Новая история Колобка, или Как я добегалась (СИ) - Ясная Яна - Страница 22

Мирослав хмыкнул и внезапно потребовал:

— Закрой глаза.

— Зачем?

— Закрой-закрой. Обещаю не маньячить!

Я подозрительно поджала губы, но неожиданно для самой себя подчинилась. Вздрогнула, когда висков коснулись руки — даже не руки, кончики пальцев. Невесомо, чуть-чуть щекотно и как-то… колко что ли.

— Не открывай, — предупредил Мирослав, и я — не открывая — изогнула брови и скептично приподняла уголок губ.

Он будто массировал мне голову, но не с нажимом — а легкими, почти не ощутимыми прикосновениями, и я с удивлением осознала, что от этих прикосновений у меня внутри что-то отпускает. Отпускает напряжение, отпускает усталость, пропадает сковавший голову обручем спазм, который я уже привыкла не ощущать, и я сама становлюсь как наполненный гелием шарик — если не удерживать веревочкой, улечу в небо.

— Как ты это делаешь? — зачарованно прошептала я, продолжая послушно стоять с закрытыми глазами.

— Секреты древней китайской медицины, — хмыкнул Мир, и было непонятно, шутит он или всерьез.

— Ты не похож на китайца, — сказала я и снова вздрогнула, на этот раз — когда его руки вместо того, чтобы снова коснуться моей головы, легли мне на талию.

Внутри все сразу так встрепенулось, что я чуть не подпрыгнула. Нет! Не буду я с тобой целоваться, змий-искуситель!

Я распахнула глаза и вскинула руки, упершись ими в мужскую грудь. Шерсть свитера под пальцами была такой мягкой, что ее хотелось погладить. Его хотелось погладить…

Я почти успела. Я и совсем успела бы, если бы он нацелился на губы. Но Мирослав учился на ошибках, и поймал губами не губы — а ухо. Мягко коснулся мочки и слегка прикусил ее. Даже от этого незамысловатого жеста я чуть не застонала вслух. Но только сильнее надавила на грудь, заставляя его отстраниться.

— Мир, не надо.

Это прозвучало почти жалобно.

— Почему?

Закономерный вопрос. И ответить на него как с родителями — не хочу, означало бы совершенно очевидно соврать.

— Я тебя совсем не знаю.

Еще одной закономерностью с его стороны было бы заметить, что в прошлый раз мне это совершенно не мешало, но нет.

— Мирослав Радомилович Азор, тридцать четыре года, не женат, не разведен, детей нет, занимаю руководящий пост в холдинге “Азоринвест”. Что еще?

— Место проживания.

— М? — мурлыкнул он, не поняв моей ремарки, и потерся носом о кожу чуть ниже уха, вызвав горячие мурашки.

— Во-первых, вы приехали сюда отжимать бизнес дорогого мне человека, — произнесла я, пытаясь абстрагироваться, от накатывающего волнами тяжелого, густого желания, от которого размягчается все тело, включая мозг. — Но даже это ерунда, потому что, во-вторых: как приехали — так и уедете. Я не ищу секса на одну ночь, Мир. Я и тогда не искала. Собственно, поэтому все и вышло, как вышло.

Вот так вот, честно, прям в глаз. Ну или куда там получилось.

Мирослав вскинул голову, но считать выражение глаз у меня не вышло.

— А еще мне сейчас правда нужно идти.

Я отвела его руки — и он позволил их отвести — и когда уже почти решила, что я уйду, оставив кое-кому за собой последнее слово и пищу для размышлений, мне в спину прилетело:

— Я буду ждать твоего звонка.

Вот и понимай, как хочешь.

Несмотря на растрепанность чувств, физически я чувствовала себя так, будто только что вернулась из длительного отпуска (по крайней мере, я всегда воображала себе, что вот если я однажды поеду в длительный отпуск — я потом буду себя чувствовать так!). Что-то все-таки сотворил со мной Мирослав, шкатулка с секретами, Радомилович, и спасибочки ему за это. Вообще, может и правда что-то китайское. Акупунктура она же на точки воздействует, правда, иглами, а мало ли там какие еще методики есть. Откуда вот только они известны человеку, занимающему, как он изящно, но без конкретики выразился, руководящую должность…

Впрочем, эти мысли не заняли меня надолго. Дома ждали покусанные акулой дети. И если физически мне полегчало, то вот нервы никуда не делись.

— Скорее всего аллергия, — сделала вывод врач, осмотрев всех троих, что почему-то ни капельки не облегчило мои душевные терзания. — Не инфекционное точно.

— У всех сразу? — удивилась я. — Да они с рождения ни разу…

— Аллергия — дело коварное, — невозмутимо заметила женщина, поманила пальчиком, строго глядя на Стаса, и тот, бросив на меня взгляд, а потом потупившись, вернул похищенный стетоскоп. — Может выплыть в любом возрасте и в самый неожиданный момент. К тому же она бывает накопительная. Вот рецепт на антигистаминные. Перейдите на гипоаллергенный рацион и вводите заново продукты постепенно. Подумайте хорошенько, что было в вашей повседневной жизни нового — стиральный порошок, одежда, чистящие средства, какие-то новые блюда. Сдайте кровь, лишним не будет. Направление на общий анализ. Если в течение пары дней не станет хоть немного лучше или пройдет, но потом повторится, а источник так и не будет выявлен, то запишитесь к аллергологу. Пока посидите дома, в садик не стоит. Выпишу больничный на неделю, чтобы разобраться, от чего все же так высыпало. Всего доброго.

Вот вам и мои дети не болеют, вздохнула я и отправилась варить гипоаллергенную гречку.

Ладно, аллергия, с тобой мы разберемся, а больничный буду и впрямь считать отпуском, буду укладывать детей себе под бок и ка-ак высплюсь.

На следующий день звонок телефона поднял меня в шесть утра.

— Лена, — хрипло выдохнул Макс в трубку, и я не сразу узнала его голос, настолько он вдруг сделался чужим. — Лена, Тихий Лес сгорел.

Глава 5

До работы я добиралась, как в тумане.

— Здравствуйте, — поприветствовала я горничных и администраторов, вместо привычного “доброго утра”.

Утро было каким угодно, но не добрым: запах гари, не висевший над “Тишиной”, но доносимый порывами ветра, растерянность и испуг, свивший гнезда в глазах… Люди, кажется, не верили произошедшему.

Не верить было сложно: зарево на полнеба ночью видели все. Кто не лично, тот на городских новостных сайтах.

Верить было невыносимо.

У меня закипали злые слезы и грозились пролиться они массовыми убийствами.

Не преувеличивай, Лена. Четыре трупа — это не масса, а серия.

Время пересменки уже давно прошло, но Анна — ночной администратор — никуда не ушла.

— Как же так, Елена Владимировна? — тихонько спросила она. — Как такое случилось?

Хорошо, что на этот вопрос ответ у меня был. И стоило об этом подумать, как от ярости сводило зубы.

— Следственные работы ведутся, — сдержанно отозвалась я. — Хорошо, что ты здесь, Аня. Поможешь.

Кто там у нас сегодня? Надо же, вот только что проехала пост охраны, а не помню. Озерков? Дима Иванов? Да, он.

— Привет, Дим. Скажи, а Всеслав Всеволодович на базу уже вернулся? Хорошо. Сколько вас сейчас на посту? Отлично! Подойдите к администраторской. Да, все четверо. Да, под мою ответственность.

Я набрала побольше воздуха и произнесла то, что пока никто не смел озвучить.

— Сегодня ночью сгорел “Тихий лес”.

И сама удивилась, как мертво звучит мой голос. Парни из вневедомственной охраны подошли как раз вовремя. Отлично не придется повторять и для них.

— Как я уже сказала, следственные работы ведутся. Однако около восьми часов утра представители Азоринвеста вышли на связь с муниципалитетом и потребовали аннулировать договор купли-продажи земельного участка, заключенный между городом и Максимом Михайловичем, в связи с неисполнением покупателем условий льготного приобретения.

В голове звенело, и окружающий мир вел себя странно. По крайней мере, резкости ему определенно не доставало. Я отстраненно понимала, что сейчас сделаю непоправимое. Но знала, что жалеть об этом не буду.

— Нет леса на участке под рекреацию — нет исполненных обязательств.

Я обвела сотрудников взглядом. У сотрудников на лицах читалось от “Не может быть!” до “Что за хрень?!”