Глория (СИ) - Елихова Юлия - Страница 115

— Элан, отец Клиоса, был мудрым и справедливым царём. Так случилось, что старший сын царя Тэборон погиб, когда ему исполнилось восемнадцать. Несчастный случай на царской охоте. После смерти Тэборона у царя остался всего один наследник. Принц Клиос меньше всего подходил на эту роль. Жестокий, коварный, он вечно плёл какие-то интриги и заботился только о своей выгоде. Царь Элан это прекрасно видел. Однажды он тяжело заболел. Предчувствуя свою скорую смерть, он призвал меня к себе и поведал, что видит во мне своего приемника. Армия и народ любят и уважают меня, а не Клиоса. Царь боялся, что когда его сын станет правителем, в стране и на планете начнутся розни и конфликты. Права и интересы простых людей будут ущемлены и народ станет бедствовать. Я тогда возразил царю, что всецело буду поддерживать и помогать молодому царевичу Клиосу. Но Элан и слушать меня не захотел. А заодно и приказал, чтобы о нашем разговоре никто не знал. Особенно Клиос. Но у молодого принца везде были свои доносчики, которые узнали про планы его отца. И тогда он решил опередить его. Под предлогом секретного совещания, Клиос вызвал меня во дворец, к его отцу. В опочивальне царя Элана были только царь, принц и я. Клиос в тот вечер был очень раздрожён и зол. Он подошёл к отцу и наклонился к его лицу. Что-то сказав ему на ухо, Клиос не заметно вонзил нож в его грудь.

— Отец! — закричал он, — Что с тобой? Хетт! Помоги!

Я сразу же рванул к постели Элана. Он лежал мёртвый. Из его груди торчал нож и сочилась тёмная кровь. Я попытался освободить царя от мучений и вытащил нож. И в этот миг в зал вбежала стража. Они увидели меня с окровавленным ножом в руке, стоявшего возле убиенного царя. Трое набросились на меня и связали мои руки. А Клиос стоял в стороне и говорил, что я повинен в смерти его отца. Грязный клеветник и цареубийца.

Хетт замолчал. Комок подступил к его горлу и ему потребовалось перевести дух, чтобы продолжать дальше.

— Двое стражников, что прибежали на крик, были моими товарищами. Они не поверили, что я убил нашего царя и помогли мне бежать ночью. Так я вырвался из Ислинора и ушёл в Кератосс. Но не только я бежал в эти земли. Многим ещё моим соратникам по оружию не по вкусу пришлось правление нового царя. Также как и я, они покинули Ислинор. Здесь, в Сураноне, мы организовали мощное противостояние Клиосу. И если бы не пришельцы, возможно мы бы победили в этой войне и уничтожил самозванца.

Хетт грозно посмотрел на землян.

— Ты бы его убил? — спросил Макс. — А как же пророчество?

— Нет! Я не стал бы его убивать. Во-первых, это действительно погубило бы всех и вся. А во-вторых, это невозможно сделать. — Хетт перевёл взгляд на Семилу, — Магия верховного жреца оберегает царский род. Ни одному смертному мужу на свете не удастся отнять жизнь у Клиоса. Пожизненное заключение в темнице — вот каким было бы его наказание. Да, пророчество… Оно и правда существует. О нём я давно знаю, от провидицы-Сиртеи.

— Но нужно что-то же делать? Нельзя сидеть вот так и бездействовать, — не унималась Алекс.

— Вы, земляне, придумали то смертоносное оружие. Я видел его в действии. Это демон, что вырвался из преисподней.

— Это он про МИТ-1? — тихо спросил у капитана Илья.

— Похоже.

— Вот уж и постарайтесь, придумайте что-нибудь эдакое. То, что поможет нам выбраться из этой заварухи, — закончил свою мысль Хетт.

— Что? Ты говоришь это нам? — возмутилась Алекс, — Нам, чьих родителей ты убил? И после этого ты хочешь, чтобы мы спасли твою шкуру? Да тебя убить мало!

— Молчи, девчонка, — захрипел Хетт, — И не смей обвинять меня в том, чего я не совершал. Вы первые люди, которых я вижу в своей жизни.

Макс, нахмурив брови, склонил голову вниз. Все замолчали. Слова Хетта поразили Басаргина в самое сердце. Он поверил Хетту.

— Клиос сказал, что ты убил наших родителей. Три года назад, с экспедицией, они прилетели на вашу планету.

Но Хетт не успел ничего ответить. За него это сделал сам Клиос:

— А чего ты хотел? Чтобы при первой нашей с вами встрече я рассказал вам, что мои люди расстреляли экспедицию капитана Басаргина?

Сказать, что Макс и его друзья были удивлены, значит ничего не сказать. Они просто были шокированы таким признанием. Перед ними, отделённый решёткой и дюжиной солдат, стоял настоящий убийца. И всё это время он был рядом с ними.

C самодовольной ухмылкой Клиос подошёл к темнице, где сидел Хетт и заглянул через решётку.

— Сам великий полководец, правая рука царя Элана! Теперь, а, впрочем, как и всегда, твоя жизнь в руках царя Клариона. Ведь, моей семье ты давал клятву верности?

— Царям, но не тебе, — Хетт смотрел прямо царю в глаза. Ни страха, ни повиновения не было в том взгляде. Только ненависть и жажда расправы с убийцей истинного царя, поволокой затянули его взор. — Ты — жалкий убийца, заколовший на смертном одре собственного отца.

— А вот это клевета! — яростно закричал Клиос, — В смерти моего отца повинен ты! И ты сегодня отправишься вслед за своим царём. — Клиос подошёл ещё ближе к решётке и тихо добавил, — Царь Элан уже заждался тебя, раб. Хотя, мой отец хорошо разбирался в людях и из всего своего окружения он приблизил только тебя. А потому, я предлагаю тебе жизнь в обмен на пожизненное служение моей короне. Ну, что скажешь?

— Я никогда не был его рабом! Не стану и твоим! Я смерть приму с распростёртыми объятиями, только бы не видеть тебя, жалкий убийца, царём Клариона, — со свойственным ему спокойствием, ответил Хетт.

Глаза Клиоса налились кровью и злобой. Он резко повернулся к страже и велел им отвести пленника в Зал судеб. Там царь и собирался официально вынести мятежному главарю приговор и привести его в исполнение. От темницы, где сидел Хетт, Клиосу стоило сделать только один шаг в право, и перед его лицом оказались другие пленные, среди которых была и дочь жреца. К ней он и обратился первой. Царь говорил с ней на кларианском, поэтому землянам не был понятен их разговор. Единственное, что было хорошо уловимо из их беседы, так это имя Кериф. Семила стала о чём-то просить, умолять царя. Она даже опустилась на колени перед царём, ухватившись за толстые железные прутья тюремной решётки. Но Клиос был не приклонен. Он приказал одному из своих громил забрать Семилу. Когда стражник вошёл в темницу, Илья и остальные ребята всё поняли без перевода и набросились на него. Тут же на помощь своему поспешил другой стражник. Двумя руками он схватил Тиграна и Макса и отбросил их к стене. Здорово ударившись спинами о каменистую кладку стены, они оба упали на пол, а Алекс бросилась им на помощь. Первый же стражник теперь с лёгкостью отбросил от себя Илью и Павла, которые, в отличие от Макса и Тиграна, были гораздо слабее физически и справиться с таким громилой, пускай и вдвоём, не могли. А стражник, связав Семиле руки за спиной, вытолкал её из темницы и повёл куда-то наверх. Как не просила она, как не рыдала, но все её просьбы отскакивали от царя, как вода от масла.

Решётка за Семилой закрылась. И в темнице остались только земляне. Клиос стоял рядом и смотрел на то, как после разборки с его стражей ребята приходили в себя.

— Куда её повели? — спросил Илья, вплотную приблизившись к решётке, так, чтобы лицо царя было хорошо видно.

— Она уже давно обещана своему жениху, — ответил Клиос.

— Керифу!? — закричал Илья. Никто из друзей ещё никогда не видел Картелёва в таком состоянии. Из спокойного, кроткого парня он превратился в мужчину, что всеми правдами и неправдами готов защищать свою возлюбленную, которая попала в беду. — Она не его невеста. Она — моя жена и всегда ею будет!

— Ты ошибаешься, чужеземец, — прошипел царь, наклонившись к Илье, — Сегодня, после вашей казни, здесь, в Цэнаре состоится пышная свадьба. И обвенчает их верховный жрец. Да, кстати, где он? Эй, Шинар!

— Я здесь, повелитель! — откликнулся, как всегда незаметный, но вездесущий шпион и доносчик Шинар.

— Позови Заура в Зал судьбы. Скоро будет суд, и он тоже должен быть там.