Глория (СИ) - Елихова Юлия - Страница 35

— Есть набрать мощность, — Алекс в ту же секунду переключила нужные рычажки и тумблеры. А через несколько минут она отрапортовала, — Мощность набрана, капитан.

— Что с показателями? — Макс повернул голову к Павлу.

— Норма, капитан, — не сводя взор с монитора, ответил тот.

— Отлично! Готовься к разгону!

Настала очередь Тиграна. Каждому в этом «оркестре» капитан-дирижёр определил свою роль. В эту секунду вся воля и сила главного механика корабля сосредоточилась, словно стеклась по венам к правой его руке. Её-то Тигран положил на рычаг управления скорости, сжал его с немыслимой силой и потихоньку стал тянуть на себя.

Напряжению команды не было предела. Воздух вокруг настолько был заряжен эмоциями, что даже дышать, а тем более говорить было крайне тяжело. Но вместе с напряжением рос и азарт, предвкушение полёта и свободы.

В какой-то момент ребята почувствовали толчок, а за ним неуловимое, еле ощутимое движение. Будто в лифте, который перемещается между этажами. При этом, направление движения было понятно всем и каждому без исключения — только вперёд. «Одиссей» был словно конькобежец, что плавно скользит по льду, но в то же время с огромной, нарастающей каждую секунду, скоростью перемещался вдоль взлётной линии.

Ещё сильнее загудели неистовые двигатели и стали уносить корабль всё дальше и дальше.

— Идёт набор скорости, — отчитался Тигран.

Макс посмотрел на огромный монитор перед собой. Скорость корабля была ещё слишком мала для отрыва.

— Продолжать набор скорости, — снова приказал капитан, продолжая следить за показателями.

Тигран крепче обхватил ручку рычага и стал сильнее тянуть её на себя. От стремительно нарастающей скорости всех пятерых вдавило в кресла. Ремни безопасности, казалось, стали стягивать и прижимать к сидениям ещё крепче.

Когда корабль достиг нужной скорости, Макс начал обратный отсчёт:

— 10, 9, 8, 7, 6, 5… - цифры, произносимые капитаном, эхом звучали в сознании каждого, — 4, 3, 2, 1. Отрыв.

В эту же самую секунду, Макс рванул на себя главный рычаг, что до этой поры покоился справа от капитана. Последний аккорд в этой опере был сделан дирижёром. «Одиссей» поднялся в воздух. Ещё сильнее ребят вдавило в кресла. Колоссальная нагрузка обрушилась на них. Словно скованные по ногам и рукам, они не могли пошевелиться. Корабль продолжал набирать скорость и высоту. Он взмыл вверх словно стальная птица, навстречу Солнцу и звёздам.

Наконец, спустя пять минут, когда космический корабль покинул атмосферу Земли, нагрузка стала снижаться.

— Капитан, «Одиссей» миновал слои мезо- и термосферы, — доложил Илья и немного растерянно добавил, — Мы выходим в открытый космос.

Макс подался вперёд и внимательно посмотрел перед собой. Сквозь стекло главного панорамного окна он увидел режущую, чёрно-синюю бесконечность, бездну с множеством звёзд и других обитателей таинственного космоса.

Басаргин машинально поднёс руку к бабушкиному медальону, что отныне покоился у него на шее, накрыл его своей ладонью и тихо, самому себе сказал:

— С Богом.

— Капитан, — обратился Павел, — Режим устранения невесомости успешно активирован.

— Отлично! Координаты пути внесены в программу управления полётом?

— Да, капитан, — спешно доложил Илья, — Курс задан. И если расчёты верны, то через 28 дней мы прибудем в заданное место, то есть на планету Глория.

— Какова сейчас наша скорость? — спросил Макс.

— 30 км/с, — продолжая следить за датчиками, ответил Павел, — С нашей матушкой-Землёй мы движемся одинаково быстро.

— Если мы будем так ползти, то за кулисами Солнца мы будем только через полгода. И никакую Глорию там не найдём, — усмехнулся Макс.

— Глория к тому времени будет там, откуда мы стартовали, — добавила Алекс.

— Верно. Илья, — Макс повернулся к Картелёву, — Переведи корабль в режим гиперскорости.

— Есть, капитан. Всем приготовиться!

Илья проворно набрал нужную комбинацию из кнопочек на панели управления словно музыкант-виртуоз, перебирая клавиши фортепиано, и «Одиссей» в ту же секунду рванул вперёд. Он мчался по орбите Земли, вокруг Солнца с немыслимой скоростью.

И снова сумасшедшая, раздавливающая нагрузка обрушилась на экипаж.

— Павел, активируй режим устранения нагрузки.

— И по максимуму, Седой, — добавил Тигран.

— Уже выполняю. Три, два, один. Фу-у-ух.

Все вздохнули с облегчением.

— Поздравляю, друзья! Мы это сделали, — торжественно произнёс Макс.

— Не понимаю, — пожала плечами Алекс, — Почему этого нельзя было сделать на старте? Зачем нужно было терпеть эту нагрузку?

— На старте и приземлении режим отключения нагрузки не работает, — пояснил Илья.

Но их разговор перебил Тигран.

— Первый шаг сделан, капитан, — сказал он. А остальные в это время, не веря своим глазам, таращились в проём панорамного окна.

Алекс осторожно отстегнула ремни безопасности и попыталась встать со своего кресла. Медленно, аккуратно она поднялась на ноги и шагнула в сторону. Подойдя к боковому иллюминатору, она всё также осторожно посмотрела в него. За толстым, сверхпрочным стеклом она увидела Землю.

— Как же она прекрасна, — завороженная красотой родной планеты, прошептала она.

Примеру Алекс последовали и остальные. Все, кроме Ильи, который пожелал остаться за пультом управления. Тигран и Павел, во главе с капитаном, обступили Алекс и тоже уставились в окно.

«Одиссей» на огромной скорости проплывал мимо, окутанной в белый саван облаков, голубоглазой красавицы-Земли. Переплетение коричневых, бежево-жёлтых, изумрудно-зелёных и сине-голубых красок делали её обворожительно чарующей. А белёсая поволока вокруг создавала некий ореол загадочности и неприступности.

— Ещё совсем чуть-чуть и мы её уже не увидим, — тихо сказал Макс. Он стоял рядом с Алекс, немного позади и, также как она, любовался «своим домом». Сегодня Макс и его друзья покинули его, и никто из них до конца не знал, вернутся ли они когда-нибудь обратно на Землю.

— Вы думаете возвращаться? А то ведь я один не могу управлять целым кораблём, — обозвался Илья.

— Идём, Илья. Всем по местам, — скомандовал Макс.

Павел и Тигран заняли прежние позиции. Но Алекс осталась у окна. Она положила руки на стекло и прощалась с Землёй. Макс видел её глаза, полные слёз, и не стал ей мешать. Она ещё совсем немного постояла у иллюминатора и, вытерев лицо, села в своё кресло.

В зале повисла тишина. Каждый думал о своём. Кто-то вспоминал своих родных, друзей, детство. Постепенно настроение Алекс передалось всем. И, чтобы хоть как-то поднять командный дух экипажа, Макс решил переключить их внимание на решение насущных проблем.

— Нам нужно будет разделиться, — сказал он.

Тигран, Илья и Алекс, сидевшие впереди за пультом управления, развернулись к Максу.

— В каком смысле? — спросил Павел. Он по-прежнему находился за спиной капитана и следил за показателями системы.

— Управлять полётом необходимо днём и ночью. Поэтому мы разобьёмся по парам, по сменам. Каждая пара будет работать по двенадцать часов, а затем сменять другую.

— Но нас пять человек, — возразил Павел. — Как ты нас поделишь на пары?

— Один из нас будет следить за работой системы и корабля днём, а ночью — отдыхать.

— И кто же этот счастливчик? Не я ли? — грустно усмехнулся Павел. Он прекрасно понимал, что из-за своего поведения и выходок ему вряд ли доверят право управлять кораблём. И потом, не зря же его усадили в кресло для наблюдения.

— Не ты, — ответил Макс и перевёл взгляд в сторону Ильи. Все остальные тоже посмотрели на Картелёва.

— Но-о-о почему? — растерянно спросил он. Ребята прекрасно поняли, кому Макс отвёл роль «наблюдателя». Но Илье это решение капитана пришлось не по нраву.

— Вот тебе на, — от удивления произнёс Тигран.

— Потому что я так решил, — твёрдо ответил Макс и продолжил, — Я буду работать в паре с Алекс, Тигран с Павлом.

— А можно мне с Алекс, — поднял руку Павел и ехидно улыбнулся.