Эльфийская сага. Изгнанник (СИ) - Марлин Юлия - Страница 57

Впрочем, любой эльф из рода Дракона и Змеи носил подобное кольцо — Теобальд, Бриэлон, леди Селена, командор Дминар и многие-многие, связанные с ними общим родством. Иные эльфийские рода тоже не отставали; например рожденные в роде Веллетреэв носили кольцо из оникса с оттиском клинка, замкнутого в круге; Черных Соколов отличало аметистовое кольцо с соколом в полете, род Ашай-Мади гордился кольцом из белого золота с елью в снежной шапке и так далее. Таким изысканным способом, лорды и леди благородных кровей отделяли себя от бедняков, рожденных в низших кварталах.

— Те безродные ничего подобного отродясь не смели надеть, — частенько посмеивались они на приемах и пирах.

Потеряв интерес к кольцу, Брегон перевел взор в окно. Легкие подземные сквознячки плавно качали полупрозрачные занавеси с голубой строчкой агройского атласа. В пузатых стеклянных чашах всплескивали золотыми хвостиками рыбки. Шерлы-военные, сидевшие вдоль стен, тихо перешептывались. У дверей стыли неподвижные гвардейцы, посверкивая темным металлом брони.

Матовые ногти короля затарабанили по перилам. Минуло три ночи с того момента, как они бросили Габриэла умирать в Мертвом лесу. Все прошло просто замечательно, так как и задумывалось и теперь молодой король мучился в неизвестности: шерл истек кровью и умер? Им закусили зубастые химеры и кровожадные ламии? Или он нашел в себе силы спастись?

— Ваше Величество чем-то огорчены? — Осведомился Гелеган, оглаживая холодный жемчуг волос.

Брегон повернул голову. Черная траурная повязка в бриллиантах хлестко сверкнула унцией серебра.

— А?.. С чего вы взяли? — Рявкнул он.

Черт бы тебя забрал, Гелеган! — выругался про себя Брегон, а потом понял — его ногти тарабанят по лепнине перил, точно дождь по железной крыше гончара.

Отдернув руку, он небрежно махнул:

— Продолжайте.

И откинулся на резную спинку трона.

Как, хорошо быть владыкой, улыбнулся он невзначай.

— Да, повелитель, — нижайше склонился герцог: — Так я повторюсь? Ага. Прибывший накануне гонец сообщил, что передовой отряд маршала Кэллиана, вступив в неравный бой с желтыми великанами у Черных пустырей, как и было запланировано — изобразил ложное бегство и спешно отступил к перевалу Хор Могор. По донесениям из ставки, король Родрэм, купившись на уловку, начал преследование. Сейчас он в районе Серебряных Шахт и отстает от Кэллиана меньше, чем на полдня. Засадные полки Бесмера и Дминара уже дожидаются неприятеля. Как только шар-рахрийцы зайдут на перевал, наши ударят им в тыл, а конница Кэллиана атакует авангард. — Последнюю фразу он прошептал в сладостной судороге: — Победа будет за нами.

Самолюбование Гелегана привело Сирилла в ярость, и командор вскричал:

— Эту стратегию предложили не вы! Не хвалитесь чужой и еще не завоеванной победой!

Старик потряс головой и, бесстыдно глянув Сириллу в глаза, прошипел:

— Не напомните, командор, кто предложил эту стратегию?

— Лорд Габриэл, — сникая, ответил тот.

Гелеган злобно расхохотался:

— Мертвецу победа без надобности.

— Подлец!

Сирилл выхватил клинок, кидаясь в атаку. Сталь рассекла воздух, но крик короля, заставил командора отшатнуться.

— Не сметь!

Рука шерла рухнула, и острие порхнуло в пол.

— Сирилл! Убрать оружие! Гелеган! Молчать!

— Но я, Ваше Величество, пострадавшая сторона…

— Молчать, я сказал!

Гвардейцы тремя гулкими шагами обступили Сирилла, собираясь взять под стражу, но Брегон повелел:

— Отошли от него! — И когда охрана повиновалась, пригрозил шерлу: — Еще одна такая выходка и вас обезглавят! А теперь, командор, вернитесь на место!

Сирилл рухнул в кресло с опущенной головой. Гелеган же кипел от ярости — уже второй раз «щенок в короне» унизил его на глазах у всех; первый, конечно же, случился во время показательного суда над Габриэлом и его вымышленными сообщниками.

В зале стало тихо. Король откинул голову на блестящую спинку.

Да где ж блуждают мысли этого молокососа, злился Гелеган, глядя из-под белых бровей.

— Ваше Величество, — робко позвал он, — а что ответить Умберу Кривоносому? Он настойчиво требует три высоких отряда. В противном случае — грозиться разорвать с нами все торговые договора.

— Что по этому поводу думал Габриэл? — Лениво осведомился Брегон.

Гелеган замялся, пожал плечами.

— Габриэл был противником помощи Умберу. Он запрещал отсылать войска в Немер, — буркнул Сирилл и отвернулся.

— Ваше Величество, я с этим не соглашусь…

— Я разделяю мнение бывшего главнокомандующего, — пресек Брегон. — Вы слышали, герцог?

Гелеган учтиво поклонился:

— Да будет так. На этом я закончу.

Следующим отчитываться надлежало начальнику тайной службы Эммеросу. Но сказать высокородному лорду было нечего. Ни одна из его ищеек не напала на след Белого Лебедя — наемница, как дым, истаяла в рассветных огнях и с ночи покушения на Теобальда залегла на дно. Все их усилия шли прахом и со стороны походили на бесполезную крысиную возню.

Эммерос судорожно смял шелковые рукава и невидяще посмотрел перед собой. Королю не понравится его доклад. Начальник сглотнул и повел плечом — как бы не лишиться головы. Дрожавшие уши невольно уловили пугливый плеск воды в ближайшем углу, а еще шаркающую не по-эльфийски тяжелую поступь существа, подволакивающего одну ногу. Эммерос напряг превосходный слух — так и есть, к Залу Аудиенций кто-то подходил. Но король никого не ждал, или ждал? Темный эльф бросил взгляд на Брегона: тот, вроде, тоже прислушивается и… улыбается?

В зал вбежал Сэт и, пав на колени, коснулся ладонями пола из руды олова.

— Мой повелитель, явился Охотник, — пропел медовый перелив.

Брегон заметно оживился. Темные эльфы заволновались — прошуршал хор шепотков. Рыбки ударили хвостиками по воде и ушли на глубину.

— Так, так, так, — хриплый гортанный бас вошедшего приковал внимание лордов. — Шерл Брегон взошел на трон Подземного королевства, вот чудны дела твои Судьба-проказница.

— А-а, — потянул король, — Наконец-то.

Тощий гоблин с ядовито-зеленым отливом кожи и горбатым носом, облаченный в кожаный кафтан, мешковатые штаны и низкие сапоги с засохшей грязью на подошвах (по каким злачным дорогам носило этого неприятного гостя, эльфам даже знать было омерзительно) вальяжно ввалился в эльфийский покой. За его спиной колыхался плащ землистого цвета. На поясе темнела тяжелая дубина с железным наконечником в острых иглах. Крючковатые пальцы, похожие на корни волшебной мандрагоры лежали на массивной рукояти короткого широкого меча в потертых ножнах, перетянутых грубыми ремешками.

— Вы позвали, я явился, — Охотник обнажил гнилые зубы и отвесил нижайший поклон. Блеснувшая лысина бросила на стену пятнышко белого света.

Король указал на дверь:

— Господа, совет окончен. Продолжим завтра.

Шерлы поднимались, с почтением кланялись Его Величеству и покидали зал.

Охотник, облокотившись о бортик камина, наблюдал за церемониалом сумеречного народа и похрюкивал, оттопыривая верхнюю губу. Все эти смиренные поклоны и касания руками правого предплечья до слез веселили зеленокожего наемника из Харисумма. Когда за последним шерлом закрылась роскошная дверь, он расхрюкался в голос, разбрызгивая слюну.

Брегон закатил глаза от омерзения. Темные эльфы страсть, как ненавидели черных и зеленых гоблинов, и считали ниже своего высокородного достоинства нисходить до грязных вонючих уродцев, а уж о том, чтобы вести с ними дела и речи быть не могло. Но изредка эльфы подземелья все же поступались гордостью и прибегали к услугам низшей неполноценной расы, как они брезгливо любили выражаться. Именно безвыходное положение темноэльфийского владыки и вынудило призвать гоблина их Харисумма. Он был охотником за головами, и охотником — хоть куда.

— Чем я могу быть полезен Вашему Величеству? — Пробасил гоблин, отхрюкавшись и утерев слезы и прочие липкие выделения.

— Ты должен кое-кого найти. — Точно рабу бросил Брегон.