Амброзия (СИ) - Пар Даша Игоревна "Vilone" - Страница 6

Я промолчала, не решаясь даже себе дать ответ на незаданный вопрос: «А буду ли я когда-нибудь готова?» Всю жизнь посвятив бегству, так и не научилась ничему иному. Даже не пробовала. А теперь время играет против меня.

— Джон, я знаю, что никогда не демонстрировала желания ввязываться во всё это, но незнание ещё хуже, — Грегор оставил меня сразу, как указала ему на дом. Некоторые разговоры должны вестись приватно. — Чтобы потом не оказаться перед ещё худшими событиями. Ты понимаешь, о чём я говорю?

— Решай сама, — после недолгого молчания, резюмировал он. — В конце концов, тебе придётся принять решение, каким ты видишь своё будущее. Мы оба знаем, что от своего рода ты не сбежишь. А значит придётся действовать.

— Или действовать опять будут за меня, — тяжело согласилась с его словами.

Сеанс связи закончили на обещании, что я составлю полный отчёт о происходящем. Несколько дней придётся провести на ферме, пока не приедет автобус, который доставит выживших новообращённых в лагерь в Канаде. Потом потребуется зачистить местность и подстроить правдоподобную легенду о том, что здесь случилось.

Самым неприятным было предстоящее разбирательство с парнем, который убил своего отца. Он попробовал человеческой крови и каким бы невинным не выглядел, его судьба была предрешена. В этом Организация не делала исключений. Убийца должен умереть. Таковы правила у оборотней. Убийство разумных ради мести или жажды является шагом к более тёмной звериной стороне. Вервольфы дичают. А дикость приводит к обращению.

Прежде чем вернуться в дом, я задержалась на пороге, любуясь подступающим рассветом. В отличии от заката, утреннее солнце гораздо стремительнее взбирается на небо, добавляя света и красок. В дверях показался Антон, держа планшет Грегора.

— Близняшки скоро вернутся. Они только что связались со мной, девчонку поймали, — передал он. — Что сказал Шеф?

— Мы вдвоём проведём допрос. Через пару дней придёт автобус. Уедем через неделю, скорее всего в Висконсин. Там участились случаи нападения диких животных. Возможно, это оборотни.

— О, наконец-то прохлада! Достала эта жара! — довольно улыбнулся он. — Тогда сейчас подготовлю комнату для допроса?

— Да. Я пока разберусь с парнем, — сухо ответила, заходя в дом.

Глава 3. Проснись и предстань передо мной

Глава 3. Проснись и предстань передо мной

Небо смыкается над головой

Мне бы поспорить с этой судьбой

Я на распутье, назад не свернуть

Волки здесь воют, вороны клюют

Я осторожна. Себя сберегу.

Только от прошлого не убегу.

Парень оказался моложе, чем думала. Лет пятнадцать-шестнадцать. Совсем худенький, какой-то взъерошенный голубоглазый пацан напугано таращится из темноты комнаты. Его заключили в кондовые наручники из сосны, пропитанные концентратом аконита. Они жгутся, вызывая раздражение и для такого слабого вервольфа отлично выступают сдерживателем.

Позади меня замер Грегор, тихо передав просьбу зайти потом в лазарет. Кивнув, плотно закрыла за собой дверь. Рассвет быстро разбирается с темнотой, даже верхний свет не потребовалось включить. После тяжёлой ночи и не менее напряжённого дня, хотелось побыть в тишине и спокойствии. Но нельзя. Не сейчас. И не здесь.

Наручниками мальчишку приковали к батареи, посчитав, что этого достаточно. Он сидит, скрючившись, свернувшись, застыв. Не похож он на отцеубийцу. Скорее потерянное дитя. Глупый мальчик, свернувший не туда.

— Сильно папка лупил? — спрашиваю нарочито безразличным тоном, опускаясь на кровать.

Судя по всему, эта комната была его. Возле шкафа на стене висели постеры старых фильмов из 90-ых, на столе разбросаны какие-то фантики, карандаши, учебники и тетради. Почти собранный кубик Рубика, планетарная система, самодельная, деланная на школьный конкурс или что-то вроде того. И женская фотография с ребёнком на тумбочке рядом со мной. Его мама.

— Что вам надо? — насупился молодой вервольф, дёрнувшись, как только взяла фото в рамке.

— Твоя мама? Красивая, — негромко резюмирую, ставя обратно. — Где она?

— Умерла, — успокоившись и шумно шмыгнув носом, ответил он.

— И папа изменился? Начал пить, а потом и бить.

Это было видно по его комнате. По дому. По ферме. Мама умерла и семья исчезла. Отец не справился с горем, дела пошли вразнос, а тут ещё мальчишка под ногами крутится, да ещё так похож на жену. Что стало первым ударом? То, как сам мальчик не справлялся со смертью родительницы? Или просто желание сорваться?

— А потом пришли они, — специально не смотрела ему в глаза, будто рассказывая со стороны, отмечая, как он реагирует на мои слова. Как бьётся его сердце. — Что они предложили? Смотрю, ты любишь комиксы. Значит говорили о сверхординарных способностях. Кто это был? Чарли? Точно он. Рекрутёр. Он и укусил. Наверное, всё было обставлено не буднично, а театрально. Как в фильме. А потом ты дал отпор отцу, — улыбнувшись кончиками губ, продолжила, впервые взглянув на него и прямо в глаза. — Ты почувствовал уверенность. Когда это было? Сейчас конец июня, каникулы. Но, думаю, в школе ты успел покрасоваться. Показать, каким стал. А потом Чарли вернулся и потребовал плату. Не так ли?

Парень угрюмо посмотрел на меня, шевельнув скованными руками, но промолчал.

— Чарли пришёл не один. С ним была Кора. Кто-нибудь ещё? — я почувствовала усиление сердцебиения, значит были и другие. — Пока не отвечай, сначала закончим историю глупого подростка. Нет. Не так. Ведь ты помогал Чарли с подростками. Почему? Почему рассказывал ему, где их можно найти? Ты не похож на злодея. Так ради чего?

— Я укусил её, — он опустил голову ещё ниже.

— Девочку, которая нравится тебе, да? Что с ней стало?

— Она внизу. С остальными, — продолжил он, вновь шмыгнув носом. — Чарли пообещал, что она останется со мной. И что он поможет ей стать оборотнем, когда придёт полнолуние. Поэтому я помогал ему. Я сам посадил отца на цепь и помог подготовить ферму к обращению оборотней.

— Ведь в противном случае, он бы убил её, — закончила за него. — А что случилось потом?

— Отец был в амбарном погребе. Вчера он нашёл способ выбраться и тогда я убил его.

— А потом?

На лице парня прошлась череда эмоций от гадливости до отвращения и тошноты. Он несколько раз облизнул губы, прежде чем ответил.

— Это сделала Кора. Она хотела накормить Джесс мясом человека. Сказала, что это сделает её сильнее и она точно обратится. Но… я не дал ей этого сделать.

Я задышала спокойнее, хотя даже не заметила, как задерживала дыхание. Он убийца, вне всякого сомнения. Но не каннибал. Значит его можно вытащить.

— Пожалуйста, вы можете сказать, что с Джесс? Я слышал крики, но никто не объяснил, что происходит! — просьба далась ему нелегко, он был на взводе и сильно напуган. Но тревога за подругу оказалась сильнее.

— Обратился один из парней и сбежал в лес. Его уже вернули.

Поднявшись, чуть повела головой из стороны в сторону, сбрасывая напряжение.

— Я поняла тебя. Ты обычный мальчишка, наворотивший дел. Не ты, так другой. Не переживай. С тобой всё будет хорошо. Поедешь с остальными в Канаду, где тебе объяснят, что с тобой случилось. Помогут разобраться в новом состоянии. Адаптироваться. Муки совести? С ними тоже разберёшься. Не пропадёшь.

— А Джесс?

— Я посмотрю, что с ней. Если тебе что нужно — в туалет или воды, кричи, кто-нибудь поможет.

Я не дождалась его ответа, быстро выйдя из комнаты. Любое желание имеет свою цену. Мальчик пожелал свободы. Силы. Уверенности. Всего того, что так не хватает нам в жизни. И поплатился. Это было знакомо.

***

В лазарете светло от ярких флуоресцентных ламп, подвешенных под самый потолок. И зябко от работающих навороченных кондиционеров. Такая агрессивная среда не давала им уснуть. Постоянное бодрствование ослабляло разум человека, высвобождая инстинкты, а это именно то, что нужно для превращения в волка.