Песня Печали (ЛП) - Салисбери Мелинда - Страница 55

Стражи порядка.

— Бегите! — крикнула Печаль, и они помчались мимо ступенек, откуда мужчины собирались бежать за ними. Они вырвались за двери на другой стороне, оказались в одной из приемных. Они заскользили на отполированном паркете, паника росла, когда мужчины ворвались в комнату за ними как саранча.

Они выбежали за дверь, закрыли ее за собой, словно это могло помочь. Аркадий бросился на красивый шкаф у стены.

Печаль поняла, что он задумал, схватила ручку двери и крепко держала, пока мужчины с другой стороны пытались ее повернуть, бились об дверь. Печаль стиснула зубы.

— Давай, давай, давай… — бормотала Печаль, пот делал ручку скользкой.

Мэл и Иррис побежали помочь Аркадию, пока он двигал шкаф к двери. Расмус надавил на дверь вместе с Печалью. Они толкали втроем, древняя мебель все равно долго не поддавалась. Печаль и Расмус отскочили в последний миг, и шкаф перекрыл дверь, не давая мужчинам открыть ее полностью.

Это не даст им много времени, но поможет, и они побежали дальше по широким коридорам, мимо картин и темных окон.

Они попали в западный зал, побежали к дверям сбоку, ведущим в сад. Двери распахнулись, и там оказалась чудовищная фигура.

Лоза.

С ним были десять других, и только он не скрывал лицо.

Лицо все еще было в следах кулаков Аркадия. Если бы не его крупное тело и то, как он стоял, Печаль не узнала бы его. Один его глаз опух и полностью закрылся, его нос был пятном в центре лица. Его волосы примялись от крови, и она ощущала металлический запах со своего места, кровь пропитала его одежду, и он вонял как животное. Он улыбнулся Печали, в его улыбке были бреши.

— Ты, — сказал Аркадий. — Хочешь еще? — он выглядел так, словно еще одна драка с Миреном Лозой была для него поводом для радости.

— А ты говорила, что не хочешь обезьяну, — Лоза оскалился, глядя на Печаль. — Так, так, так… Ты не так умна, как о себе думаешь.

— Я все еще умнее тебя, — сказала Печаль. Хоть ее горло сдавило от страха при виде него, она сжала кулаки.

Он увидел жест, и его здоровый глаз весело заблестел.

— Да? Тогда как ты попала в мою ловушку? — он улыбнулся снова, и Печаль поежилась. — Да, мисс Вентаксис. Нападение в Истеваре было планом, чтобы я попал сюда, на земли замка.

Печаль не могла дышать.

— Ты врешь.

— Нет. Я понял, что куда проще попасть сюда и прикончить вас всех одним ударом, а не убирать по одному. Ты думала, что устроила ловушку для меня со своим заявлением и поездкой по Раннону. Ты думала, что заманивала меня. Но это я охотился на тебя. Чтобы ты была там, где я хотел. Тогда, когда я хотел.

Печаль вспомнила улыбку Лозы, когда его забирали. Она думала, что он блефовал, пытался запугать ее. Но это была радостная улыбка, потому что она сделала то, что он и хотел.

Лоза и хотел попасться в Истеваре. Он знал, раз штаб стражей порядка будет уничтожен, она заберет его в Зимний замок. Там он и хотел быть.

Он заставил ее привести его в ее дом. В стены, в сердце ее замка. Он даже заставил ее доставить сюда взрывчатку. Она отдала приказ запереть их в…

Печаль поняла, что взорвалось. Почему там не было стражей.

Он взорвал бараки.

Где спали стражи.

Где спал Лувиан.

Нет. Она отогнала мысль. Не давала себе думать об этом.

— Теперь она понимает, — насмехался Лоза. — Спасибо, мисс Вентаксис. Без вас я не справился бы.

— И ты пришел убить меня и занять мое место? — сказала она.

Мирен рассмеялся, звук был низким и быстро стал кашлем. Когда он закончил, он сплюнул кровь на пол.

— Нет. Не убить. Арестовать. Тебя, ее, — он кивнул на Иррис, — их, - он посмотрел на Мэла и Аркадия. — И судить за преступления против Раннона. А потом я убью тебя.

Она этого не ожидала, но она пыталась смотреть прямо и говорить ровно.

— Какие преступления? — сказала она.

— Те, которые твоя семья выдвинула против королевичей. Ты помнишь, как великая династия Вентаксис пришла к власти? Вы свергли монархию. Вы подняли людей и покончили с ними. Это правосудие. Все прошло по кругу. Вы такие же, как они, и теперь вам пора уйти. Ваши преступления — пренебрежение, алчность, коррупция.

Она могла честно отрицать только алчность.

Они замерли и притихли на миг, словно это был танец, и обе стороны стеснялись пригласить друг друга. А потом Лоза бросился, и танец начался.

Он бросился на Печаль, но Аркадий предсказал его движение и сбил ее на пол.

Она откатилась, и ее схватил один из стражей порядка, он жестоко ударил ее по виску, и она оказалась оглушена и на коленях.

Лоза перед ней сидел на груди Аркадия, бил его по голове снова и снова. Мэл кричал и пытался отбиться от стражей порядка.

Иррис схватил другой мужчина, его ладонь была на ее шее, мешая ей дышать.

Расмус сжался на боку, пытался защитить голову, страж порядка пинал его по животу. Он замер, тело расслабилось. Он потерял сознание.

Лоза встал, подошел к Печали и схватил ее за волосы.

— Вот так выглядит бой со мной. Заканчивается за секунды.

Печаль открыла рот, но что-то обрушилось на ее голову.

А потом еще — мелкие острые гранулы стучали по полу, сыплясь сверху, и все, даже Лоза и его люди, замерли и посмотрели наверх.

Веспус спрыгнул с балкона, его зеленые глаза сияли. Таасас была рядом с ним.

Веспус поднял руки, и зал ожил.

Росток вырвался из пола и вырос за секунды, и Печаль поняла, что он бросил семена.

Лоза вскрикнул от потрясения, росток обвил его шею. Он отпустил Печаль. Росток потянул его к полу, десятки других сделали так же, связывая его.

Плющ и лозы покрыли зал, извивались вокруг стражей порядка, как змеи, оставляя Печаль и ее друзей одних. Веспус стоял над ними, управляя растениями, как маэстро оркестром.

Печаль подбежала к Аркадию, пока Иррис — к Расмусу. Она потянулась к нему одновременно с Мэлом, они оба искали пульс.

— Я его не ощущаю, — Мэл всхлипнул.

Но Аркадий Рэтбон был прочнее, и Печаль нашла его пульс, схватила пальцы Мэла и прижала к его запястью, чтобы он сам ощутил правду.

— Его тупая толстая шея, — глаза Мэла сияли, и Печаль, не думая, поцеловала его в лоб.

— Оставайся с ним, — сказала она, поспешила к Иррис, держащей стонущего Расмуса.

На его лице была кровь, и он не мог выпрямиться, живот болел от ударов. Печаль молилась Грациям, чтобы ничего внутри него не пострадало. Она огляделась и увидела, что Лоза задыхался, растения сжимались на его шее, но Веспус все продолжал, сжимая кулак. Почему он помогал им? Печаль не понимала, глядя на него.

Кровь текла из носа Веспуса, густая черная кровь лилась по его лицу, и волоски на шее Печали встали дыбом. Таасас тянула его за рукав, но он будто не видел или не ощущал ее, его изумрудные глаза пылали, пока он смотрел на Лозу.

Не понимая, почему, Печаль сказала:

— Стой.

Веспус или не слышал ее, или не хотел, сжал другой кулак, и Лоза и его люди стали метаться, их тела боролись за выживание. Они умирали.

Как и Веспус, поняла она.

Она поднялась и побежала к лестнице.

— Хватит! — закричала она, пересекая по две ступеньки за шаг.

Она не знала, зачем делала это. После того, что он сделал с ней и Расмусом. После всего, что он сделал с ней. Она должна была радоваться, что он убивал себя.

Звездная вода. Он принял слишком много, чтобы управлять шипами, лозами, державшими ее и Расмуса, и теперь это. Это убивало его, а он не мог остановиться.

Он посмотрел на нее, глаза сияли, кровь свободно лилась из его носа, ушей. Он пошатнулся, и Печаль поймала его. Таасас была с другой стороны. Они опустили его на пол.

Веспус смотрел на Печаль зелеными глазами.

— Мой сын жив? — спросил он.

Печаль от потрясения смогла лишь кивнуть.

Словно дожидаясь только этого, он обмяк в ее руках.

А потом его веки поднялись, и Таасас закричала.

Там, где до этого сияли зеленым глаза, были пустые дыры. Звездная вода была как Ламентия. Веспус перебрал, как Алисса, жена Бальтазара, в ночь перед тем, как все это началось.