Ангел-стажёр (СИ) - Буря Ирина - Страница 23

Стоит ли удивляться, что он согласился с моей идеей о внутренней агрессивности человечества? Скорее, крайней жестокости, даже добавил он. Но дальше мы разошлись с ним во мнениях. Мне казалось, что наша задача как раз и заключается в том, чтобы помочь людям избавиться от этой нетерпимости - он считал это бесполезной затеей.

- Но ведь мы же откуда-то взялись! - возразила ему я. - Значит, есть среди них такие, которые даже на земле разделяют наши взгляды.

- А Вы обратили внимание на размер этой аудитории, - повел он вокруг себя рукой, - и на количество бывших людей, обучающихся в ней? Похоже, число тех, кто на это способен, решительно сокращается.

Я задумалась. Действительно, если агрессивность людей усиливается, то при менее строгом отборе появляется риск переноса ее в ангельскую жизнь.

И в серьезности такого риска я вновь убедилась буквально через несколько дней.

Поначалу мы с этим новым Ангелом парой фраз после занятий обменивались, но у меня дополнительные книги скоро закончились, а он в них и вовсе не нуждался, и мы стали задерживаться в аудитории, чтобы обменяться впечатлением от услышанного. А потом и своими соображениями по этому поводу. А потом и вообще своими мыслями.

Эти наши дискуссии тоже удостоились удивленных взглядов со стороны других студентов. Мне казалось, что я ощущаю эти взгляды даже после того, как наши соученики скрывались каждый в своей комнате. И не только я - мой собеседник тоже под ними ежился. Слишком тесное общение за пределами занятий у нас определенно не приветствовалось. Пригласить его к себе или самой к нему в гости напроситься мне даже в голову не пришло - это вообще выходило за рамки мыслимого.

И тут я вспомнила тишину и покой леса-парка-сада. До появления того ненормального Ангела, конечно. Но он уже наверняка отправился дальше свою пропажу искать, успокоила себя я. Или его куда-нибудь отправили … от агрессии избавляться.

- А Вы никогда не пробовали за пределы нашей территории выйти? - в конце концов, решилась я однажды.

- Зачем? - снова удивился странный Ангел.

Во мне опять вскинулось любопытство. А вот терпение от него отстало.

- А что Вы вообще у себя делаете? - выпалила я, не успев подумать, и смутившись, добавила: - Заниматься ведь Вам не нужно, Вы и так все знаете.

- У меня на лужайке отличный набор тренажеров, - чуть ли не впервые заметно оживился он.

Я нахмурилась, отчаянно теребя память. Но не получила ни объяснений, ни образов - только отчетливое ощущение чего-то крайне неприятного.

- Ради незаметности мне пришлось и от крепкого сложения отказаться, - вдруг услышала я совсем не то объяснение, которое искала. - Вот теперь восстанавливаю форму, чтобы она с содержанием в гармонии оставалась, - с легкой насмешкой добавил необычный Ангел, явно в ответ на еще большее недоумение у меня на лице.

Странно, для меня гармония с тренажерами никак не сочеталась. У меня это только что и впервые прозвучавшее слово мгновенно вызвало совершенно другой образ. Долгая неспешная прогулка по тропинкам среди деревьев, под дождем и в разговорах с … кем-то. А что такое дождь?

Это когда вода падает с неба, крупными или мелкими каплями, а также .., радостно затараторила память, стараясь реабилитироваться. Спасибо, резко одернула я ее, воды не надо. Прямо хоть запрос завтра пиши, нельзя ли здесь где-то эту воду найти, чтобы посмотреть, что в ней такого, что она мне все время на ум приходит!

Впрочем, все остальные элементы моего образа гармонии были у меня под рукой. А ходьба, судя по присутствию бегущего мостика в моем дворике, тоже тренажером считается. Так я странному Ангелу и сказала.

Он недоверчиво вскинул бесцветные брови, но согласился попробовать.

Как только мы выбрались из моего дворика, я сразу почувствовала, как мне не хватало все это время этого простора. Широко улыбнувшись, я радостно оглянулась по сторонам - вот и голубоватый камень на месте! Мой спутник тоже осматривал окрестности - с настороженным интересом.

- А как Вы нашли выход сюда? - спросил он, когда мы направились к деревьям.

- Случайно, - рассмеялась я, вспомнив свои приключения. - И сначала я вдоль ограды ходила, но колибри на меня смотрели как на…

- Кто? - спросил он, останавливаясь.

Я охнула. Нет, мне не только с раздражением, мне и бурной радостью бороться придется, если они на меня одинаково действуют! Ведь дала же себе слово даже в мыслях никого больше не обзывать, а тут вслух…

- Не обращайте внимания, - смущенно пробормотала я. - Со мной иногда случается - я иногда, очень иногда, Ангелам другие … дополнительные имена придумываю. Вернее, как-то само собой придумывается. Чтобы различать их.

- Так кто такие колибри? - прищурился он.

- Другие студенты, - неловко буркнула я.

Он издал какой-то странный звук и снова тронулся в путь.

- А Вы знаете, - проговорил он задумчиво через несколько мгновений, - это Вы очень точно подметили. Меня вообще удивляет, как они сюда попали. Типичные представители рода человеческого - могут существовать только в стае, а за ее пределами словно в пространстве растворяются. А как Вы преподавателя назвали? - тут же спросил он, не дав мне возразить.

- Индюк, - ответила я, чуть приободрившись от неожиданного комплимента.

Необычный Ангел рассмеялся - у него и смех необычным был, таким же прозрачным, как и он сам.

- Еще точнее! - ободрительно кивнул он. - А меня?

Разумеется, в памяти у меня тут же всплыло слово, которым я назвала его всего один раз при нашей первой встрече. Я уже открыла было рот, чтобы сказать, что не помню, но память мгновенно метнула в меня еще одним словом - «ложь», и я мысленно поежилась. Это слово вызвало у меня полное отторжение.

- Вы только не обижайтесь, - неловко проговорила я. - Я Вас тогда еще совсем не знала…

Он молча смотрел на меня со странным выражением на лице.

- Тень, - со вздохом призналась я.

Он чуть склонил голову набок, словно вслушиваясь в это слово.

- Интересно, - произнес он наконец. - Опять в точку. Мне нравится это имя, я бы сам лучше не придумал. Да у Вас просто талант - Вы не против и дальше меня так называть?

Я отчаянно замотала головой, окончательно смутившись от нежданной похвалы.

- А как Вы себя называете? - вдруг снова спросил он, прищурившись.

Теперь остановилась я. Никак. Себя я никак не называю. Почему? И в зеркало себя каждый день вижу, а никаких ассоциаций не возникает. Неужели во мне вообще ничего нет, что хоть как-то определить можно?

Я вдруг вспомнила, что тот сумасшедший Ангел называл меня каким-то именем. Я даже не запомнила его. В этом, наверно, была еще одна причина моего раздражения. Я ведь никому не навязываю те названия, что мне в голову приходят, так с какой стати мне имя присваивать, меня не спросив?

Он появился, словно только и ждал того момента, когда я о нем вспомню. Этот сумасшедший. Ступил из-за дерева на дорожку в нескольких шагах перед нами, и меня снова обдало волной агрессии. Концентрированной. Словно он ее копил все то время, пока я в лес-парк-сад не выходила.

Хотя нет. Он стоял там, молча, неподвижно, уставившись тяжелым взглядом не на меня, а на моего спутника. Тот тоже замер - до такой степени, что словно слился с окружающим миром - опустив глаза и вжав голову в плечи.

- Давайте пойдем домой, - негромко сказала я ему, осторожно дотрагиваясь до его руки и косясь в сторону источника агрессии. - Придем в другой раз, когда здесь будет спокойнее.

Краем глаза я заметила, что сумасшедший Ангел исчез. Он просто исчез. Не ступил назад за дерево, не скрылся за другим - в какой-то момент его просто не стало. Нервно стреляя глазами по сторонам, я нетерпеливо дернула своего спутника за рукав.

- Да, - отозвался он, развернулся одним деревянным движением и такими же шагами пошел к нашему зданию. На все мои попытки разговорить его он отвечал сухо и односложно.

Когда мы добрались до изгороди, он сказал мне, что поищет выход из своего дворика и тут же пошел вдоль кустарника, даже не кивнув мне на прощание.