Новая история Колобка, или Как я добегалась (СИ) - Ясная Яна - Страница 57

Такие вещи делаются тихо, группой надежных единомышленников…

— В общем, если подвести итог, всё выглядело так, — подал вдруг голос Славик, и я вздрогнула от неожиданности, отвыкла уже, проштрафившийся племянничек в последнее время всё больше помалкивал. Но Всеслава скрестившиеся на нем взгляды не смутили, и он продолжил, — Некая группа ведьм планировала захватить источник магическими методами, раз уж не вышло силовыми. Для этого они растили исполнителя, которого потом, с большой долей вероятности, собирались пустить в расход. Насильные блоки гробят будущее ведьмы, а для этой ее наставница просто не планировала будущего.

Макс невесело кивнул, подтверждая, что пока согласен.

Славик продолжил:

— Потом в “Тишине” появились мы. Столичные инвесторы представляли для ведьм угрозу: с корпорацией трюк с подавлением воли не провернешь, слишком много людей, отвечающих за принятие решения, придется подчинить. Причем, людей которые даже не здесь сидят — а значит, влезть придётся на территорию другой общины.

Ольга смотрела на племянника с умилением и гордостью: ну, какой же умничка!

— Допустить сотрудничество было нельзя, поэтому “Азоринвест” постарались скомпрометировать.

— И ты этому с радостью поспособствовал, — поддакнул Бронислав с добродушнейшим видом.

— Вместе с Еленой Владимировной, — огрызнулся “виновник торжества”, которого, похоже, родственники уже допекли.

— Не трогай Елену Владимировну, — вполне корректно, но с намеокм попросила я..

— Да ну вас! — скуксился Славик.

Макс как раз принялся раздавать новую порцию мяса, и Всеслав потянулся за шампуром, но садисты-родичи его остановили:

— Ты дальше рассказывай, рассказывай!

В этот раз ехидной выступал Мир — причем, сам он так смачно вгрызся в мясо, что даже мне было очевидно: издевается!

— А что тут рассказывать? — буркнул Азор-младший. — Мы из Чернорецка сразу не уехали, а потом всплыли анализы твоих детей, и стало очевидно, во-первых, что и не уедем, во-вторых, что мы альтеры, и, следовательно, интерес проявляем не к базе, а собственно к источнику. И противной стороне…

— Очень противной! — встряла я, не выдержав, и рядом хихикнула Ольга.

— И противной стороне, — с нажимом повторил Славик, — Пришлось форсировать события, и выпускать…

— Кракена! — на этот раз от моей реплики закашлялся кто-то из мужчин.

— И выпускать недостаточно подготовленного исполнителя, — закончил Славик с невыносимой укоризной в голосе.

Но я поднапряглась — и вынесла.

Возвращение Игоря раколова Филлипыча положило конец потусторонним разговорам, и я, пошептавшись интимно с Максом, скинула ему на почту добытое видео, и отбыла в номер.

Спать пора, потому что, уснул бычок!

Едва слышный стук в дверь раздался, когда я уже вырядилась в пижаму, смыла физиономию и готовилась отдаться сну, которого после прошлой ночи и очень насыщенного дня был откровенный недобор. Дети в три носопырки сопели на раскладном диване, Адку я выслала отсыпаться куда подальше с ее головой и вообще никого не ждала. Но стук повторился, и соблазн прикинуться спящей пришлось отринуть — количество важных событий на единицу времени начинало зашкаливать, и мало ли что там случилось…

За дверью случился Мир. Щурясь от коридорного света, я вопросительно вскинула брови, и господин Азор догадливо сообщил:

— Все в порядке, — и тут же расплылся в улыбке. — Я просто хотел пожелать спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — проворчала я, невесть чего стесняясь. Вчера вот после душа в безразмерном халате — не стеснялась, а очень даже наоборот, чувствовала себя вполне себе воинствующей амазонкой, а сегодня нате — стесняюсь.

Загадошна ты женская натура…

В один номер со мной и детьми он не напрашивался, и за это я была ему благодарна. Морально я была пока что не готова к тому, чтобы дети обнаружили меня утром в постели с мужчиной. Детям-то может и все равно, по кому скакать, но я не готова — и все тут!

Да и вообще события сменяли друг друга, а отношения с еще недавно совершенно чужими людьми эволюционировали с такой скоростью, что от этого кружилась голова и хотелось рявкнуть: “Тпру! Стоп! Все притормозили, разошлись на исходные позиции и дали бедной матери трех детей время прийти в себя!”.

Какое-то смешное время назад я — мать-одиночка, а теперь у моих детей есть отец, тетя, дядя, многочисленные бабушки-дедушки и прочие родственники, ведьмы-альтеры и даже отдельно взятый оборотень…

— Не так, — прервал мои горестные размышления Мир, помотав головой. Ухватил меня за руку и вытянул в коридор, чтобы припереть к стене, прижавшись всем телом, и поцеловал. Глубоко и жарко, до мурашек по позвоночнику, до ослабевших коленей, до звенящей пустоты в голове.

— Вот так, — удовлетворенно произнес он, — Надо желать спокойной ночи.

Хм. Что-то в этом есть! Ну-ка попробуем!

Привстав на цыпочки и вцепившись от души в плотный свитер, я продемонстрировала господину Азору, что не он один тут умеет кружить головы.

Когда поцелуи стали уж совсем невыносимо обжигающими, а воздуха стало катастрофически не хватать, мы оба синхронно притормозили, с сожалением понимая, что не время и не место. Я разжала пальцы, невесть когда вцепившиеся в пепельно-русые лохмы, и погладила чуть шершавую мужскую щеку, ненароком коснувшись уха, в котором едва заметно виднелся след от сережки.

Мир потерся носом о мой висок и выдохнул в ухо:

— Ну? Что тебе Ольга про меня сегодня насплетничала?

— Что тебя не интересуют женщины, — честно синтезировала я.

— Чего-о?! — оскорбился Мирослав, я-не-такой, Радомилович.

— А что? Интересуешься? Хм, любопытно… как часто и в каком количестве?

ПростоМир расширил глаза и открыл было рот, чтобы начать толкать речь в свое оправдание, но в итоге только возвел глаза к потолку: “Женщины!”.

— Я серьезно, — буркнул он потом, и на мгновение сквозь взрослую устоявшуюся личность проглянул лохматый пятнадцатилетний мальчишка с рюкзаком из металлолома и упрямым взглядом.

— Серьезно — так серьезно, — вздохнула я и снова зачем-то погладила не дающую мне покоя мочку уха. — Возможно, этот вопрос стоило задать раньше, чем знакомить тебя с детьми, но… что, если у нас не получится?

Отличный секс — это, конечно, прекрасно, но что есть между нами помимо секса, общей тайны и трех детей? А вдруг он носки разбрасывает? Или там тюбик с пастой не закрывает?.. почему-то на этих двух пунктах список вероятных смертельных прегрешений в моей голове исчерпывался, но я списывала это исключительно на нехватку опыта совместной с мужчиной жизни.

Что будет, когда вся эта наша нынешняя идиллия посыпется, как карточный домик? Пропадет новизна эмоций, тот самый “драйв и кипиш”, и дети покажутся обузой, а мать их станет не такой уж и нужной…

— Может, и не получится, конечно, — медленно и задумчиво произнес Мир, и я удивленно вскинула на него глаза. Я ожидала заверений и обещаний, а не… — Ни на одни отношения нельзя дать гарантии. Но ты уверена, что не будешь жалеть, если даже не попытаешься? Я вот знаю, что буду.

Он прижался лбом к моему лбу, как когда-то, давно, в прошлой жизни, полной беззаботных глупостей.

— Как бы ни сложились отношения между мной и тобой, я знаю одно, Лен, и это факт — я не брошу детей.

Что ж, решила я, вполне себе гарантия!

И, прогнувшись в сильных руках, потянулась за новой порцией “спокойной ночи”.

То ли кто-то старался плохо, то ли все волнения дня оказались сильнее, но пожелания не сработали. Засыпала я медленно, и заснув, провалилась в вязкую тревожную муть, иногда всплывая на ее поверхность. Снился мне Колобок, ушедший от Бабушки и Дедушки, и застрявший на Медведе, Терем-Теремок, избушки Лубяная и Ледяная, посторонние тетки, на это все претендующие, и во сне я твердо была уверена, что уступать им никак нельзя, они из другой сказки. Из какой — не знаю, но из другой точно, велено не пущать!