Каждая мертвая мечта - Вегнер Роберт M - Страница 126

— А тебе многое известно о шаманах. Слышал о них в гильдии? Ты человек, полный неожиданностей, Желудь.

— Я? А ты? Откуда ты знал, что нечто поймало один из его духов? Твоя чародейка ни хрена не стоит, она не сумела бы такого почувствовать, а тогда — кто это сделал? А вот вторая девушка кажется слишком испуганной для нападения просто неких животных. Может, она знает о них нечто конкретное? Откуда она? Отчего твои люди не любят того чернобородого разбойника, который подле нее крутится? Ёлка вспоминал о Крысах… Отчего вы странствуете в сопровождении имперских шпионов и убийц? А?

Лейтенант смотрел спокойно, без выражения — словно сидел на самом неинтересном приеме на свете, слушая панегирики в честь нелюбимого хозяина. Был хорош.

— Не люблю людей, которые задают столько вопросов.

Ого, похоже, тут заканчивался долг Стражи перед ним за то, что он спас двух ее солдат. Но ведь речь и была как раз о том, чтобы установить эту границу.

— Да ты что? Ровно как и я, но мне кажется, что пока именно у тебя больше секретов. Повторю еще раз: не знаю, что это за твари и откуда взялись. Не знаю, отчего они на вас напали и почему похитили твоих людей.

Его удивила улыбка офицера. Дикая, с вызовом.

— А хочешь узнать?

Они нашли целых шесть спусков вниз, в темную, будто могила, пропасть под палубой. Три были замаскированы, причем довольно умело, но следы крови сбегающих тварей выдавали их положение. Три остались открыты, словно твари не сумели их затворить. Стражники же выбрали те, на которые им указали собаки, понюхавшие вещи исчезнувших. Казалось, что пойманных солдат затянули именно сюда.

Внизу находился большой зал добрых сорок футов в длину и ширину с дверьми в обеих концах. Твари выбрались наверх по чему-то вроде крутой винтовой лестницы, выстроенной посредине помещения. Это уж точно не было результатом работы клыков и когтей.

Вниз ушли сперва половина солдат и две собаки, которые сразу же принялись обнюхивать каждую дверь, а в это время Альтсин внимательно осматривал люк. Тот открывался наружу, а чтобы его затворить, хватало дернуть веревку, привязанную снизу. Таким фокусам можно обучить любую собаку — пусть даже средне сообразительную. Но ни одна собака не привязала бы веревку к люку. Даже чрезвычайно умелая.

— Чисто! — проорал снизу один из стражников. — Лосе взял след, господин лейтенант.

Офицер, наблюдавший за действиями Альтсина, склонился над дырой и крикнул:

— Показал только на одни двери?

— Так точно!

— Хорошо, Берф, заблокируй остальные — и идем дальше.

Ну, Горная Стража подходила к делам весьма методично. Никаких штурмов вслепую в глубину корабля, никакого бессмысленного геройства. Будь благословенна Мать, вся эта экспедиция не выглядела как удар безумцев, руководимых благородным идиотом.

Лейтенант, похоже, заметил выражение его лица.

— Что значит эта улыбка, Желудь? Нет, не говори. Ты нашел что-то интересное?

— Это, — Альтсин дернул веревку, привязанную к люку. — Видишь? Выглядит как морской узел, которые используются на побережье, но человеку не нужна веревка, чтобы затворить люк. Значит, кто-то привязал его специально для этих тварей.

— Давно?

— Ну, я не ясновидец. — Вор старался, чтобы голос его не прозвучал саркастически, но, похоже, у него не слишком-то получилось. — Веревка погрызена и измочалена, то есть ею пользовались часто. А завязали ли ее полгода назад или десять лет — этого уже, господин лейтенант, я не скажу.

— Понял. — Офицер наклонился над дырой. — Берф! Внизу могут оказаться люди. Враждебно настроенные.

— Понял. Двери заблокированы.

— Хорошо, спускаемся. Вторая и третья остаются прикрывать.

Татуированный десятник и еще один офицер, коренастый и заросший почти по брови, запротестовали.

— Это приказ. Контролируйте остальные дыры, заклиньте люки, чтобы оттуда ничего не вылезло и не отрезало нам путь. Оставляю с вами двух псов, может, теперь, когда они уже знают запах этих тварей, укажут на другие входы. Тогда знаете, что делать.

— Но…

— Андан, не сейчас. Присматривайте и за Крысами с Борехедом. Это приказ!

Не дожидаясь ответа, лейтенант скользнул в дыру. Альтсин вздохнул и отправился следом.

Спускались вглубь корабля вместе с парой десятков людей. Если лейтенант был прав и тварей осталось всего три-четыре десятка, то такого количества умелых в бою и готовых к стычке солдат должно бы хватить.

«Их и одного знающего магию придурка, который объял душу вреднейшего авендери за историю мира, — уколола его саркастическая мысль. — Не забывай об этом».

Вор спустился по винтовой лестнице, чуть касаясь ладонью поручней. Хотя прошло много лет, выглаженная прикосновением тысяч ладоней, украшенная узорами волн и рыб конструкция все еще поднималась закрученной спиралью. В свои лучшие времена, когда корабль вспарывал волны под полными парусами, это место выглядело прекрасным. Несмотря на нынешнюю черноту.

Этой черноты не было — подсказывали ему воспоминания Кулака Битв. В давние времена стены залов и коридоров выглядели разноцветными, яркими. Их не красили, поскольку основа корабля, черное дерево, было живым и краски причиняли ему боль, но украшали светлыми тканями и планками из мертвого дерева: сосны, бука, клена, дуба и многих других. А сейчас? Ткани исчезли — не то распавшись от старости, не то сгорев, а деревянные оклады содрали и, возможно, использовали как растопку — а может, сколотили из них плоты, когда остатки экипажа убегали с корабля.

А может, их растащили, когда корабль обрекли на изгнание.

Альтсин тряхнул головой, отгоняя как воспоминания, так и глупые догадки. Проклятие, надо бы сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас.

Зал был велик, а его черные стены, казалось, поглощали свет. И все же взгляд выискивал все новые и новые подробности. Внутри вор не замечал никакой мебели, три из четырех дверей были подперты кольями и клиньями, блокируя возможность их открыть, а за последними присматривали двое солдат с арбалетами в руках.

— За этой дверью — коридор, господин лейтенант. Я вижу только сорок локтей, потом поворот, — спокойно, не отводя взгляда от темного проема, отрапортовал один из наблюдавших. — Ничто не движется. Псы спокойны.

Зверь, сторожащий у ног стражника, только застриг ушами и махнул хвостом. Похоже, оба они были прекрасно вышколены. Офицер кивнул, поправил пояс.

— Хорошо. Входим. Четверо щитоносцев и два пса — вперед. Нур, возьмешь пару человек с арбалетами, будете их прикрывать. Берф, двух псов — в тыл. Обращайте внимание на стены, потолок и пол, не хочу неожиданности в виде замаскированной ловушки или тайных переходов.

— Так точно!

Солдаты коротко отсалютовали, все, за исключением тех, кто контролировал дверь. Лейтенант посмотрел на стоящих вокруг мужчин. Сжал губы.

— У нас сорок факелов. Если не найдем наших, прежде чем сожжем половину, — возвращаемся. Понятно?

— Так точно!

Альтсина немного удивило, что никто не протестовал.

— Хорошо! Четвертая и пятая — вперед! Не разделяться! Следить за собаками! А ты, чародей, — лив-Даравит обратился непосредственно к нему, — идешь со мной. И если время от времени станешь использовать магию — буду тебе благодарен. За любую помощь.

— Хорошо.

Вор занял место в строю сразу за группкой арбалетчиков, и они нырнули во тьму. Каждый четвертый солдат держал факел, но и так свет лишь едва разгонял мрак. К тому же коридор имел ширину в восемь футов, а потому четыре стражника со щитами перекрывали его полностью, и он не слишком-то видел, что происходит впереди.

— Это разумно?

— Что?

— Стрелки. Тут настолько тесно, что они станут бить в спины собственных людей.

Офицер вложил в рот свисток. Три резких звука разорвали воздух, и почти одновременно солдаты, идущие впереди, присели, сжавшись за щитами, а шестеро арбалетчиков за ними подняли оружие к щеке, ища цели.