволодович, к базе отдыха подъехали четыре автомобиля колонной, остановились в пределах прямой видимости, ближе не подъезжают, из автомобилей не выходят. Наши действия?

— Ожидаем, — скомандовал Бронислав.

— Здравствуйте, Татьяна Федоровна, — безошибочно опознал Макс.

— Приятно удивлена, — отозвались в трубке. — Мне казалось, мы с вами не знакомы. Так у вас на базе всё в порядке?

— А почему вы спрашиваете, Татьяна Федоровна?

В трубке коротко вздохнули:

— Максим Михайлович, мы у ваших ворот. Не возражаете, если мы войдём?

Мужики обменялись взглядами.

“Если что — справитесь?” — без слов спросил Макс.

“Удержим” — взглядом же ответил Мир.

— Вам откроют ворота, — после этого импровизированного совещания сообщил Макс собеседнице.

И отключился.

А после этого мир, замерший в молчаливом напряжении на время переговоров, сорвался с места. Бронислав дал команду открыть ворота, Мир и Славик разбежались по углам и связывались каждый со своей группой, а что они от них хотели, я уже не видела: я неслась большими-большими скачками в сторону второй переговорной, на ходу звоня Адке и в телеграфном стиле извещая о новостях.

— Мы уже вернулись в номер, с нами охрана.

Смахнуть пыль — поправить ровно стулья — вскрыть упаковку с водой и расставить бутылочки — слава богу, всё на месте! Проверить чайные принадлежности в соседней комнате (а вдруг понадобится?).

Контрольный взгляд от дверей — вроде, порядок, и в спринтерском темпе обратно.

— Максим, большая переговорная готова.

— Спасибо, Лен.

И вот — снова, парадное построение. Макс впереди, я рядом с ним, но на полшага отстаю, за нами — ровной линией Азоры “первого призыва”. Бронислава нет, он где-то со своими терминаторами, контролирует территорию, обеспечивает безопасность…

Терема “Тишины” за спиной, и гости у крыльца, контрастные на фоне снега, словно вырезанные из темной бумаги фигуры.

Словно вывернутое наизнанку дежа-вю, в котором гости застыли в неподвижности у порога, а принимающей стороне досталась динамичная роль.

Я не знаю, чувствовали ли это ведьмы, а я буквально шкурой ощущала, как на нас концентрируется пристальное, вооруженное внимание добрых молодцев из Азоринвеста.

Молчаливое изучение друг друга.

Вместе с Чередой приехали четверо.

Хотя, приехало может и больше — но подошли к порогу они впятером. Ничего, Бронислав приглядит, чтобы никто посторонний на территории случайно не потерялся.

Череда не по форме приехала. Рослая, дородная. Не тучная, но в теле. Очень светлая кожа — и очень яркая помада. Коротенькая шубка поверх делового костюма, темные волосы поверх черного меха.

И вот объективно, как женщина женщину, красивой бы я ее не назвала.

Но королева не может быть не красивой.

— Добрый день, Максим Михайлович.

Вежливое приветствие гостьи прервало затянувшуюся паузу.

Ответное приветствие Елистратова — и приглашение внутрь.

Я остро чуяла его желание никуда представителей Круга не пускать. Он предпочел бы встречу на нейтральной территории, да и сейчас выяснить отношения на снегу, и выпереть их всех от греха из родного логова, ему помешал не деловой этикет (какой еще этикет, когда у нас тут почти боевые действия?!), а обилие нечеловеческий тайн во всей истории и концентрация непосвященных ушей вокруг.

Большая переговорная приняла всех, как родных — Макс по центру, Азоры справа, ведьмы слева. И сухое Максово:

— Слушаю вас.

А Череда усмехнулась:

— Мы, на самом деле, действительно приехали узнать, все ли у вас в порядке.

На фоне всеобщего напряжения она одна, кажется, и ощущала себя спокойно. Вокруг неё распространялась своя собственная атмосфера, и там, в ней, ей было вполне комфортно.

— Какое беспокойство, — оценил проявленное участие Макс.

— А почему нет? — благожелательно улыбнулась Череда. — Мы к вам регулярно отдыхать приезжаем, почти свои уже, а тут вдруг какие-то странные телодвижения вокруг, персонал разогнали, охрана на воротах с боевым оружием… Базу закрыли, а из посетителей — только чужаки, с которыми у вас недавно был серьезный конфликт. Вот мы и решили убедиться, что вам никто не угрожает. По-свойски.

Она говорила — ах, как она говорила! С иронией, с легкой насмешкой над собой и своими предположениями, которые теперь готова была признать ошибочными, и сразу было видно, что эта умнейшая и интеллигентнейшая женщина пришла с миром.

Вот только…

— Вы бы резких движений не делали, — посоветовал Макс, когда Череда переложила руки удобнее, — А то мы после бессонной ночи к вашей сестре нервные.

Раз — и вскрыл все карты. И у меня от страха сердце ухнуло вниз, сделало где-то в районе таза кульбит и вернулось на место — исполнять обязанности.

— Даже так? — красиво повела бровью эта невозмутимая женщина. — Что ж, давайте начистоту. Ведьмин Круг обеспокоен тем, что приезжие с какого-то перепуга заблокировали доступ к Источнику. Мы здесь три года мирно уживались, никому не мешали, так что какого черта. Мы желаем знать, по-прежнему ли вы, Максим Михайлович Елистратов, хозяин на своей земле. И, самое главное, мы очень недовольны исчезновением наших сестер!

Она помолчала, обвела всех, от Ольги до Макса, взглядом:

— И что, в конце концов, вы хотите сказать вашей “бессонной ночью”?

Макс смотрел на госпожу Череду в упор, без угрозы, просто… с демонстративным отказом от социальной вежливости.

— Сегодня ночью на мою базу отдыха было совершено нападение. Неизвестная нам группа ведьм пыталась избавиться от находящейся здесь под защитой Святиной Ирины Борисовны, которая является соучастницей и свидетельницей преступлений, совершенных представителями вашей общины против меня лично и моего окружения.

Ведьма слушала его с каменным лицом, и лишь на имени ведьмы-недоучкки позволила себе вопросительно приподнять бровь в сторону своей соратницы — и та в ответ еле ощутимо отрицательно качнула головой.

А Макс продолжил тем же безразличным тоном: