2018: Далёкое Отечество (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 46

Да и… кто же в здравом уме откажется от союза со столь могущественной силой? Которая предлагает союз не только всей Империи, но и ЛИЧНО Афине. Его Величество считает заслуги его низкорождённой дочери недостаточными, чтобы дать все права наследницы престола, которые ей положены? Значит придётся совершить ещё больше громких и славных дел, заткнув всех недовольных.

А люди в зелёном ей — принцессе Афине Октаво — в этом помогут. И тогда посмотрим, как заговорит кое-кто из братьев… Да и сейчас было бы неплохо взглянуть на рожи тех же Аврелия и Максимина — как они отреагировали на то, что самая младшая из наследников, да ещё и бастард к тому же, стала герцогиней и Стражем…

— Я даю вам слово Стража Восточного Предела и наследницы имперского престола, слово багрянородной принцессы, — несколько выспренно произнесла Афина. — Я приму вашу помощь и сама всегда приду на помощь нашим добрым родичам из Далёкого Отечества.

— Замечательно, — оживлённо произнёс Ядров. — А… кстати, касательно Илионского меморандума. Не считаете ли вы, что следует сменить представителя с нашей стороны?

— Сира Вяземского? — моментально насторожилась Афина. — Почему?

— Я слышал, что у вас с ним произошёл некий конфликт… — скорбным тоном произнёс федерал. — Можно даже сказать — столкновение… Не будет ли подобное обстоятельство помехой в переговорах между нашими государствами?

Принцесса бросила уничтожающий взгляд на побелевшую Гонорию, сидевшую подле неё.

— Мы с сиром Вяземским обсудили тот случай и решили всё миром, — как можно более хладнокровно произнесла Афина, хотя у неё буквально зачесалась рука дать по шее своей воительнице.

— Вот и замечательно, — неожиданно легко произнёс Ядров. — Да и по правде говоря, ваше высочество, доклад о боестолкновении выглядел не слишком весомо на фоне какого-то пустячного синяка и царапин на лице… Такое ощущение, что это вообще был не бой, а какая-то семейная ссора.

Афина облегчённо выдохнула. Про себя. Федералы вроде как не затаили зла за тот более чем безумный день, а даже восприняли всё как забавный курьёз, что не могло не радовать.

Хотя и было несколько обидно, что, видят добрые боги, не самый слабый отряд люди в зелёном раскидали походя, отделавшись лишь «пустячным синяком и царапинами на лице». Все бы бои были как такая вот «семейная ссора» — можно было бы покорить мир от горизонта до горизонта ещё полтысячелетия назад…

Хм.

Кстати, та глупая и отчаянная инициатива Гонории (прийти ночью к чужому послу — и хватило же ума ведь…) при ином раскладе действительно была бы очень неплоха… Тогда-то всё тоже в шутку обратили, а с другой стороны, почему бы и нет — может быть, и правда попытаться развить эту тему? В конце-концов, что может быть лучше доброго династического брака для скрепления союза бывших противников…

Восьмой наследнице престола подобная мысль понравилась. А вот девушке Афине — почему-то не особо…

В одежде федералов было удобно, но не слишком уютно, хотя Хелен и Гонория еле смогли оторваться от тончайших шёлковых рубах прекрасной работы. Принцесса работу федеральных ткачей тоже оценила и оценила высоко, но её таким удивить было сложно — в детстве её пытались растить как нормальную принцессу, поэтому недостатка ни в яствах, ни в красивых и дорогих нарядах она никогда не испытывала.

Если начистоту, то Афина в глубине души была бы непрочь носить красивые наряды, но избегала этого, считая, что подобное делает её чересчур женственной. Образу суровой и воинственной принцессы это соответствовало мало.

Город федералов, что подвергся атаке имперских войск, девушку тоже не особо впечатлил. Многоэтажные жилые инсулы были не слишком выше тех, что стояли не только в Городе-на-Холме — любом крупном городе. Хотя попадались и действительно высокие массивные башни, которые, впрочем, были куда ниже тех же коробов Имперской канцелярии, высоченной башни Круга Магов, не говоря уже о занимающем всю верхушку столичного холма Императорском дворце.

Но город Афине понравился — широкие чистые улицы, нарядные дома, украшенные разноцветными плитками, деревья и яркие вывески. Правда, когда Афина увидела, сколько в инсулах имелось стёкол, которые наверняка были выбиты во время боёв, ей поплохело. Империя не умела производить большое листовое стекло в таких масштабах, поэтому на одной только компенсации за них федералы могли стрясти целое состояние.

— И всё же, зачем нам пришлось переодеваться в их одежду? — проворчала Гонория, подёргивая воротник своего камзола.

Свиту Афины составляли всё те же Хелен и Флавес, которые так же сменили свои доспехи на одежду федералов. Кроме них в самоходе ещё находился рулевой, сопровождающий федеральный офицер и волшебница-переводчица Ливия.

— Мы держим в секрете то, что нам удалось связать наш мир и ваш, — произнёс сопровождающий их федерал.

— А почему? — полюбопытствовала Афина.

— У Федерации немало врагов. И союзников, с которыми не стоит терять бдительность.

— Для легендарного Далёкого Отечества вы довольно трусливы и слабы, — буркнула Флавес.

— Мы называем это осторожностью, — дипломатично улыбнулся федерал. — И да, разве Новый Рим всю свою историю был сильнейшим государством, которому совершенно некого было бояться?

Он и сейчас таковым не являлся, если говорить начистоту… Да, Новорим — самая великая и могущественная держава во всей обозримой Ойкумене. Но даже ему всё ещё не под силу покончить с угрозой, исходящей от северных и южных варваров, а также от дикарей с Тёплого берега.

Тогда чего удивляться тому, что даже Федерация опасается шпионов? Уже одно то, что родичи из Далёкого Отечества вынуждены содержать профессиональную армию и иметь в своём распоряжении мощнейший арсенал, наводит на мысли, что где-то в этом мире есть те, для кого все эти смертоносные летающие и самодвижущиеся машины — не гнев богов, а привычный и равный противник.

Попробовать связаться с врагами Федерации? Политически — вполне обоснованно, «враг моего врага — мой друг»… Для кого-нибудь другого — вполне очевидный вывод, но уж никак не для Афины — предательство она всегда числила среди самых мерзких и непростительных грехов. А ещё она помнила северную присказку, что если снежный пард съел твоего врага, он не стал от этого другом.

Впрочем, Афина руководствовалась не только своими понятиями о чести, но и логикой — у федералов была возможность и дальше наступать вглубь Империи. Что мог противопоставить им Новорим? Практически ничего. Но тем не менее Федерация этого не сделала. Почему? А это уже совсем другой вопрос — более философский, но факт на лицо — если истинные намерения людей в зелёном хотя бы частично совпадают с тем, что они говорят, то конфликтовать с ними совершенно неразумно.

Если проводить аналогию, то это всё равно что выбирать между войной с каким-нибудь северным кланом и городами-государствами Хиспаны. Северянам не чужды хитрость и коварство, но если они дают слово, то его держат. В отличие от дуксов Хиспаны, для которых договоры стоили не дороже потраченных на них чернил и пергамента.

Поэтому с одной стороны стоило узнать насколько действительно сильна Федерация, а с другой — не позволить кому-нибудь из имперских политиков поддаться опасной иллюзии, что людей в зелёном можно сокрушить руками их врагов.

Собственно, а кто сказал, что противники Далёкого Отечествабудут лучше федералов?

И не ответят ли люди в зелёном симметрично в таком случае, поддержав притязания Тёмных? Эти-то будут готовы спалить хоть пол-мира, хоть три четверти мира, и править на его остатках…

Впрочем, такого союза (очень и очень нежелательного) можно было бы легко избежать, крепко поссорив Тёмных и федералов. Уж тогда-то Падшим фейри пришлось бы туго… Интересно, есть ли у людей в зелёном оружие, способное сносить не просто стены крепостей, но крепости целиком? И желательно подземные крепости, которые в последние века полюбили Тёмные…

— В истории Нового Рима было немало тяжёлых периодов, — рассудительно произнесла принцесса. — Но сейчас Империя — сильнейшее государство Ойкумены. Превосходство Новорима над всеми прочими странами неоспоримо. А как с этим обстоят дела у Федерации? Является ли она мировым гегемоном, как Империя?