2018: Северный ветер. Том 1 (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 16

— Я буду искренне рада видеть сира Вяземского! — с воодушевлением произнесла принцесса, но тут же осеклась. — То есть, я… эээ… имею в виду, такая помощь будет весьма кстати. Да, именно! Ваших разведчиков я уже видела в бою и буду рада снова сражаться с ними бок о бок.

Территория Особого региона, оперативная база Китеж

— Я правда такое ляпнула?

В гостевой комнате особняка семейства Фортос, ставшей за последние месяцы почти родной, кроме принцессы имелось ещё несколько человек, но вопрос всё равно был по большей части риторический.

— Чё случилось-то? — деликатный шёпот Гасты был деликатным шёпотом лишь по меркам орки. — Чё я опять пропустила?

— Ну, Её Высочество прилюдно сказала, что была бы рада видеть сира Вяземского, — объяснила Лика.

— И всё? — разочарованно протянула орка. — Я уж думала, наше высочество побожилась голову какого-нибудь бога достать или там одну из лун с неба…

— Я тоже не очень поняла, в чём беда.

— Для особ императорской крови считается неуместным выражать столь однозначную симпатию в отношении кого бы то ни было, — рассудительно произнесла Хелен, которая, будучи кем-то вроде фрейлины, была подкованнее остальных в вопросах имперского этикета.

— Чё? Ничего не поняла.

— Добрые боги, Гаста!..

— Чё сразу Гаста? Объяснила бы лучше по-нормальному.

— В общем, если кто-то из багрянорождённых говорит, что, например, был бы очень рад видеть такого-то человека или что такой-то человек ему по нраву — это… неуместно.

— И вот это ты называешь объяснить по-нормальному?

— Да! Это называется этикет!

— Крольм всемогущий, вот же имперцам делать-то нечего — этикеты всякие понавыдумывали, хэтикеты… Один хороший удар по роже заменяет полдня глупых расшаркиваний, зуб даю.

— Да не глупости это! Если багрянорождённый начинает выделять кого-то из своего окружения — это может вызвать ненужные кривотолки и спровоцировать интриги. Поэтому, например, Её Высочество никого из нас не выделяет среди остальных.

— Я вообще-то всеми лучницами командую…

— Звание — это другое, это признание твоего умения командовать другими.

— А в чём разница?

— Я совсем запуталась, — призналась Гаста.

В воздухе просвистел брошенный деревянный кубок. Лика и Хелен оперативно спрятались за широкой грудью орки, закованной в крепкую кирасу. От оной кирасы кубок и отскочил, укатившись в дальний угол.

— Я вам не мешаю? — вкрадчиво поинтересовалась Афина, взвешивая в руке ещё один кубок, тоже деревянный.

— Никак нет, Ваше Высочество! — хором отозвались воительницы. Лика и Хелен при этом предусмотрительно оставались за спиной Гасты.

К тому, что принцесса, бывало, выходила из себя и в такие моменты могла что-нибудь в кого-нибудь швырнуть или отвесить тумака — привыкли уже давно. Ну натура такая вспыльчивая, что уж поделать — никого же сильно не прикладывает, да и отходит быстро. А императорский тумак — это почти что регалия, а не урон.

Впрочем, воительницы у принцессы до регалий, так сказать, жадны всё же не были.

— Узнаю свою воспитанницу — как всегда, полна оптимизма и агрессии, — послышался от входа лёгкий смешок.

— Дядя Кастор! — искренне обрадовалась Афина.

— Ave Ваше Высочество! — отсалютовал принцессе Кастор Инаморт, а остальным бросил, — А вы, малявки — ну-ка брысь отсюда. Старшие изволят беседовать.

Воительницы почтительно отсалютовали и поспешили ретироваться. Принцесса же впервые за много месяцев смогла обнять наставника, но не забыла и поругать:

— Вы чего так долго? Я думала, вы ещё месяц назад прибудете, а вы всё «еду» да «еду»… Можно подумать от самой Столицы ехать пришлось.

— Ну, не от Столицы… Но ты ж мне когда весть прислала — я не в Ориентале был, а в паре сотен миль севернее. Поэтому — пока вернулся… Пока вернулся, а в округе какие-то брожения нехорошие начались среди нобилей… Пока с ними все вопросы разрешил, чтобы у нас с тобой тылы были спокойные… А там смотрю — ты и сама неплохо вроде справляешься, а? — Кастор дружелюбно ткнул кулаком по плечу принцессы. — Чего ж такой экзамен своим присутствием портить-то, а? Без меня ты вон как мобилизовалась, а я бы приехал, так сразу бы началось «дядюшка Кастор, помоги» да «дядюшка Кастор, сделай за меня»…

— Я так никогда не говорила! — возмутилась Афина.

— Нда? Ну и здорово. В общем, считайте, Ваше Высочество, с учётом масштаба действий — экзамен на командование крупными подразделениями вы сдали.

— Ничего себе экзамен. Предел — усмиряй, с иномирянами — переговоры веди, войска — доставай…

— А ты думала в сказку попала? — хмыкнул легат, присаживаясь на кресло и блаженно вытягивая ноги. — Ишь ты, умная какая… Я когда-то единственным командиром на половину легиона остался. Жалованье платить нечем, жрать нечего, кругом толпа варваров, в тылу мятежные нобили скалятся… Ещё и очередные божки на огонёк легионерского костерка подтянулись. Вот это, я тебе доложу — было дело!

— Тоже мне дело, — в тон наставнику ответила Афина, присаживаясь напротив. — У меня тут, между прочим, армия из другого мира под восемьдесят тысяч войск наших разбила, двадцать тысяч в плен взяла, а на их стороне даже апостол Эмрис оказалась.

— Нехило, — присвистнул Кастор, мигом отбросив шутливый настрой. — А я думал — преувеличиваешь.

— Ни в коем разе. А я, между прочим, смогла с ними так договориться, что они помогли порядок в Пределе наводить, — не удержалась от небольшого хвастовства Афина.

— И во что такая помощь обошлась? Сильно дорого?

— Сильно, — вздохнула принцесса. — В мою лояльность.

— «Дай слово врагу, пообещай, убей и забудь…» — напомнил Кастор.

— МОЁ слово, даже данное врагу — не забыть, — отчеканила девушка, нехорошо блеснув глазами. И, немного помолчав, добавила, — К тому же мне трудно считать федералов врагами.

— Отчего же? Ты так быстро забыла десятки тысяч наших погибших воинов?

— Не забыла. Но если некто решил подёргать снежного парда за усы — в его смерти не будет ничего странного.

— Думаешь, всё так?

— Уверена, — Афина немного подумала и добавила. — К тому же, как говорит простой народ — апостол Эмрис пойдёт лишь с теми, за кем правда. Такие дела.

— Эрин всё та же? — оживился Кастор. — Мелкая да проказливая? Верно её Меркурием прозвали…

— Вы с ней встречались? — удивилась принцесса.

— Ещё мальчишкой, — кивнул легат. — Северяне в набег пошли, а она раньше дружинников подоспела. Ох и лютая драка была… Можешь мне поверить — я дрался с Тёмными сам, дрался бок о бок со Светлыми, но так биться, как она — смертный драться не может. И… да, на неправой стороне она бы никогда не выступила. Жаль, что она не с нами. И вдвойне жаль, что мы оказались на неправой стороне.

— Мы? Мы-то в набег на Федерацию не ходили.

— Так нас и не позвали, — хмыкнул Кастор. — А если б у Туллия-покойника побольше мозгов было. и прислал бы он тебе приглашение поучаствовать в походе, а?

— Я бы не стала участвовать в грабительском набеге, — брезгливо скривилась девушка. — Я — солдат, а не мародёр.

— Честная. Даже чересчур.

— Что воспитали — то и получилось, дядюшка.

— Тебя воспитаешь — как же… Всё, как и в детстве — опять лезешь в драки, опять вся в синяках и царапинах. На щеке, вон, ещё свежие — чем приложили-то? Палицей?

— Шестопёром, — Афина непроизвольно потёрла ещё не зажившие порезы на левой щеке, вспоминая недавний бой.

…Часть внутреннего двора взятого замка семейства Крух огородили для поединка, хотя принцесса предпочла бы назвать его скорее казнью. Граф немолод, грузен и растерял былую форму и сноровку, а она молода, ловка и сильна, и мало в чём уступит любому из воинов-парней.

Легионеров поглазеть на редкое зрелище собралось масса — всё-таки прошли уже те времена, когда даже легаты дрались в общем строю. А тут — целая принцесса крови! И плевать, что бастард — благородством крови могут меряться нобили, если другим похвастаться нечем.