Крот из Клана Боевых Хомяков (СИ) - Опсокополос Алексис - Страница 50

– Ну, всё же я не знал тогда, что всё так плохо. Знал бы реальную ситуацию, подумал бы более серьёзно.

Арцэй ухмыльнулся.

– Ну так давай, думай. Сейчас ты условия знаешь. Работаешь пять дней в неделю по десять часов. Два дня условно выходных. Условно – это значит, что ты находишься на шахте и готов в случае ЧП всегда контролировать ситуацию. Если всё тихо, то отдыхаешь. Живёшь на шахте, ну это-то и так понятно, но в отдельной избе. С минимальными удобствами, но будешь получать жалование. Обещаю, что нормальное. Жилище обставишь по своему усмотрению, да и на пиво хватит. Только начислять зарплату будут условно, так как доступ к Лавке у тебя будет заблокирован, как и к чатам и ПМ, тут уж извини, это моя страховка. Шахта с рабским трудом не самое законное предприятие даже на Обратной Стороне, и я не хочу, чтобы все про неё знали. Просто будут тебе начисляться условные деньги, раз в неделю будешь специальному человеку передавать заявку, что тебе надо. Будем покупать, высчитывая из начисленного, это не так уж и геморойно. В общем, думай!

– А что тут думать? Я согласен. Когда первый выходной и когда можно будет пиво заказать?

Фёдор улыбнулся, а Арцэй рассмеялся.

– И ещё, – лицо Фёдора вновь стало серьёзным. – Мог бы меня кто-нибудь убить? Охота назад все зубы получить. Раз уж такая должность серьёзная, хотелось бы быть в форме.

Арцэй опять рассмеялся.

– Прямо сейчас велю тебя на рес отправить. А хочешь, сам тебя завалю? – он протянул Фёдору руку. – Поверь, ты сегодня вытянул счастливый билет!

Фёдор пожал протянутую руку и сказал:

– Извините, а можно Вас попросить ещё об одном одолжении, раз уж у меня сегодня такой счастливый день?

– Валяй, – благодушно кивнул Арцэй.

– Я так понимаю, Вы не связаны в игре ни с кем никакими особыми обязательствами?

– Ну не совсем так, а что хотел? – посерьёзнел работорговец.

– Не могли бы Вы, когда из игры в реал выйдете, моей жене письмо отравить? Просто чиркнуть пару слов, что я жив и люблю их с дочкой. Только про игру не надо говорить, скажите, что я на закрытом предприятии от тюрьмы работаю.

– А вот это вообще не проблема, – веселье опять вернулось к Арцэю.

– Тогда запомните пароль: «Рик Блейн просил передать…». С этого надо начать письмо. Ну а там уже на Ваше усмотрение любыми словами про то, что я работаю в поселении, и у меня всё хорошо. И запомните, пожалуйста, её ответ. Это важно. Её адрес….

– Погоди! – перебил Фёдора его хозяин. – Я не запомню. Тем более адрес. Напишешь сейчас на бумажке и адрес, и пароль. Я посмотрю, сделаю скриншот, а из реала потом его подниму.

– Спасибо!

– Не за что! Ты уже привязался в нашей тюрьме?

– Да.

– Тут пусть привязка и остаётся. Рабы-фармеры привязываются на шахте, но им-то там правильней. То породой завалит, но надсмотрщики зашибут веселья ради. А тебе там погибать не надо, мало ли. А если что, то лучше тут реснуться.

– Я не против.

– Ну раз не против, то тогда давай закрепим наш договор обедом, – Арцэй жестом показал на дверь, предлагаю пройти в трапезную. – И выдвигайся на рудник!Глава 27

Пятый день уже боевые хомяки сидели в каком-то сыром бараке. Им ничего не сказали, ничего не объяснили, а просто привели в этот барак и оставили в нём. Их даже не связали, ошейники подавления воли, надетые на них, очень хорошо выполняли свои функции. Тем не менее, Серёга отметил, что подавляли они скорее не волю, а возможность поступать согласно своим желаниям и нуждам. Злой Боб, приведя хомяков в этот барак, строго настрого запретил им из него выходить. И хоть они и понимали, что надо бежать, поделать ничего не могли. Тела их не слушались. Также была блокирована возможность зайти в чат клана и отправлять кому-либо ПМ. При этом общаться вербально между собой пленники могли совершенно свободно.

— Нет, ну что за хрень такая? — сокрушался Тузик. — Я вот понимаю, что надо отсюда бежать, даже знаю, как. И хочу сбежать! Но не могу этого сделать! Ну как это называется-то, если не гадство?

— Это, брат, называется — магия! — ответил ему Мангуст, ощупывая свой ошейник, в надежде, найти способ его снять.

– Ну вот угораздило же нас опять к разбойникам попасть, – тяжело вздохнул Серёга.

– Это не разбойники, – возразил Мангуст. — Точнее, это не простые разбойники.

— Я смотрю, ты и про бандитов местных уже всё разучил? — усмехнулась Белка.

– А как же иначе? – удивился Мангуст. — Конечно, разучил! Разбойники тут в основном трёх видов.

Мангуст устроился поудобнее и начал рассказ:

— Первые это профессиональные пэкашеры, они прокачиваются до определённого уровня и с помощью особого бафа могут даже в кошель к жертве залезть и всё оттуда вытащить. Тут в игре таких несколько кланов есть. Их деятельность осуждается игроками и разработчиками, но не запрещена правилами. У некоторых кланов есть негласный закон — не убивать жертву, если она сама добровольно отдаст все свои деньги и ценные вещи. Но в основном убивают, так как это дополнительная прокачка и увеличивается список жертв, что для них важно. Но нам пока такие не попадались.

Мангуст сделал паузу, убедился, что его слушают и продолжил:

— Вторые это просто отморозки. Грабят тех, кто слабее, ради выпадающего из жертвы лута. В основном отчаявшиеся игроки, которые по-другому не могут заработать на еду. Сюда же относят и просто любителей ганка и тех, кто хочет стать профессиональными пэкашерами, но в силу малого количества жертв игнорируется пэкашерскими кланами. Вот они и набивают список побед, чтобы иметь возможность подать заявку в клан. Ведь приличный клан пэкашеров даже смотреть на кандидата в новые члены не станет, если у того на счету меньше тысячи загубленных жизней. Вот они и шастают по лесам и полям в поисках потенциальных жертв. Те уроды, что нас заставили в пещеру на медведя идти, примерно из этой категории.

Все улыбнулись, вспомнив, чем закончилась встреча с Васьком-Рубакой и его ребятами.

– Ну и третья группа, самая опасная, – продолжал Мангуст. – Это работорговцы. Если первые две категории разбойников могут лишь убить да ограбить, то от этих вреда в разы больше. Они не убивают, а захватывают в плен и продают в рабство на Обратную Сторону. Правда, проворачивать это они могут лишь с теми, у кого отключена блокировка. А у нас как раз она отключена.

– Да уж, повезло же нам именно на таких наткнуться, – вздохнул Серёга.

– Есть у меня чуйка, – мрачно сказал Тузик. – Что мы на них не наткнулись. Они нас давно заприметили, зная, что мы без блокировки. И грамотно вели.

– Но кто в игре, кроме нас и Конана, знает, что мы без блокировки?

На вопрос Серёги никто не ответил, так как все призадумались.

– Гонево это всё какое-то! – возмутился Серёга спустя некоторое время. – Как можно кого-то в рабстве держать? Один рес и ты дома! С нас же эти ошейники снимут рано или поздно. Иначе, как мы работать будем?

– Не всё так просто, – грустно сказал Мангуст. – Есть специальные магические приблуды, которые не дают игроку погибнуть. Специальный ошейник раба, например. Ну а если кому всё же и удастся в рабстве ласты склеить, для того придумана другая фишка: с первого дня рабов заставляют менять место приписки, и после реса они появляются уже в доме того, кто их купил. А тут уж погибай – не погибай, только лишняя трата времени.

– А если отказаться менять приписку? – задала Белка довольно наивный вопрос.

– Есть варианты заставить, – усмехнулся Мангуст. – Хочешь узнать, какие?

Белка лишь отмахнулась. Она хотела что-то ещё сказать, но в этот момент распахнулись двери барака и помощники Злого Боба втолкнули внутрь пятерых девушек.

Четверо, из вновь прибывших, испуганной кучкой встали недалеко от порога и затравленно вглядывались в темноту барака, дожидаясь, пока их глаза адаптируются к скудному освещению. Все они были первого уровня, без боевой экипировки и очень испуганные. Серёга тут же отметил, что все девушки были как на подбор красавицы с модельными фигурами. В принципе этого при погружении в игру можно было добиться всего-то за небольшую дополнительную плату. Не так уж и дорого стоила возможность подправить настройки внешности.