2018: Северный ветер. Том 1 (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 55

— Победа-6 — громадный газовый гигант, почти в полтора раза крупнее нашего Юпитера, хотя из-за невысокой плотности масса его примерно такая же. Расстояние до звезды — около 12 астрономических единиц, классический представитель своего класса. Заметные кольца, обширная система спутников, самый большой из которых превышает по размерам Победу-2 и сильно напоминает Титан, с его морями и дождями из метана. Ещё пара штук размерами сравнимы с Луной. Планета на небе Светлояра самая тусклая из всех, но всё же ярче того же Сатурна.

— Фейри называют её Нергал, — добавила Эйра. — Новоримляне — Плутон.

— Победа-7 — газовый гигант чуть крупнее Нептуна, разве что не синеватый, а зеленовато-жёлтый. Приметная зеленоватая звезда близ Рубедо — это она. Дистанция до звезды — около 19 астрономических единиц. Тоже спутники, тоже кольца — в целом всё достаточно типично. Отличается разве что необычно большим альбедо, за счёт чего выглядит на небе даже ярче Победы-6.

— Нинхурсаг или Диана. Именно около неё мы дали первый большой бой Незванным. Предвидя вопрос — Алую Звезду мы засекли ещё в районе гелиопаузы и тогда же отправили разведывательные зонды. Когда они были уничтожены, то решено было перейти… к более агрессивным переговорам. Но для этого пришлось ждать, пока Алая Звезда окажется неподалёку от достаточно массивного объекта, близ которого магический фон будет выше, чем в открытом космосе. Также отмечу, что нынче у Дианы естественных спутников стало… поменьше. Несколько небольших (километров по сто в поперечнике) булыжников мы в ходе боёв разнесли в пыль.

— Ну и наконец сама великая и ужасная Алая Звезда. Планетоид примерно пятиста километров в диаметре. Орбиту рассчитали — она почти кометная, пересекает плоскость эклиптики между Победой-4 и Победой-5 на расстоянии примерно в две с половиной астрономических единицы от светила. Расчётный период обращения — порядка 5000 лет, что совпадает с информацией от госпожи Эйры, что помимо основного вторжения было ещё два малых рейда.

— Положение небесных тел оба раза было неудачным для Незванных, — усмехнулась жрица. — Светлояр был чуть ли на максимально возможном расстоянии от Алой Звезды, так что им пришлось ограничиться посылкой одиночных малых кораблей… Малых, это по меркам самой Алой Звезды, если что, а на деле это были махины в полтора десятка километров каждая. Первая высадка пришлась на Хиспану… Собственно, поэтому теперь две три этого материка и превращены в пустыню. Второй раз нам удалось повредить корабль на орбите, поэтому вместо масштабного десанта всего лишь пришлось драться с прорвавшимися к Африке десантными отрядами. Я говорю «всего лишь», но это стоило нам двух апостолов, крушения Обсидиановой империи и почти сотни лет войны в джунглях. Очень мерзких джунглях, я бы сказала, где бегают метровые многоножки, скорпионы с ладонь и хищные саламандры, способные одним махом заглотить взрослого человека. И это уже не говоря о том, что в Африке полным-полно гигантских хищных ящеров.

— Постойте, постойте! Но вы же, кажется, говорили, что у вас не оставалось космических кораблей?

— Не оставалось, — кивнула Эйра, — Но у апостолов помимо божественных клинков, есть и божественные доспехи, которые позволяют долететь до низкой орбиты. Но уже хотя бы до той же Рубедо в нём лететь почти неделю, что, прямо скажу, удовольствие весьма сомнительное.

— А меня интересует вот какой вопрос, — вмешался кто-то из военных. — Вы так легко говорите о том, что атаковали пятнадцатикилометровые корабли, Алую Звезду, разносили в пыль астероиды… Но демонстрируемый апостолами уровень магии, откровенно говоря, так себе — даже на батальонный уровень тянет лишь с натяжкой. Вы ж не копьями ковыряли штуковину, размером с четверть Луны?

— Вопрос хороший, здравый, — покивала жрица. — Отвечает Эйра мез Эмрис: ныне мы сильно стеснены в применяемой мощи. Раньше все расчёты боевых заклинаний брали на себя божественные клинки или иные мощные артефакты, а нам, образно говоря, оставалось ткнуть пальцем в ту гору, которую мы хотели снести гравитационным ударом. Но спустя тысячи лет изменились кое-какие характеристики, упала точность расчётов… Ну, вот представьте, что вы пытаетесь ориентировать по карте, которой десять тысяч лет: реки изменили свои русла, на месте степей — леса, на месте лесов — пустыни, города рассыпались в прах, а неизменными остались разве что горы на горизонте. На востоке от них будет большая равнина, на западе — море, вот и всё ориентирование. Ну или другой пример — представьте свой большой корабль, крейсер или линкор. Представьте, что на нём вышли из строя почти все котлы и турбины, поэтому скорость упала с тридцати узлов до трёх. Представьте, что не работает энергосистема, вышли из строя дальномеры, орудия главного и вспомогательного калибра, а всё что может стрелять — это несколько зенитных пулемётов. Также и тут. Вы думаете, что копьё Эрин всегда предназначалось для того, чтобы рубить и колоть? В таком случае, могу предположить, что автомат Калашникова предназначен, чтобы душить врагов ремнём или лупить их по голове прикладом до смерти. В былые времена апостол могла бы поставить щит, способный прикрыть средних размеров город от артиллерийского обстрела, а рядовой гравитационный толчок расколол бы километровую глыбу, как яичную скорлупу. Сейчас апостолы так не могут — человеческий мозг не способен просчитывать столь сложные заклинания. Но я слышала, что вы весьма продвинулись в создании механических вычислителей… И знаете, что это означает?

Эйра улыбнулась.

— Это означает, что апостолов скоро снова можно будет приравнивать к оружию массового поражения.

Территория Особого региона, оперативная база Китеж

— Вызывали, товарищ майор? — нарисовавшийся в проёме канцелярии Коваль нарочито чётко выполнил воинское приветствие.

— Очень смешно, — Вяземский оторвался от составления очередного отчёта. — Вызывают шлюх, а я тебя просто звал.

— Так звал, что меня аж из полей выдернули, — хмыкнул лейтенант, снимая кепи и проходя в комнату.

— А ты недоволен.

— А я недоволен! Того гляди ещё ваш Кравченко поймает и геморроем каким-нибудь озадачит…

— Только поэтому? — слегка приподнял бровь Сергей, доставая из ящика стола пачку кофе, сахар и пару простых солдатских кружек. — Или есть ещё причины для недовольства? Кстати, Кравченко уже давно не наш — он теперь достояние всего корпуса.

— Чего искал-то? — вздохнул артиллерист. — Даже комдива нашего расшевелил…

— Это было несложно, — пожал плечами Вяземский, заваривая им обоим кофе. — У вас же вечно нехватка материальных ценностей — договориться всегда можно. Кофе будешь?

— Пайковой? — поморщился Коваль.

— Обижаешь, пушкарь — настоящий японский «максим».

— Контрабанда, значит, — хмыкнул артиллерист. — Конечно, буду.

Выпили кофе.

— Теперь к делу, — Вяземский слегка откинулся на стуле. — Георгий, переходи ко мне.

— На тёмную сторону, о владыка ситхов?

— В батальон, мой юный падаван.

— Скажешь тоже, — хмыкнул Коваль. — На кой ляд я тебе сдался? У тебя же не артдивизион…

— Так ты же и не артиллерист по образованию. Так?

— Так. Но у тебя не только не артдивизион, но и не танковый батальон.

— Зато танки есть, — сказал Сергей.

Коваль моргнул.

— Откуда?

— Неважно, — поморщился разведчик. — Слушай, ты чего? Сам же знаешь, что у меня некомплект офицеров. Зато бонусов больше, ставки выше, боевые опять же… Старлея получишь. Другие бы от радости уже прыгали.

— Так и обратись к другим.

— Других я не так хорошо знаю, — веско сказал майор, — А тебя знаю. И знаю, что в случае чего будешь действовать как надо — быстро и решительно. Да и, в конце-концов, ты ведь тоже разведка, хоть и артиллерийская…

— Нет, Серёга, мне и на своём месте неплохо.

— Тааак.

Вяземский поднялся со стула, прикрыл дверь в канцелярии, отпёр сейф, достал бутылку виски и разлил всё в те же кружки из-под кофе, который они с Ковалем уже оперативно приговорили.