Доминик Каррера. Каникулы (СИ) - Колесников Дмитрий Васильевич - Страница 7

— У вас как со временем? — спросил я Анастасию, когда выходил у ворот Академии.

— Сейчас я буду занята, а вот ближе к обеду освобожусь. Ты когда назад поедешь?

— Думаю, часа через три, не раньше.

— Тогда через три часа я буду тебя ждать тут же.

Задумал я вломиться в апартаменты, которые занимал Санчес. Было обоснованное подозрение, что там уже всё подчистила СБ, но из памяти предателя я выудил один тайничок. Там он хранил заметки по настройке Камней, и я надеялся найти в них некоторые ответы. Дверь была опечатана, висела грозная надпись о полицейском расследовании, но я её проигнорировал. Достал из-под цветочного горшка ключ, деактивировал страшилку-сторожа, и проник в помещение бывшего ректора.

— Ни хрена себе!

Это всё, что я смог сказать в первую секунду, оглядевшись. Если кабинет ректора был образцом аскетизма, то интерьеру квартиры могли позавидовать арабские шейхи моего мира. Толстые ковры, дорогие картины, искусно вышитые гобелены. Всё подобрано с большим вкусом, ничего не режет глаза, а ведь многие из безделушек, что стояли на полках, подставках и колоннах стоили целое состояние! Квартира была не просто богатая, она была шикарной. И весь этот шик сохранился, несмотря на то, что здесь явно тщательно рылись криминалисты. Картины висели неровно — видимо, простукивали стены. Пара гобеленов была безжалостно взрезана, и я покачал головой, видя это варварство. Впрочем, гобелены были явно африканские, так что понять сыщиков было можно.

В кабинете меня ждал разобранный по запчастям рабочий стол — опять искали тайник. Ну да, был там такой, судя по воспоминаниям Мануэля. Он там хранил всякую мелочь. Действительно важные сведения Мануэль держал в голове, не доверяя бумаге и инфокристаллам. Но кое-что, что в голове уместить было просто немыслимо, он хранил не в столе. Я подошёл к небрежно валявшейся трости и поднял её. Помню я эту «клюшку» в памяти ректора. Она должна была стоять вот в этой круглой высокой корзине, отделанной фальшивым золотом и фальшивыми бриллиантами, вместе с двумя другими тростями и дорогим зонтиком. Зонтика я не нашёл, как и одну из тростей, а вот эта уцелела. Впрочем, мне нужна не трость.

Я присел и перевернул корзину на бок. Поднатужившись, крутанул основание против часовой стрелки. С тихим щелчком крышка отскочила, на пол высыпались несколько кристаллов и блокнот. Блокнот был заполнен формулами и рисунками, кристаллы — все пустые, кроме одного. Воткнув его в гнездо читалки, я начал перелистывать страницы. Да, то, что надо. Вот формулы по напряжённости связей в Камне, вот рисунок разноцветных токов Сил. Тут же заметки по вариантам конфигурации стихий и талантов. А самое главное — заметки обо мне в частности и об универсалах вообще. Это я удачно зашёл!

С трудом выпрямившись, я посмотрел на бардак, что оставил после себя. Убираться за собой не хотелось, но замести следы преступления надо. Закончив сборку корзины, закинул в неё трости, а потом не удержался и вытащил одну, что побогаче и поудобнее. Примерился, прошёлся по квартире, ощущая себя героем игрушки, вломившимся в дом Босса локации в поисках ништяков. Ну что же, главный приз я уже добыл, что тут ещё есть? Золото, артефакты, броня, оружие? Золото Санчес дома не держал, главный артефакт разлетелся в пыль, а броня времён Войн Самцов меня не интересовала. Куда бы я дел вот этот внушительный двуручный меч палача, весом килограмм пять? Будь я простым воришкой, я бы наверняка нашёл, куда распихать добычу, но все эти прелести меня оставили равнодушным. А вот на кухне меня ждал сюрприз в виде бутылки пива в холодильнике, которую я с удовольствием ополовинил. До приезда такси было ещё далеко, так что я допил пиво, заедая его орешками, а потом спокойно вышел через главный вход.

Весь вечер, отходя от лёгкого опьянения, строил планы и репетировал предстоящий разговор с Кармен. Начинать своё спасение надо с неё, она — мой трамплин к Камням и технологиям, недоступным обычным людям. А так же — пропуск к архивам и де Вега.

Глава 4

— Так, объясни мне внятно, чего ты хочешь, — Кармен с подозрением разглядывает мою трость, прислоненную к креслу.

Да, трость не моя, а Санчеса, и что? Трофей, причём законный! Мне ходить долго пока тяжело, выдыхаюсь быстро. Санчесу не нужна, а мне пригодится.

— Жить мне осталось недолго, так?

— Ну...

— Так. Хочу выяснить кое-какие моменты по универсалам. У вас же наверняка есть какие-то записи, архивы? Вот бы мне в них покопаться?

— Доминик... Думаешь, ты первый такой?

— Плевать. Хоть миллион первый! Хочу.

— Ну ладно, это просто устроить. Всё равно от тебя пока толку нет никакого. Ты мне лучше расскажи ещё раз и подробно, что у вас с ректором произошло. Нам это очень важно, Доминик.

Со смертью Санчеса позиции тех, кто тащил страну к развалу, сильно ослабли. Наверняка Кармен и Мартина де Вега, которая и является главой этого крыла в политической жизни Европы, уже догадались, из какой задницы эти уши росли. Судя по беспардонному обыску в комнатах ректора, недавним заметкам о внезапных смертях и громких делах в прессе — партия де Вега идёт в наступление. А так же они догадываются, что я не собираюсь с ними делиться всеми мыслями. Тут уж баш на баш. Что вы можете мне предложить, госпожа Кабрера? Чем вы меня заинтересуете на ближайшие два года?

А ещё им до ужаса стыдно, что они пригрели на груди такую змею, как Санчес. Но тут уж они сами виноваты. Конечно, ректор был полным психом, но ведь он говорил и правдивые вещи. В Академии этого не слишком заметно, но ведь и народ здесь собрался не простой. А что творится за пределами этого заведения? Я тут всего третий год живу, мир не знаю. Не знаю, чем он дышит, к чему стремится. Сколько у меня знакомых? Десятка два, да и то — половина шапочные, с ними отношения скорее рабочие, чем дружеские. А вот Кабрера и Вега — аборигены не из последних, они должны такие вещи без всякой эмпатии чуять. И тут такой удар по самолюбию...

— Вы про его план стать королем Аллаты?

— Ты знаешь?!

— Конечно. Он мне довольно подробно рассказывал, как станет сначала Протектором, а потом консортом. Наследниц — в топку, а потом — захват Африки, взятие под контроль портальных переходов, и дальше — на весь мир.

— Праматерь Великая! И ты молчал?! — Кармен выпрямилась за столом и вперила в меня горящий взгляд.

— А чего болтать? Я двух слов связать не мог! Прошляпили вы всё на свете, госпожа генерал. Как вас в Совете держат?

— Выгнали уже! — буркнула Кармен, успокаиваясь. — Официально: из-за дуэли с африканской делегацией, смерти одной из гостей и угрозе срыва важнейшего мероприятия десятилетия.

— А что так долго тянули? — не смог удержаться я от усмешки.

— А ты думаешь, меня так просто списать, за мной никто не стоит? — в тон ответила мне аристократка.

— Герцогиня Мартина де Вега, я знаю. Похоже, вас переигрывают?

— Война на носу, малыш, приходится выбирать между политикой и государством. В армии я принесу больше пользы. Да и Совет — это ещё не все. Я по-прежнему курирую важнейшие направления, а Совет... — Кармен легкомысленно махнула рукой. — После войны опять туда войду, не впервые.

Я отпил кофе из кружки и задумчиво посмотрел на графиню.

— Я на днях с Евой говорил. Оказывается, госпожа, вы служите в секретной части?

— Это ты к чему?

— Хочу всё же посмотреть ваши бронеходы. Не верится мне, что они лучше бронированного транспорта. Я уже и с Марией говорил, но она меня не убедила. Дадите допуск? Вдруг я ещё чего придумаю?

— Дам, — кивнула Кармен. — Там секретов особых нет, просто традиция тянется ещё со времен Войны, когда бронеходы были секретным оружием. Сходишь на базу ремонта и освоения техники — она недалеко от Капитолия расположена. А какие у тебя задумки?

— Не знаю, — я развел руками в стороны. — Я биотехнику ещё в глаза не видел. Все говорят, что бронеход — это что-то, а «что» объяснить не могут. А мне за сестру страшно.