Сбежавшая жена Черного дракона. Книга 3 (СИ) - Эванс Алисия - Страница 39

— Что вы делаете?! — вскричала я, пытаясь броситься на помощь, но тот, кто держал меня, не позволил сдвинуться с места. — Пустите его! Пустите!

К счастью, Арис оказался сильнее этих четверых и одного за другим уложил их на лопатки. Тут мой взгляд выхватил Крастора, что сидел за письменным столом и не знал, что делать. Он переводил растерянный взгляд с Ариса на слуг Императора, но вмешиваться не спешил.

Черный дракон выпрямился и повернулся ко мне с явным намерением свернуть шею тому, кто посмел меня коснуться. Именно в этот момент холодное лезвие кинжала коснулось моей шеи. Острый кончик уперся мне в сонную артерию, грозясь проткнуть её в любой момент.

— Арис, не делай глупостей, — спокойно произнес Крастор и встал. — Не вреди хотя бы ей.

— Вы арестованы за измену короне, — твердым голосом произнес дракон, державший меня и угрожавший кинжалом. — Поступил приказ поместить вас в императорскую темницу любым способом. Если вы не подчинитесь требованиям Императора, приказано вместо вас забрать вашу Шафат.

Арис в ярости сжал кулаки. Лицо его исказила такая страшная гримаса, что я даже я испугалась его в этот момент. Острие кинжала так сильно впилось в кожу, что проткнуло её. Тонкая струйка крови потекла по коже, испачкав воротник моей рубашки.

— Так, что? — спросил страж. — Решайте быстрее или я заберу её.

— Нет, — хриплым низким голосом произнес Арис. — Не надо. Я пойду.

Те драконы, которых он раскидал, уже почти пришли в себя и потихоньку вставали, отряхиваясь. Арис позволил одному из них надеть на свои руки некие магические путы. Едва коснувшись его кожи, они связали его запястья. Муж не сводил с меня пристального взгляда, а я не знала, что мне делать. Дракон убрал кинжал и разжал руки.

— Куда вы отведете его? — спросила я, но никто мне не ответил. Крастор тут же оказался рядом и протянул мне платок, чтобы я вытерла кровь и зажала порез..

— Маша, всё будет хорошо, — сказал Арис перед тем, как исчезнуть в портале. — Присмотри за ней, — произнес он, обращаясь к ректору. Секунда, и он вместе с императорскими прихвостнями растворился в воздухе.

— Что это значит? — не отойдя от шока, я набросилась на Крастора с вопросами. Мы остались в кабинете наедине, и я просто не знала, куда себя девать. Нужно куда-то бежать, что-то делать, искать, требовать. — Куда его увели? За что? Что с ним теперь сделают?

— Успокойся, — видя мое состояние, ректор попытался взять меня за руку, но я отбросила её. — Твоего мужа обвинили в измене короне, ко мне явились с требованием переадресовать ваш портал сюда. Я не мог отказать, пойми.

— В какой ещё измене?! Арис честный до мозга костей, он никого никогда не предаст! Что за глупости?! Что с ним теперь сделают? — вместо паники пришел ужас. Я смотрела много исторических сериалов, и там, как правило, после подобного обвинения людей пытали и казнили. — Я должна ему помочь, — прошептала себе под нос и бросилась к двери, но Крастор схватил меня за плечи и силой остановил.

— Приди в себя! — прикрикнул он и встряхнул меня. — Куда ты собралась?! У тебя идет кровь, — он взял платок из моих рук и приложил его к порезу на коже. — Маша, Аристарха забрали в императорскую темницу, что близ дворца. Там его допросят, а уже по итогам допроса будут решать, что с ним делать, — промокательными движениями он обрабатывал порез и говорил, стараясь успокоить меня.

— Его казнят? — мой голос сел. — Император специально всё подстроил в отместку за свое унижение. Он предъявит ему надуманное обвинение и казнит, прикрывшись законом. Крастор, молю, сделайте что-нибудь! Помогите ему.

— Я не думаю, что Император осмелится на такое, — нахмурился ректор, смотря на меня как на сумасшедшую. — Казнь Аристарха будет означать войну с Черным кланом, и у Золотых слишком велик шанс проиграть. В Черном клане сосредоточена огромная военная мощь, твой муж пользуется уважением, и его казнь будет означать свержение правящего клана.

— Что же с ним будет? — я представляла Ариса в темных застенках, связанного и безоружного. Даже если его не убьют, то ни о каком хорошем обращении не может быть и речи. Эти шакалы набросились на моего мужа, надеясь на эффект неожиданности здесь, при свидетелях. Что же с ним сделают в застенках…?

— Маша, никто не станет открыто вредить ему и уж точно не убьет, — Крастор усадил меня на диван и присел на корточки, смотря на меня снизу вверх. — Его допросят, возможно, посадят в темницу. Уверен, его заместители в Черном клане уже обо всем знают и спешат во дворец. Не переживай. Твой муж не какой-нибудь барон, его им не проглотить…так просто. Вот, выпей, — он протянул мне кружку с прозрачной жидкостью.

— Нет, не надо, — помотала головой я.

— Надо, надо, — настоял Крастор. — Аристарх сказал позаботиться о тебе, и я выполняю его просьбу. Это успокоительный отвар с ромашкой. Маша, на тебя смотреть больно, — проникновенно заявил он, посмотрев мне в глаза. — Выпей хоть немного.

— Нет, — отрезала я. Все мои мысли крутились вокруг Ариса, а в груди будто появилась огромная дыра. Несмотря на логичные доводы Крастора, я не могла успокоиться. — Где Кристофер? — вдруг вспомнила я о лучшем друге мужа. Если мне и нужно с кем-то пообщаться, то с ним. Если Крис ещё здесь, я смогу отравиться вместе с ним во дворец Ариса, Императора, да хоть к черту на рога! Я сделаю всё, чтобы мой муж освободился!

— Он покинул Академию ещё позавчера, — разочаровал меня ректор. — Маша, сегодня ты никуда не поедешь. Освобождением Аристарха займутся его люди и элита клана, но уж точно не ты.

— Я его жена! — почти выкрикнула в лицо Крастору. — И в такой момент не собираюсь сидеть, сложа руки! Я отправляюсь в Черный клан, откройте для меня портал.

— Нет! — Крастор резко встал и теперь нависал надо мной, словно скала. — Ты и шагу не сделаешь из Академии! Когда сражаются два клана, женщинам не место в этих разборках.

— Вы не имеете права удерживать меня здесь, — я тоже встала, но с моей стороны этот жест не был столь эффектным. — Я хочу покинуть Академию, так что уйдите с дороги! — эти слова я практически выкрикнула и уже развернулась, чтобы выйти и отправиться за Арисом, как вдруг ректор схватил меня за руку и рывком развернул к себе.

— Маша, прости меня, — прошептал он странным, практически интимным голосом, и коснулся указательным пальцем моего лба. Ощущение было такое, словно по голове ударили волновым оружием. Я пошатнулась, но смогла устоять на ногах. Ректор посмотрел на меня с интересом, и тут же последовал второй толчок в область лба, и вся комната растворилась в пустоте.

Я словно плыла по воде, растворялась в ней, была тихим ручейком, мерно плывущим в бесконечность. На какое-то время мне удалось забыться, но вскоре я вспомнила, кем являюсь. Это похоже на резкое пробуждение, но не в реальном мире, а в ином, потустороннем. Он всегда находился рядом, теперь я это понимаю, просто у меня не было сил преодолеть эту завесу, разделявшую нас.

Я оказалась посреди ромашкового поля. Вокруг, куда ни глянь, я видела эти бело-желтые цветы. Однако, стоило обернуться вокруг своей оси, как мой взгляд натолкнулся на молодую женщину метрах в десяти. Страха не было. Я была абсолютно уверена, что здесь мне ничего не грозит, я нахожусь в полной безопасности. Женщина смотрела на меня с ласковой улыбкой и вдруг распахнула руки для объятий. Я обернулась, пытаясь понять, есть ли здесь ещё кто-нибудь, кому может быть адресован этот жест. Странно, но мы здесь лишь вдвоем.

— Маша, — произнесла незнакомка с лучистым взглядом. Она начала медленно двигаться ко мне, и вскоре расстояние между нами сократилось до каких-то двух шагов. — Я твоя мама.

Мама?! От этого слова я вздрогнула всем телом, впившись взглядом в молодую девушку с золотистой косой. Она была одета в длинное платье белого цвета, юбка которого свободно ниспадала до самой земли и создавала небольшой шлейф. Я пристально всматривалась в её красивое лицо и вдруг вспомнила. В памяти воскресло детское размытое воспоминание о том, как я поранила коленку, разодрав её до крови, а она утешала меня, ласково гладила по голове, вытирала слезы и дула на рану. Помню, боль тогда резко исчезла, и я побежала дальше. Мама тогда улыбалась точно также, как сейчас. Я помню её улыбку…