Зелёная нить прощения (СИ) - Эрфе Мария - Страница 12

— Оля, всё нормально? Ты выглядишь испуганной, — спросил Максим, вырывая меня из сомнений.

— Извини, — ответила я. — Иногда думаю, что сказка закончится так же неожиданно, как и началась. Наверное, это звучит глупо, но я боюсь тебя потерять.

Максим остановился, взял меня за руку и посмотрел в глаза. Странный взгляд — печальный и жёсткий одновременно. Показалось, что вот-вот случится непоправимое, и он произнесёт слова, которые изменят мою жизнь раз и навсегда. Но Максим промолчал.

Не решаясь нарушить тишину, мы медленно шли вдоль берега. Я пожалела о необдуманных словах.

— Прости, если обидела тебя, — тихо произнесла я, смотря под ноги.

— Я думал, что сделал или не сделал, чем мог тебя обидеть или расстроить. А ты сама просишь прощения, не зная за что, — Максим остановился и взял меня за руку. — Поверь, что ты стала для меня смыслом жизни. Пожалуйста, поверь, что никогда тебя не обижу и не оставлю, пока ты этого не захочешь. Я так долго тебя искал, что сам до конца не могу поверить в твою реальность.

Максим притянул меня к себе и поцеловал. Остаток прогулки мы провели, наслаждаясь хорошей погодой и близостью друг друга. И вернулись в отличном настроении.

Нас ждали молодой человек и девушка. Они не заметили, как мы подошли, и Максим кашлянул, чтобы привлечь внимание, а затем представил мне друзей:

— Ольга, это Миша, мой, пожалуй, лучший друг, а это Вера — его спутница. Миша, Вера, это Ольга, пожалуй, моя первая и единственная любовь, — он улыбнулся и обнял меня.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам.

— Приятно познакомиться, Ольга, — ответил Миша.

— Мне тоже, — улыбнулась Вера.

Красивая пара: Миша — высокий молодой человек с прямыми тёмно-русыми волосами и серо-голубыми глазами, как у матери. Вера могла сойти за его сестру, если бы не странного цвета глаза — тёмно-серые, почти угольные. Черты лица у обоих тонкие, точёные, будто слепленные с античных греческих скульптур.

Увлёкшись изучением гостей, я пропустила часть разговора.

— … располагайтесь в любом из гостевых домов, они не будут заняты ещё сутки, — проговорил Максим.

— Хорошо, Макс, мы оставим вещи, немного отдохнём с дороги и встретимся за ужином. Потом ещё что-нибудь придумаем, — Михаил подмигнул. Это выглядело так забавно и по-детски и так не вязалось с его образом, что я едва сдержала смешок.

Гости ушли. Я посмотрела в глаза Максима и сразу о них забыла. Почувствовала, как тону в тёмном омуте любви и нежности, растворяюсь без остатка…

— Я никогда не ощущал себя настолько легко и беззаботно. Ты открыла мне новый мир, который создан для счастья и любви. Два дня назад я бы ни за что не поверил в любовь с первого взгляда. А теперь даже не представляю, как жил без тебя раньше?! — нарушил молчание Максим.

— Я сейчас думала примерно о том же: неужели в обычной жизни возможна случайная встреча двух половинок одного целого?! Раньше я считала, что так бывает только в женских романах и в сказках…

Максим обнял меня и поцеловал. Не успели мы оторваться друг от друга, как пришли Вера и Михаил.

Мы вчетвером полакомились деликатесами, приготовленными тётей Ниной, а потом сидели на террасе и разговаривали. Максим рассказал друзьям о том, как мы встретились; Вера с Мишей поделились с впечатлениями от недавней поездки во Францию. Друзья Максима оказались интересными и приятными собеседниками. Когда они ушли, у меня болели скулы от улыбок и смеха.

Этой ночью я сразу заснула в объятиях Максима и спокойно спала до утра. Весь следующий день мы не расставались с ним ни на минуту: гуляли по берегу озера, купались и загорали вместе с Мишей и Верой, а ужин устроили на «Виоле». Ничто не омрачало отдых, кроме одного эпизода.

Мы с Верой сидели на палубе, Максим стоял за штурвалом, а Миша отошёл за соком. Я, по обыкновению, смотрела на озеро и проплывающий мимо остров, когда почувствовала на себе взгляд Веры, и обернулась. В угольных глазах было столько ненависти, что меня окатило холодом с ног до головы, а волоски на руках встали дыбом. Видение длилось доли секунды, после чего её взгляд прояснился. Вера усмехнулась и отвернулась.

Миша вернулся со стаканом сока в руках, о чём-то меня спросил, и вскоре я забыла о странном поведении его подруги.

Поздним вечером, когда мы наконец-то остались наедине, Максим предупредил меня о том, что завтра придётся вернуться в Петербург. Я лежала на диване, свернувшись калачиком и положив голову на грудь Максима, он гладил мои волосы.

— Оля я хочу, чтобы ты жила со мной. Хочу каждую ночь засыпать с тобой в одной постели и каждое утро просыпаться, зная, что ты рядом. Я тебя никуда не отпущу. Согласна переехать ко мне прямо завтра?

— Ты прекрасно знаешь, что я не смогу сказать «нет». Я теперь не представляю жизни без тебя. И согласна идти за тобой, куда бы ты меня ни позвал.

На следующее утро мы встали рано: Максим должен был к обеду успеть на деловую встречу. Он отвёз меня домой и сказал, что приедет вечером. Времени, чтобы собрать необходимые на первое время вещи и подготовиться к переезду, было достаточно.

Со стороны это выглядело, мягко говоря, легкомысленно — спустя три дня после знакомства начинать совместную жизнь с мужчиной. Но я уже не могла представить будущее без Максима.

День выдался насыщенным: я собрала минимум вещей, приняла душ, переоделась и поехала к маме, морально готовясь к сложному разговору.

Я люблю маму и благодарна ей за всё, что она сделала для того, чтобы моя жизнь сложилась успешно. Но иногда она бывает невыносимой. Поэтому мы живём отдельно: я — в небольшой двухкомнатной квартире, она — в загородном доме, оставленном дедушкой и бабушкой. Мы с мамой редко видимся, потому что её работа связана с частыми командировками, иногда она проводит по месяцу и больше вне дома. Сегодня мама отдыхала после командировки, продлившейся почти шесть недель.

Разговор прошёл, на удивление, спокойно и дружелюбно. Я рассказала маме всё как было, упустив только интимные подробности, а она поддержала намерение жить с Максимом.

— Доченька, милая, я тебя со школьного выпускного не видела такой счастливой. Ты светишься, как кристалл горного хрусталя в луче солнца. Желаю тебе только одного — никогда не разочароваться в выборе и ещё много лет радоваться случайной встрече, — мама развела руки в стороны, приглашая меня в объятия.

— Мама, спасибо! Я так рада, что ты не осуждаешь меня. А ещё я по тебе скучала… — сказала я, уткнувшись в её плечо.

Окрылённая первым успехом, я договорилась о встрече с Норой. Разговор с подругой тоже прошёл гладко. Вначале она слушала с нескрываемым осуждением, но под конец встречи прониклась моим счастьем, как и мама.

Домой я вернулась около семи часов вечера. Едва переступив порог, я услышала телефонный звонок. Максим сказал, что если я готова, то он заедет за мной через полчаса. У меня осталось мало времени для подготовки к новой жизни, но достаточно, чтобы понять — я никогда не буду прежней Олей. Что-то во мне изменилось после встречи с Максимом, но я ещё не поняла, что именно.

Со стены в коридоре на меня смотрели школьные фотографии, детские рисунки и отпечаток трёхлетней ладони, под ногами лежал коврик с кошками, когда-то белыми, а теперь грязно-серого цвета, на полке лежали ключи с брелоком в форме розового сердечка… Окинув взглядом вещи, окружавшие меня всю жизнь, я поняла, что детство закончилось. Не после окончания школы и поступления в институт, не после первой ночи, проведённой с молодым человеком и не после получения первых в жизни денег, заработанных своим трудом, а именно сейчас я провожу черту между детством и взрослой жизнью.

Размышления прервал звонок в дверь. При виде Максима каждая клеточка моего тела наполнилась теплом и счастьем. Все страхи и сомнения мгновенно отступили.

Дорога до центра города, где жил Максим, заняла около сорока минут. Квартира оказалась внушительных размеров: пять комнат, гардеробная, просторный коридор, два санузла, один с шикарным джакузи и кухня. Самая большая из комнат — гостиная, разделённая на обеденную зону и зону отдыха. В зоне отдыха стоял белый кожаный диван, перед ним лежал толстый шерстяной ковёр цвета капучино, на нём расположился низкий журнальный столик, у окна я заметила цифровое пианино. Большую часть обеденной зоны занимал шоколадного цвета овальный деревянный стол, окружённый шестью высокими стульями с белой кожаной обивкой. По обеим сторонам от гостиной находились две спальни в светлых пастельных тонах, гардеробная и кабинет Максима. Осмотр квартиры я завершила на террасе с видом на Неву. На ней поместились три кожаных кресла, деревянный столик и полки для книг, цветов и других предметов интерьера.