2018: Далёкое Отечество (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 70

— Спаси!.. — вякнула Эрин.

— Пиши, — Вяземский был непреклонен.

— Сила и честь, — имперец счёл за благо как можно быстрее ретироваться.

Вслед ему неслись громогласные стенания чёрной жрицы о том, что ей скучно, хочется сладкого, и она вообще не создана для сидячей работы.

Шари

Фиари зорко осматривалась по сторонам — в кои-то веки от неё потребовалось то, что девушка умела. А именно — искать следы. Правда, не животных, а членов потерянного клана федералов.

Ну, во всяком случае, так поняла Шари из объяснений Сергея.

Девушка уже вполне уверенно сидела на крыше БТРа вместе с отцом, держась одной рукой за башню и положив поперёк коленей автомат.

Конечно, для той, кто за всю жизнь и из родного леса-то считанные разы выбиралась, всё это было внове и совершенно непривычно — нестись куда-то на самоходной железной колеснице, учиться обращаться с диковинным оружием…

Впрочем, это и для вполне цивилизованного имперца было бы не меньшим шоком — Шари в этом плане было даже проще. Для неё мир за опушкой леса и так был полон чего-то невиданного и почти сказочного, поэтому удивляться всему подряд было откровенно глупо. К тому же фиари всячески старалась не показывать своей робости или тем паче растерянности, а в случае затруднения просто копировала чужие ухватки.

В конце-концов, совсем уж невежественной варваркой Шари не была и имела понятие и об армии вообще, и о строевой подготовке, и о магии. Редко в каком из лесных племён не нашлось бы хотя бы одного-двух фиари, что в своё время по договору с имперцами не служили в их армии.

Армия Федерации от имперской армии, о которой рассказывали воины, на взгляд Шари отличалась не сильно. А воспитанной в полном традиций племени девушке, где подчинение старшим было абсолютным и беспрекословным, армейские порядки не казались чем-то ущемляющим её свободу. Да и понятие свободы среди лесных фиари было весьма своеобразным — свобода каждого члена племени значила куда меньше, чем всё племя в целом.

Так что Шари довольно быстро влилась в несколько бестолковый, но размеренный быт российской армии.

«Выход в рейд» — тоже не стал для неё каким-то откровением. Быть может, человеческие девушки к такому и не были привычны, но каждый фиари был охотником и если понадобится, то и воином. Тем более что громовым оружием людей в зелёном Шари уже более-менее овладела, благо оно было не особо сложнее, чем стрельба из арбалета.

Это оказалось очень кстати, потому как люди в зелёном похоже что были крайне воинственным народом и не просто тихо прошлись по окрестностям, а ломились вперёд с шумом и грохотом, походя сражаясь с любым попавшимся врагом.

Фиари успела пострелять и по людским отщепенцам, и по поднятым злым колдовством мёртвым телам, на её весьма строгий взгляд, довольно неплохо себя проявив. Вперёд не лезла, врагов лично сама сразила достаточно — ни больше, ни меньше остальных. Не паниковала, не трусила, если не знала что делать, то копировала действия других. Её когда-то ведь точно так же учили — подражать движениям воинов и охотников, ходить как они, действовать как они.

Правда, Шари всё-таки нашла неразумным то, что люди в зелёном пренебрегают обычным оружием, за исключением ножей. Фиари довольно быстро пожалела, что при ней не было привычного боевого топорика, и в своё время она сглупила, отказавшись взять что-то подобное на складе.

Впрочем, когда она увидела, что обычной лопаткой людей в зелёныом можно рубить дрова, фиари взяла одну из запасов, хорошенько наточила и теперь держала при себе. Сталь на простом рабочем инструменте мало в чём уступала доброму оружейному металлу, так что Шари готова была поспорить, что хороший удар такой лопаткой вполне мог прорубить кольчугу или лёгкий латный доспех…

Шари хлопнула по плечу Сергея и жестом подала сигнал остановиться. Не первый и, наверное, не последний раз за этот день, ведь пока что ничего интересного фиари углядеть так и не смогла.

БТР остановился, Шари спрыгнула на землю и зашагала в сторону большого луга, уже привычным жестом забрасывая автомат за спину. Вскоре её нагнали Сергей, Эриксон и Булат, прикрывавшие юную следопытку в поле, в то время как боевые машины осуществляли дальнее прикрытие.

— Что нашла? — поинтересовался Вяземский, держа автомат поперёк груди и зорко оглядываясь по сторонам.

— Следы от телеги, что с дороги съехала.

— А что не так?

— Не знаю, — спустя пару секунд раздумий ответила Шари.

Девушка и правда не знала, что привлекло её внимание, но для фиари это было даже нормально — находить и вести след у неё получалось неплохо, но восстанавливать по следам произошедшее она умела неважно.

Казалось бы — ну съехал кто-то с дороги в поля, ну и что такого. В конце-концов такие следы Шари уже находила и, пройдя по ним пару десятков шагов, отбрасывала их как неинтересные. Однако на этот раз фиари шла и шла вперёд, ведомая… чутьём?

Девушка принюхалась тщательнее.

Точно! Запах масла, каким люди в зелёном поят свои железные повозки! Редкий узнаваемый запах — имперцы таким не пользуются. Почему же он сопровождает следы от телеги? Колея от колёс-то вполне привычная — телега, как телега. Земля суховата, а коллея довольно глубокая — значит телега была гружёной. И нет, судя по следам, это совершенно точно обычная телега, у машин федералов следы шире и глубже, да и с характерным узором — будто две исполинские змеи ползли рядом. Значит, люди в зелёном отпадают. Да и не забирались они сюда — их отряд был здесь первым.

Шари остановилась и присела, приглядываясь к земле, где в небольшой лужице расплывались радужные разводы. Вяземский опустился рядом, тоже пригляделся к следу.

Они переглянулись между собой, майор едва заметно кивнул, и четвёрка разведчиков пошла дальше по следу.

Спустя минут десять прочёсывания след привёл на опушку ближайшего редколесья, где было найдено старое кострище, довольно хорошо утоптанная площадка и ещё одна колея прямо в поле. Точнее, колею видела только Шари, потому что проложили её несколько недель назад, трава на поле уже разогнулась, поэтому видна она была лишь острому взгляду фиари.

— Сначала приехала повозка, — Шари никогда не была сильна в восстановлении произошедшего, но сейчас была просто обязана попытаться. — Гружённая. На ней было… двое. Один в простых крестьянских сапогах, на втором обувь была получше. Ждали день, может немного больше. Потом… потом сел… самолёт, верно? На нём тоже было двое. Один в тяжёлых сапогах — похоже, мужчина. Второй след — странный. Небольшой, лёгкий… Кажется, женщина.

— Занятно… — произнёс Вяземский, поковырявшийся подобранной веточкой в кострище и выудивший несколько небольших белых цилиндриков. Подобрал один, понюхал.

— Папиросный окурок, — многозначительно сообщил Сергей.

Шари предпочла сделать вид, что поняла о чём речь.

— Какие мысли? — поинтересовался снайпер.

— Да всё, в принципе, просто, — выпрямился разведчик. — Пара местных резидентов, привезли на телеге топливо: может — заранее переданное на всякий случай, может — самопальное.

— Думаешь, ректификационные колонны в замковых башнях прячут? — иронично заметил Булат.

— Мир меча и магии же. А где магия, так и алхимия завсегда появляется.

— А алхимия позволит гнать авиационный керосин цистернами?

— Зачем… цистернами-то? И почему сразу стооктановая горючка? — пожал плечами Вяземский. — Биплан семидесятилетней давности, в принципе, даже на сивухе летать может. К тому же бочку-другую бензина можно даже на коленке перегнать…

— В Чечне же в своё время так и гнали, без всяких нефтезаводов, — вставил Эриксон. — Сколько мы таких скороварок в своё время изничтожили… Бенз, конечно, гадостный был, но ездить на нём было можно. Особенно, если машинка была старенькой и её было не жалко.

— Значит, тогда радиус поиска расширяется, раз летели не на одной заправке туда и обратно, а с аэродромом подскока…