2018: Далёкое Отечество (СИ) - Ким Сергей Александрович - Страница 26

— А что он сказал-то? — спросил Сергей. — Оскорбил или ещё…

— Не, нас с тобой узнал. Был среди тех, кого мы у ворот разбили… — осужденного двинул тупым концом копья стражник — не сильно, острастки ради, но тот с ухмылкой выкрикнул ещё что-то. — М! Так-так. А это уже интересно…

Эрин тоже перешла на уорг, попутно начав переводить разговор для Сергея.

— Эй, а я помню тебя! — сказал северянин. — Ты та чёрная фраваша, что дралась как одержимая. И мага в зелёном я тоже узнал. А почему не вы нас судили? В плен же вы нас взяли.

— Тебя судили по имперским законам, — ответила Эрин, с лёгким интересом разглядывая здоровяка и жестом останавливая стражника, что вознамерился отвесить болтуну ещё один удар. — Ты же наёмник — должен знать, что имперцы не судят по законам Севера.

— А я что? — пожал плечами северянин. — Старшой за нас договаривался — мне-то зачем в законы имперцев вникать?

— Молодец, чего я ещё могу сказать, — хмыкнула девушка. — Продолжай в том же духе и каторгой не ограничишься. Сколько тебе дали — лет семь?

— Все десять, — весело ухмыльнулся наёмник. — Слушай, фраваша… А ты выкупи меня. Если уж кому служить десять лет, то только тебе. Или магу этому.

Эрин холодно расхохоталась, нехорошо улыбнулась и шагнула вперёд. Её волосы словно бы всколыхнуло порывом ветра, хотя на рынке и стояло полнейшее безветрие.

— А не побоишься, северянин? Ты хоть знаешь с кем говоришь? Я — Эрин Меркурий, двенадцатый апостол богини смерти Эмрис. В твоих краях меня знают, как Соде но Сёдерхамн — Обрекающую-на-гибель. Всё ещё хочешь служить мне?

— Смеёшься, фраваша? — ничуть не смутился здоровяк. — Служить жуткой полубогине, что голыми руками разрывает врагов пополам? Хотя вот только мелкая ты больно… На севере каждый ребёнок знает, что Обрекающая-на-Гибель — это могучая воительница, ростом с двух меня и видом настолько грозная, что даже самый храбрый муж обделается от страха, увидев её.

— Надо бы наведаться на север, — озабоченно произнесла Эрин. — Всего пару веков не заглядывала, а эти акыны бородатые уже невесть что обо мне рассказывают.

— Но если ты действительно Соде но Сёдерхамн, то мне при тебе даже свиней пасти будет незазорно.

— Разведением свиней не занимаюсь, — усмехнулась девушка. — Что умеешь?

— Драться.

— Да это я уже поняла. Что конкретно умеешь?

— Могу драться один и в строю. Пешим — лучше, верхом — хуже. Владею копьём и мечом, топором большим и малым.

— Имя? Клан? Откуда родом?

— Ханвальд из клана Ширван. Земли клана — в Фемарне, к югу от Белых холмов.

— Эй, госпожа, — оживился ещё один осужденный — такой же здоровый, широкоплечий и бородатый, как и Ханвальд, но не блондинистый, а русоволосый. — Выкупи и меня!

— Да, госпожа, выкупи и Мергьорна! Каждый из нас стоит десятерых, а если нас двое — то мы и полусотню порубим!

— А ну тихо!.. — сурово прикрикнула на северян Эрин и обратилась уже к командиру стражников. — Уважаемый, а я могу купить пару варваров?

— Отчего нет? — пожал плечами тот. — Только бумаги заполним и можете забирать. Вам кого?..

Спустя полчаса Эрин Меркурий, расставшись с горстью золотых монет, стала счастливой обладательницей двух солидного вида пергаментных свитков с печатями и пары бородатых громил, на фоне которых Вяземский смотрелся тощим школьником, не говоря уже о самой жрице, которая северянам едва до середины груди дотягивала.

— Значит так, — деловито потёрла руки апостол. — Объяснять я буду только один раз — дальше начну рубить ненужные части тел. Если выясниться, что вам не нужны головы — их я срублю в первую очередь. Это понятно?

Северяне сосредоточенно кивнули.

— Хорошо. Теперь — что от вас требуется. Рабы мне без надобности — мне нужны хорошие бойцы, которых мне в случае чего будет не жаль. Слушаться меня беспрекословно: скажу умереть — умрёте, скажу танцевать — пуститесь в пляс, скажу цветы собирать — каждый по корзине принесёт. Обещаю много битв, славы и таких врагов, что о вас будут слагать песни поколениями. Человека рядом со мной видите? Его я тоже в ваши сюзерены вписала, он — мой товарищ и союзник. Кандалы с вас сейчас снимут, но без глупостей. И не пытайтесь бежать, обмануть или сломать мне шею во сне. Не умру и всё равно поймаю. А поймаю — будет худо. А я ведь поймаю. Когда четыре века назад с вашим Лонаром во плоти подралась, он убегал от меня, скуля как побитая шавка. Это тоже понятно?

Северяне кивнули ещё более сосредоточенно. Они явно верили Эрин, что когда-то она лично навесила неиллюзорных люлей какому-то местному чёрту.

— И уясните главное. Те, что служат мне, становятся героями. Рагард Железная Рука, Кир Среброволосый, Одноглазый Сьёрдшах… Вам, думаю, не нужно объяснять, кто это. Богатств не обещаю — когда тот же Сьёрдшах умер, у него даже погребальной рубахи не нашлось. Но зато его знали во всех двенадцати Эосах[2]. А что дурак и всё потратил бездарно — это уже не моя вина. Но вот кто пытается меня одурачить… — глаза жрицы нехорошо блеснули, а улыбка превратилась в оскал. — Как там в Долине умирающих скал? Те, кого я после Белой тризны в камень вплавила, ещё стонут?

— Стонут, госпожа, — хором ответили наёмники.

— Чудесно! — радостно воскликнула апостол. — Руки вперёд. Ниже наклонить.

Девушка обхватила тонкими пальцами массивные запястья варваров, закрыла глаза и что-то пробормотала. На тыльных сторонах ладоней северян тут же проявились замысловатые то ли знаки, то иероглифы чёрно-лилового цвета. Самое интересное в них было то, что они не были обычными татуировками, а словно бы перетекали из одного положения в другое, меняя свои очертания.

— Вот так-то, — жрица картинно отряхнула ладони. — После службы сниму. Если захотите или останетесь живы.

— Эрин, а всё-таки зачем тебе вдруг понадобилась пара этих ребят? — спросил Вяземский.

— А разве не очевидно?

Апостол повернулась спиной к северянам, каждый из которых был раза в три шире жрицы и на две головы выше.

— Я же гарант мирного соглашения! — уперев руки в боки, солидно заявила Эрин. — А у меня вид хоть и красивый, но не очень внушительный. У тебя есть сопровождение, у принцессы есть сопровождение… А я чем хуже?

К временной базе на окраине Илиона возвращались в несколько уменьшенном составе — Ливия осталась в городе, чтобы, по её словам, разыскать своего Учителя, который на почве встречи с коллегами мог пропасть даже несмотря на расположившиеся рядом иномировые артефакты.

Вяземский расшифровал это как то, что Полакс элементарно давит где-нибудь с коллегами по ремеслу кувшин-другой вина.

Пара приобретённых Эрин бойцов поездку на БТРе восприняли спокойно и без всяких криков о драконах, колдовстве и прочих демонах. Ну, железная повозка. Ну, сама движется. Возможно в другой ситуации они вели бы себя иначе, но сейчас-то рядом с ними была легендарная полубогиня, рядом с которой любые чудеса становились вполне нормальными и даже более того — ожидаемыми.

— Ты им доверяешь? — тихонько поинтересовался Сергей у жрицы по дороге.

— Северянам-то? — хмыкнула Эрин. — Договоры с их вождями обычно не стоят пергамента, на котором они написаны. Обдурить южанина для их купцов — занятие настолько же привычное, как для меня и тебя умывание. Но эти двое — воины, а выкупила я их фактически из рабства обратно на воинскую службу. С таким они никогда шутить не будут — для этого обычные северяне слишком честны. Обмануть врага — честь, обмануть того, кто протянул тебе руку помощи в трудный миг — страшное и несмываемое бесчестие. В этом плане их могут обойти только лесные фейри — те вообще патологически честны и обман ненавидят в принципе.

Ну, раз уж многомудрая апостол спокойна, то и старлею можно расслабиться. Но немного — самую чуточку. А словам о фейри он и вовсе не придал какого-либо существенного значения…

Зря.

Прибывшую на опорный пункт «гиену» встретил лично капитан Алымов, имеющий откровенно озадаченный вид.