Ангел-стажёр (СИ) - Буря Ирина - Страница 38

Эти его последние слова пробудили мое любопытство. Он явно произнес их из личного опыта, но какое отношение эти земные методики к нам имеют? Мы ведь сами определяем свою жизнь, как уверила меня женщина-Ангел.

С другой стороны, странный Ангел определенно мог рассказать мне о реальных психологических ситуациях, что было намного интереснее описанных в книгах случаев. И если он уже опять со мной общается, то можно понемногу разговорить его.

Я вспомнила, что в паре с терпением любопытство всегда было более эффективным, а теперь, когда им больше не мешает раздражение…

- Извините, - обратилась я к странному Ангелу на следующий день после занятия, - можно, я задержу Вас на минуту?

Он вопросительно глянул на меня.

- А что Вы имели в виду насчет управлять? - быстро спросила я, пока он не передумал.

- Все эти тесты направлены на выявление сильных и слабых сторон, - нехотя объяснил он. - На знании которых основываются методы контроля.

- На земле? - подтолкнула я его к воспоминаниям.

- Люди хотят, чтобы ими управляли, - поморщился он. - Это облегчает им жизнь.

- Почему Вы так думаете? - настаивала я.

- Посмотрите на количество психологов, - пожал он плечами.

- К сожалению, не могу, - покачала я головой. - Я ничего не помню.

- Тогда просто поверьте тому, - усмехнулся он, - кому пришлось сталкиваться с ними во всех возможных ситуациях.

- Почему пришлось? - тихо спросила я.

- Как я уже сказал, отличие от стандартных стереотипов поведения вызывает подозрительность и неприязнь. - Лицо его снова превратилось в невозмутимую маску.

В тот день я впервые с начала нового курса вышла в лес. Я вспомнила выводы женщины-Ангела о том, что в своей земной жизни я, очевидно, постоянно сталкивалась с принуждением и поэтому мое подсознание заблокировало эти воспоминания.

А почему тогда у странного Ангела не заблокировало? Мной, что, ежеминутно управляли, если пришлось все блокировать? Его слова о психологах вызвали у меня какую-то смутную реакцию, но вовсе не негативную. Я тоже с ними дело имела? Я сама на принуждение напрашивалась?

На следующий день я дождалась конца занятия со сдержанным нетерпением. И остановила странного Ангела со сдержанной настойчивостью.

- Извините еще раз, - начала я сдержанной скороговоркой, - мне нужно Вас спросить. Но если Вам мои расспросы неприятны, сразу скажите мне.

У него чуть шевельнулись мышцы лица, и я судорожно попыталась вспомнить трактовку этого движения. Ну, почему я всегда важные вещи не могу запомнить?

- Я Вас слушаю, - произнес, наконец, он, прищуриваясь.

- Как Вы думаете, почему люди хотят, чтобы ими управляли? - памятуя об осторожности, намеренно медленно спросила я.

Он какое-то время молчал - то ли споря с собой, то ли с силами собираясь, то ли слова подбирая. Я отдала любопытство под контроль терпения.

- Человечество все время ищет смысл жизни, - наконец заговорил он. - Безрезультатно. - Он снова помолчал, и добавил: - Потому что практикует изначально неправильный подход к этим поискам.

- Что Вы имеете в виду? - взбунтовалось любопытство.

- Люди постоянно ищут не смысл своей собственной жизни, - тряхнув головой, заговорил он быстрее, - а кого-то, кто бы показал, объяснил, определил его для них. Они читают труды философов и пытаются следовать их советам, они копируют великих и пытаются подражать преуспевшим. Но каждый человек уникален, у него не может быть повторов, что бы там ни говорили о реинкарнации.

Перед глазами у меня вдруг возник камень - такой, как возле входа в мой дворик, но намного больше и весь покрытый какой-то мохнатой растительностью. А это еще откуда взялось?

- Посмотрите на эти тесты, - неправильно истолковал мою озадаченность странный Ангел. - Каждый из них предлагает разделить всех людей на десяток, максимум два, групп. Таким образом, тысячи людей, родившихся в один день, или дюжина полных тезок, родившихся в один день, должны вести себя одинаково, даже если они родились в разных обстоятельствах и живут в разных условиях.

Интересно, колибри тоже все в один день родились, подумала я с внутренней усмешкой. А потом представила себе дюжину странных Ангелов, обдающих меня холодом из-за моей несдержанности. Или, еще лучше, встречающихся с дюжиной сумасшедших Ангелов в лесу и в моем присутствии. Словно заяц между двумя волками - опять непонятно откуда всплыла странная ассоциация. Нет-нет, нужно сосредоточиться, а то сейчас еще эта заколдованная вода мерещиться начнет.

- Но это невозможно, - правильно на этот раз понял мою реакцию странный Ангел. - Вернее, возможно только в том случае, если те черты личности, которые не вписываются в обозначенную для группы схему, будут подавлены. А из-за их подавления и возникают все человеческие конфликты. - Он снова помолчал. - И тут на сцену выступают психологи.

Если бы я не знала, что с Ангелом разговариваю, я была бы уверена, что в его голосе прозвучала откровенная неприязнь. Странно, но даже после всех его рассказов, сомневаться в искренности которых у меня не было ни малейших оснований, у меня это слово не вызвало никакого отторжения. Наоборот, оно вызвало у меня ассоциацию с последним шансом, который неожиданно привел к блестящим результатам. Шансом чего? Результатам в чем? Память глухо молчала.

- Нет-нет! - снова не угадал странный Ангел. - Психолог никогда не скажет, что намерен что-либо подавлять. Он просто подведет Вас - искусно, незаметно - к мысли, что все сложности в Вашей жизни проистекают из Вашего побуждения идти вразрез общепринятым правилам. Подавите последние Вы сами. Однако, ненадолго, после чего у Вас возникнут новые проблемы, и Вы вновь обратитесь к специалисту по их решению, и не успеете оглянуться, как окажется, что без него Вы уже не в состоянии принимать никакие решения.

- Вы не любите психологов? - полу-спросила, полу-заключила я.

- Я слишком много их видел, - опять скрылся он за своей непроницаемой стеной. - Обычно меня называли безнадежным случаем.

Размышляя над этим разговором, я вспомнила слова женщины-Ангела о неблагодарности человечества, проистекающей из вечной неудовлетворенности людей. Не знаю, в отличие от нее и странного Ангела, я не видела в этой неизменной человеческой неуспокоенности чего-то однозначно отрицательного. В конце концов, люди ведь сами сначала пытаются свои проблемы решить, а если не выходит, не отказываются совет послушать. Так, может, не нужно эту их черту в другие, заведомо неподходящие, руки отдавать? Может, это не психологов дело, а наше - помогать людям на земле искать их собственный, личный путь?

Я остановилась как вкопанная, пытаясь ухватить еще одну ускользающую мысль. Оглянулась по сторонам и едва разглядела наше здание среди деревьев. Ну вот, опять занесло - обещала же себе далеко не уходить!

И в этот самый момент та ускользающая мысль, смутное желание уйти куда-то приобрело совершенно четкие очертания. Не куда-то, а на землю - я должна вернуться на землю. Зачем? Помочь людям? Помочь звучало правильно. Кому? Вряд ли всем людям - одному даже Ангелу это не под силу. Кому?

Промучившись над этим вопросом до следующего дня, я решила вновь разговорить странного Ангела. Может, что-то в его словах натолкнет меня на ответ и на этот вопрос.

- А как Вы думаете, - спросила я уже без всяких прелюдий, как только закончилось занятие, - зачем нам эти тесты дали? Они же для людей.

- Неуправляемость нигде не приветствуется, - повторил он фразу, с которой возобновилось наше общение.

- Но ведь мы же уже не люди, - возразила я. - Мне … тогда … в самом начале совершенно недвусмысленно сказали, что отныне я сама буду выбирать, что делать в жизни.

Он несколько раз покивал.

- А я думаю, - произнес он наконец мне в тон, - что задание определить свой психотип и проанализировать его возникло не случайно. Я думаю, что когда придет момент определяться с нашим будущим, наш выбор будет ограничен неким количеством предложенных вариантов.