Зелёная нить прощения (СИ) - Эрфе Мария - Страница 25

Павел предложил мне попробовать отмыть в стене окно и посмотреть в него. Я окунула тряпку в воду и стала тереть ею липкую стену. Тряпка быстро стала чёрной, а на стене появилось светлое пятно. Выполоскав тряпку в ведре, я снова стала тереть стену. Пятно расширялось и становилось светлее.

Когда вода стала чёрной, а тряпка из оранжевой превратилась в грязно-серую, пятно на стене напоминало мутное стекло. Я с опаской заглянула в подобие окна. За стеной было так же темно, как и перед ней. Павел попросил несколько минут всматриваться в темноту, прежде чем вернуться.

Я прислонила лицо к отмытому окну и ничего не увидела. Считая вдохи и выдохи, чтобы как-то обозначить течение времени, всматривалась в черноту. Но различила только подобие стены, выложенной крупными камнями. Или эту картину нарисовало воображение? Когда количество вдохов и выдохов подошло к трём сотням, я повернулась, чтобы уходить. Но боковым зрением поймала какой-то отблеск. Максимально развернувшись вправо и приникнув к краю окна, я различила силуэт, лежащий на полу. Максим — я точно знала, что это он, хотя и не видела лица — был прикован к стене. Блеск цепи и привлёк внимание.

Я забарабанила кулаками по стене, стала выкрикивать его имя. Бесполезно. Он даже не шевельнулся. Когда я охрипла и обессилено опустилась на пол, то почувствовала дрожь поверхности подо мной. Со всех сторон послышался нарастающий гул, как от приближающегося поезда в метро. Я заткнула уши и зажмурилась. А открыла глаза в художественной школе, поймав на себе два встревоженных взгляда.

— Похоже, мы разворошили пчелиный улей, — задумчиво произнёс Павел, когда я рассказала о случившемся. — Вы нашли дух Максима, но страж темницы услышал и попытался помешать. Теперь, во всяком случае, знаем, что на правильном пути, но и на другой стороне знают о наших действиях и усилят защиту.

— И что нам делать? — спросила Виола.

— Не отчаиваться и продолжать попытки, — он повернулся и посмотрел мне в глаза. — Ольга, у вас есть дар сострадания. Если примете его и обратите к свету, то сможете помочь многим людям.

Павел встал. Я тоже поднялась и чуть не упала от слабости в ногах. Пришлось ухватиться за стол. Виола бросилась ко мне и обняла за талию.

— Что с тобой? — спросила она.

— Я говорил, что путешествия духа отнимают силы, — ответил Павел, — а сегодня Ольга ещё и получила удар от тьмы. — Он взял меня за руку. — Вам нужно отдохнуть. Устроим следующую встречу дня через два-три, чтобы организм восстановился.

— Виолетта, а вас я попрошу наблюдать за братом. Поговорите с ним о моментах, когда Максим чувствовал себя счастливым. Вспомните детство. Это должно помочь разбудить его дух.

Подруга отвезла меня домой и разогрела обед. Съев двойную порцию супа, я легла спать и проснулась только утром.

Следующие три дня на работе старалась не думать о «спиритических сеансах», как мы с Виолой обозвали ритуалы Павла. Женя по-прежнему не давал о себе знать. Я начала думать, что между нами всё кончено. Но переживать по этому поводу не было сил.

Третья встреча в изостудии Казанского собора чуть не окончилась для меня больницей.

Мы, как обычно, настроили канал связи с Максимом. Но прежде чем отправить меня по зелёной линии, Павел попросил Виолу выйти на несколько минут. Когда подруга закрыла за собой дверь, художник сказал:

— Ольга, я вижу, что вы до сих пор любите его, хоть и пытаетесь скрыть это от окружающих, — он посмотрел мне в глаза и улыбнулся. Я почувствовала, что кровь прилила к щекам. — Не нужно стыдиться любви. Но и нельзя требовать за любовь награду. Это бессмысленно. Попробуйте принять своё чувство и отпустить его. Стать выше. Не цепляться за прошлое и не жалеть ни о чём. Искренне простите Максима хотя бы за тот короткий миг счастья, что он вам подарил. Если сможете простить, то освободите и его и себя. — Павел встал, подошёл к двери в изостудию и позвал Виолу обратно.

Художник попросил взять в мысленное путешествие по зелёной линии молоток и попытаться разбить окно. Вначале пришлось снова отмывать окошко, потом до онемения рук стучать по нему. Бесполезно. Обессилев, я опустилась на пол. Или на землю. В темноте не разобрать.

В голове зазвучали слова Павла. Простить… Если бы это было так просто. Зелёная линия заметно потускнела. Наверное, на ней сказывалась моя усталость. Внезапно перед мысленным взором появились глаза Веры, полные ненависти. Я вспомнила день, когда мы вчетвером катались на яхте. Вот кого должна ненавидеть. Она отняла моё счастье.

Павел прав. Я люблю Максима и буду сражаться за любовь, даже если битва заранее проиграна. Нить засияла изумрудным светом. Я встала, взяла молоток и с размаха ударила по окну.

По стеклу разбежалась паутина трещин, посыпались осколки, налетел ураган, сбил с ног, оглушил рёвом и облил грязной водой из ведра.

Я погрузилась в темноту, так и не узнав, разбудил Максима этот жуткий шум или нет.

Глава 13

Очнулась в своей кровати. Меня мутило. Голова болела, как с похмелья. В горле пересохло. Почувствовав запах кофе, с трудом поднялась с кровати и, пошатываясь, добрела до кухни.

Виола обернулась на звук шагов и чуть не выронила турку.

— Слава богу! Ты пришла в себя, — она помогла мне сесть и налила стакан воды, который я осушила двумя глотками. — Ну и видок! Боюсь спрашивать, как ты себя чувствуешь.

— Что произошло? — спросила я, не узнав собственный голос.

— Под конец сеанса ты закричала так, что у меня волосы встали на затылке, потом схватилась за голову и потеряла сознание. Жуткое было зрелище, — Виола поёжилась. — Павел помог донести тебя до машины, а потом до квартиры. Он сказал, что такое иногда случается. И если не очнёшься утром, то придётся вызвать скорую и отвезти тебя в больницу. Что ты увидела?

Я рассказала подруге о том, что разбила окно, а потом налетел ураган и наступила темнота. Она приготовила завтрак, помогла мне принять душ и поехала домой.

Почувствовала себя человеком, только когда выпила две чашки кофе с печеньем и шоколадом. Я решила провести день на диване, читая какой-нибудь детектив или фантастический роман.

Но звонок в дверь нарушил планы. На пороге стоял Женя с огромным букетом роз.

— Оля, прости, — его лицо осунулось, а под глазами залегли сине-фиолетовые тени. — Я вёл себя глупо и не по-мужски, — он вздохнул, положил букет и взял меня за руки ледяными ладонями. — Нужно было не бежать от проблемы, а остаться и решить её. Есть ли шанс, что ты простишь?

— Шанс есть всегда, — уклончиво ответила я, высвободив руки и скрестив их на груди. — Где ты пропадал?

— В Лондоне, у друзей. Хотелось выветрить из головы вашу с Виолой мистическую историю и дать тебе время, — я молчала, и он продолжил. — Я люблю тебя. Но постоянно бороться с прошлым не могу и не хочу, — Женя протянул конверт. — Здесь билеты на Филиппины. Вылет завтра. С мамой я договорился, она с радостью отпустит тебя. Подумай. Буду ждать в аэропорту. Если захочешь двигаться дальше и забыть о нём, собирай вещи и приезжай. Если намерена и дальше жить прошлым и страдать, оставайся дома. Приму любое решение.

Я автоматически взяла конверт, а Женя развернулся и ушёл, не дав опомниться. Какое там почитать роман! Моя жизнь стала увлекательнее любой фантастики.

Дойдя до гостиной, без сил опустилась на диван. И что теперь делать? Любая другая девушка на моём месте прыгала бы до потолка от радости: Филиппины! Более семи тысяч райских островов, затерянных среди морей и океанов. Роскошные пляжи с белоснежным песком, прекрасный климат, удивительная флора и фауна, шикарный дайвинг, вкусная кухня…

Любая другая пела бы и пританцовывала, укладывая летние наряды в чемодан.

Я понимала Женю. Он прав: надо либо двигаться дальше, либо оставить его в покое. Какая жизнь ждала меня без него? Заполненная работой, учёбой и непонятными «спиритическими сеансами», которые не приносили ничего, кроме тупой ноющей боли, как от удалённого зуба. И шанса оказаться на больничной койке.