2018: Северный ветер. Том 1 (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 66

Жаль только с самим эфенди Сергеем подраться не вышло — дел у него больно много. А то, говорят, он хоть вроде и тощий, но в драке злой. Интересно. Шари, которая приёмыш его, сказала — это эфенди Сергей её этому удару научил, когда с ноги и прямо по башке. Ханвальд тогда скептически хмыкнул — ну что это за танцы такие в самом деле? Даже не в битве — в драке так пока ногу задерёшь, тебя уже десять раз с ног свалят.

Потом он, правда, получил в тренировочном бою от фейки ногой в ухо и на земле полежал, но списал на остроухое колдовство. Это ж всем известно, что без чародейства тут никак, когда девчонка мелкая да хлипкая — плевком перешибёшь — а взрослого бойца с ног одним ударом свалить может. Феи — знатные колдуны, факт.

Мергьорн потом попробовал такой же приём выучить, но только на землю брякнулся. Ханвальд его обсмеял, за что получил уже в другое ухо. А что поделать? Даром, что Мерги на год младше, но дури-то у него больше…

Ещё вот язык федералов эфенди Эрин заставила учить — та ещё морока! Хорошо ещё хоть грамоте учить не заставила, на удивление поверив, что они с Мерги писать не умеют.

Нет, ну Мергьорн и правда хорошо если имя своё да слово бранное нацарапать может, а Ханвальд-то и читать, и писать умел. Причём не только на уорге, но и на имперском, и даже на греческом. Отец-то — не из простых вояк, целый рикс племени. А Ханвальд-то хоть и младший, хоть и не от законной жены рождён, но происхождения хорошего. Правда, об этом особо не болтал. Ну, а смысл-то? На Севере же как предками начнёшь меряться, так и не знаешь, чем оно обернётся. Орк какой-нибудь, совершенно дикий с виду, только вчера шкуру на кольчугу сменил, язык коверкает страшно, а начнёшь выяснять — у него родичи ещё при Втором царстве в Карауле Смерти у Тёмных состояли. У другого — половина родичей от богов произошли, половина — от первых имперских легионеров. А у тебя? Ну, дюжина колен предков, ну взял первопредок добычу большую в походе и с того и пошло богатство рода… А боги, а герои? А нету!

— Зачем в грудь бьёшь? — спросил Ханвальд у поднимающегося на ноги разведчика. — Не надо бить. Хреново.

Северянин постучал кулаком по груди, затянутой по моде федералов в шелковистую зелёную безрукавку с мелким-премелким рисунком. Пару отрезов такой ткани Ханвальд намеревался достать и сёстрам в дар послать на платья, да всё никак достать не получалось пока что.

— Тут — доспех или куртка. Толстый, прочный — удар не так чувствовать. Если ты не огор, да. И рукой да по железу — дурной совсем? В след раз я доспех надевать. Гляну, как ты по лорика торакс лупить будешь. Совсем херня будет.

Ханвальд с Мергьорном жаловались, что их язык заставляют учить, но учили его быстро и вполне прилежно. Мудрость-то невеликая — если знаешь три языка и десяток наречий, то ещё один выучить не такая уж и проблема. Тем более, что в русском хватало латинских и греческих слов…

А уж ругательства выучить — так вообще святое дело.

…Подъехавшая к казарме разведчиков небольшая красная машина отвлекла всеобщее внимание от тренировки. Из самохода вылезли две девушки в доспехах и при оружии — рыжая и русоволосая. Рыжая осталась при машине, русоволосая направилась к казарме.

Ханвальд хотел было по обыкновению свистнуть вслед симпатичным девчонкам, но потом пригляделся к гостье и свистеть резко передумал. Потому как свист в спину имперской принцессы мог быть последним осмысленном действием в его жизни — нрав Её Высочества Афины Октаво уже был широко известен в народе. Справедливая, суровая, честная, безжалостная. С такой станется и лично зарубить наглеца — что ей какой-то наёмник? По её слову, вон, десятки замков разрушены, тысячи людей отправлены на каторгу и в рабство, а сотни казнены.

Так что северянин лишь одобрительно покивал. Мечом машет, дерётся, сама бешеная — сразу чувствуется добрая северная кровь! Говорят, у Её Высочества мать откуда-то с Севера была. Вот заметно, заметно — не то что все эти изнеженные имперские сиры. Нет, здесь, на Востоке — ещё туда-сюда, а приходилось и в центральных провинциях бывать — и вот там ну квашня-квашнёй через одну…

Принцесса вошла в казарму, а спустя какое-то время из окна одной из комнат высунулась эфенди Эрин. Покрутила головой, прищурилась, увидела северянина и рявкнула:

— Ханвальд! — поманила пальцем. — Подь сюды, разговор есть.

— Мерг, смени меня, — кивнул наёмник отдыхавшему на траве приятелю и зашагал к госпоже.

Впрочем, поровнявшись с красным самоходом, шаг замедлил до минимального. Скучающая подле машины воительница в добротной кольчуге с пластинчатыми вставками, саблей у пояса и медного цвета волосами, скользнула по северянину равнодушным взглядом и сразу же утратила интерес.

— Привет, красавица! — закинул камешек на пробу Ханвальд.

— Пока, урод.

— Какая-то ты неласковая… — поцокал языком наёмник. — И невесёлая… Может, повеселимся вечерком?

Рыжая набрала воздуха в грудь для явно более чем резкого ответа… Неожиданно что-то вспомнила. Помрачнела. Выдохнула. И процедила:

— Нет уж, спасибо.

— Ну ты смотри, думай, от чего отказы…

— Ханвальд, бодать тебя рогачом! — из окна снова высунулась Эрин. — Живо тащи свою задницу сюда, или мы выйдем.

— Из лагеря? — уточнил северянин.

— Я — из себя, а ты — из строя. Давай, давай!

Ханвальд пожал плечами, чинно раскланялся с презрительно фыркнувшей рыжей и зашёл в казарму, направившись к кабинету эфенди Сергея.

— Заходи и дверку за собой прикрой.

Внутри обнаружились, собственно, Её Святейшество, сидящая на месте эфенди Сергея, и принцесса Афина, стоящая около окна.

— Госпожа, — слегка склонил голову Ханвальд. — Твоё Высочество.

— Этот? — обратилась к апостолу Афина, кивая в сторону наёмника.

— Полагаю, да! — энергично произнесла чёрная жрица. — Сейчас только проясним кое-какие моменты…

Апостол открыла яркую папку из диковинного материала федералов и достала белоснежный бумажный лист.

— Ханвальд, сын Дахария из клана Ширван, — с выражением прочитала жрица. — Родом из Эоса Раваль, Империя, Северный Предел, уезд Фемарн, что на правом берегу Инда. Так?

— Так, — подтвердил наёмник. — А что?

— Клан Ширван почти двадцать лет держит главенство в Совете Раваля, — Эрин внимательно посмотрела на своего воина. — У тебя не лучший для северянина уор, но ты отлично говоришь на унилингве. Знаю, что ты умеешь писать (и я тебе ещё припомню, когда ты заливал, что не умеешь) и читать. И я знаю одного Дахария из Фемарна. Вывод?

— Эээ… — озадаченно почесал пятернёй затылок Ханвальд. — Вы много знаете, госпожа?

— Не прикидывайся! — прикрикнула апостол. — Я ещё на невольничьем рынке предположила, что ты не обычный головорез из наёмной банды.

— Вообще-то я и правда обычный головорез из наёмной банды, — уточнил северянин. — Ну да, мой отец — рикс, мать — служанка, чего тут такого интересного-то?

— Ты не говорил.

— Так вы ж и не спрашивали особо, госпожа, — пожал плечами Ханвальд.

— Уел! — рассмеялась Эрин. — Значит, бастард?

— Это у имперцев так. У нас же по-другому считают — есть старший сын, есть средний сын и есть все остальные. А у меня пять братьев, и все старшие… Или только четыре уже? От Рошара-то давно вестей не было… А, нет, вру! Ещё ж Шиор родился той осенью! Всё, теперь я не самый младший. И братьев у меня получается где-то пять-шесть. И сестёр ещё трое…

— Погоди ты со своими сёстрами! — перебила его Афина. — То есть, ты младший сын рикса Дахария Ширвана?

— Ну да, — пожал плечами наёмник. — А что?

Апостол и принцесса переглянулись. Лицо Эрин приобрело предельно довольное выражение.

— Как чуяла, — важно заявила жрица.

— А не слишком ли он… — Афина покрутила рукой в воздухе.

— …тупой? — подхватила жрица. — Не, это он просто прикидывается. Ты же прикидываешь, Ханвальд? А, ну прекратил прикидываться, живо!

— Чего обзываетесь-то сразу? Вы меня спрашиваете — я отвечаю.

— Тогда отвечай Ханвальд, сын Дахария, какого шакала ты, сын рикса, наёмничаешь в какой-то второсортной банде?