Новая история Колобка, или Как я добегалась (СИ) - Ясная Яна - Страница 60

Брониславовская мысль была ясна. Да и логично: это нас блоки затейницы-наставницы — проблема, но если за него возьмется другая такая же умелица, кто сказал, что она его не сковырнёт?

Как по мне, ночная феерия сил Зла как раз и говорит нам — сковырнёт, ой как сковырнёт!

Мысли были вязкими и тягучими, причу-у-удливыми, со-о-онными…Объятия поверх одеяльного кокона — горячими и надежными. У колобчат под дверью дежурила охрана — я знаю, Мир ее при мне туда поставил. Разговоры отдалились и стали неинтересными…

— Я вечером дал заданье своим, подождем, может, к утру кого важного опознаем, — монотонно журчал Бронислав.

— Не надо ждать, — голос Макса был глухим темным, как шум елового бора. — Я уже опознал.

На середину стол по полировке скользнул планшет, и когда Мир подтянул его к нам, я любопытно высунула нос и приоткрыла один глаз, а Мирослав, сама забота, Радомилович, повернул гаджет так, чтобы мне было удобно.

С экрана, с официального служебного фото, на меня стальным взглядом смотрела давешняя холеная брюнетка, нынче не в шубе, а в серой форме, а подпись скромно сообщала страждущим, что это есть начальник отдела полиции номер три Управления МВД по городу Чернорецку, полковник полиции Череда Татьяна Федоровна.

Сон как рукой сняло.

— Максим, Макс. У тебя бензопила есть?

— Не давайте ей бензопилу! — на два голоса завопили Всеслав и Адка, один — потому что напридумывал себе про меня несусветных глупостей, вторая — потому что хорошо меня знала.

Я укоризненно посмотрела на бестолковую молодежь: этот вопрос всего лишь выражал мое мнение о развитии событий, и моё же к ним отношение емко, образно и всемерно.

Можно подумать, я действительно стала бы просить мотопилу. Во-первых, вы представляете, сколько эта дура весит? Это ж поднимать надо! При моем-то росте-весе! Во-вторых, я прекрасно знаю, где она хранится — хозяйственный склад за конюшнями, вторая дверь налево, ключи в конюшне на стене со сбруей, под запасным седлом — и если мне понадобится, я просто пойду и возьму!

Ведьма. Ведьма — мент. К такому жизнь меня не готовила, дамы и господа!

Я была морально готова к владелице эзотерического магазина, и врач-педиатр у меня удивления не вызвал, и даже та, инстаграмная, красивая, как профессиональная содержанка, укладывалась в живущие в моей голове стереотипы. Очень ведьминское занятие, кружить мужчинам головы, если подумать.

Но ведьма — полковник? А ведьмы-генерала у них там, случайно, нет?

Что нам с этим делать, любезные дамы и господа?

Я представила, какой характерец должна иметь дама, чтобы не только выжить в мужской профессии, но и дослужиться до полковника, и взгрустнула.

Кажется, когда боженька распределял врагов, я урвала себе самых шикарных.

Лучше бы за красивыми ногами стояла.

И хорошо, все же, что мы в тогда, при попытке похищения, в полицию не обратились…

— Это, лихо, конечно… — присвистнул Бронислав Рогволодович.

— Не представляете даже, — мрачно отозвался Макс, откидываясь на спинку стула. — Я ее не только опознал, я ее знаю. Не то, чтобы прямо лично, но в своих кругах персона известная.

— И чем же она известна? — сэбэшник же наоборот подался вперед.

— У нее между своими репутация редкой стервы. Но правильной. Городок у нас тесный и… все всё про всех знают. Может, не в деталях и без подробностей, через вторые руки… но про самых важных людей все в теме, мало ли…

Все присутствующие многозначительно покивали.

— Так вот. Лет эдак несколько назад, что-то около семи, может, чутка побольше, был такой случай. Череда тогда только в заместители начальника отдела выбилась, но уже понятно было, что эта далеко пойдёт. И была у нее там романтическая история с кем-то из мужиков. Любовь-морковь, всё такое, вроде бы к свадьбе дело шло. У него погоны пожиже были, но им, вроде, не мешало. А потом вскрылась одна не очень приятная ситуация с участием жениха. И могла Татьяна Федоровна его прикрыть. И вроде даже не очень бы рисковала. Я подробностей не знаю, но он, вроде, на то и рассчитывал, что, случись что, невеста поможет соскочить. А она его посадила. Еще и постаралась так, чтобы ему на полную катушку влепили. Обостренное, поговаривают, чувство справедливости. — Макс призадумался, и добавил, — Ну, или мстительность.

Мы глубокомысленно молчали. Вязалась эта история с рейдерским захватом, поджогом леса, похищением детей и попыткой убийства или не взялась? Справедливость, она ведь разная бывает…

— Да и вообще. Железная женщина. Так что, хоть верьте моему чутью, хоть нет, если кто в Круг из этих дам входит — то она — так точно!

— В Круг — это хорошо, — пробормотал Бронислав, медитируя на фотографию как заправский ведун, резко переквалифицировавшийся из альтера.

— Как только узнать, входит ли она еще и в число тех из Круга, кто нам палки в колеса вставляет? — Славик старательно хмурился.

— А мы к ней наведаемся — и спросим! — подмигнул двоюродному внуку Мирославский дядюшка.

— А она нам так и скажет? — скептически уточнила Ада.

— Если встретимся, авось и скажет. Ибо пока что, девуля, заметь, все эти дамочки ловко от нас удирали и хвосты всячески заметали. Так что… плюс мы же не постесняемся, мы же и другим визит нанесем. Это осиное гнездо палкой только ткни посильнее, сами всем роем набросятся — и виновные, и невиновные, а там разберемся.

Я не знала, радовало меня это заявление или огорчало.

— Альтеры направо, все остальные — налево, — шутливо скомандовал Бронислав, когда мы выходили из малого зала. Что в переводе означало, те, у кого есть всякие читерские батарейки могут и поработать, а остальные отправляются досыпать.

И я поудобнее перехватила кое-чей локоток, намекая, что удрать не дам. Альтер он там или не альтер, а переодеться в сухое надо!

Охранник у детских дверей при нашем приближении приободрился, но тут же сник, когда мы направились вовсе даже к соседнему номеру. И у меня родилось смутное подозрение, что того, кого он охраняет, суровый мужик побаивается куда больше, чем неведомой супер-опасности.

— Мы рядом! — утешил его сострадательный Мир, и, слегка впихнув меня в свой номер, тут же, без предупреждения, обхватил ладонями мое лицо и впился поцелуем в губы.

Опомнилась я, когда нахальный пальцы забрались под пижаму и чувствительно сжали грудь.

— Ты что делаешь?! — проснулся рассудок, и я встрепенулась и попыталась вернуть все, как было. За стеной дети без присмотра, в коридоре — охранник, и вообще!

— Переодеваюсь, — нагло заявил господин альтер и, подцепив край футболки, показательно ее с себя стянул.

Нежное женское сердечко екнуло и рухнуло куда-то вниз. Десять из десяти за стриптиз!

— А для этого надо сначала раздеться, — окончательно размурлыкался Мирослав, кошачья мартовская натура, Радомилович, и его руки снова каким-то чудесным образом оказались под моей пижамой.

— Мне-то не надо! — трепыхнулась я.

— Так и будешь в пижаме ходить?

— Нет, но… эй, хватит, у меня здесь одежды нет!

— А зачем она тебе? — вкрадчивый голос кружил голову, поцелуи обжигали, прикосновения путали мысли и атрофировали дар речи.

И мир вокруг сужался до одного только… Мира. Сильного, горячего, такого желанного.

Добегалась ты, Колобкова, ой добегалась…

— Лен, а Лен?… Лена-а?…

Мое имя перемежалось с покусываниями и зализываниями, и коктейль был просто сокрушительный, поэтому я в ответ могла только промычать что-то вопросительное.

— Лен, ты выйдешь за меня замуж?

Вся томная нега скатилась с меня как с гуся вода, я подскочила, приподнялась на локтях и возмущенно уставилась на бессовестного разрушителя интимной атмосферы.

— Мир, это свинство! — искренне возмутилась я. — Ты у кого этой ерунды нахватался, у родственников?

— Лена, ну ты же понимаешь, что все равно придется, — альтер нависал надо мной черной тенью и даже не пытался отодвинуться. На такую заявочку я бы, может, даже и обиделась, если бы не откровенное веселье в синих глазах, различимое даже во мраке.