Ангел-стажёр (СИ) - Буря Ирина - Страница 154

Естественно, тайник оказался у края поваленного дерева, противоположного тому, с которой я начала поиски. Еще естественнее тайник оказался пустым. Старательно обшарив наощупь всю внутренность невидимого чемоданчика, я опустилась с корточек на землю и, разочарованно выдохнув, привались спиной к стволу, пытаясь понять, что же я надеялась там найти.

- Честно говоря, - раздался у меня за спиной негромкий голос, - я даже не смел надеяться, что он показал Вам это место.

Первой у меня мелькнула мысль: «Значит, они все же узнали про тайник!». Но мелькнула эта мысль, как в замедленной съемке: руки за это время успели ощупать на земле все, что под ними оказалось, и правая наткнулась на шишку.

- Ой, тут такие шишки везде интересные! - жизнерадостно затараторила я, вскарабкиваясь на ноги и поворачиваясь.

Передо мной стоял с восхищенной улыбкой темный Винни.

О Господи, пронеслось у меня в голове с куда большей скоростью, ну надо же было именно на него нарваться - в нынешней-то ситуации!

- А эта так вообще, - продолжил работать мой язык почти без остановки, словно по своей собственной воле, - я думала, что ежик под деревом застрял - еле вытащила! - Я сунула шишку ему под нос в качестве доказательства.

- Не нужно! - Винни отшатнулся и выставил перед собой руки ладонями вперед. - Пришел я с помощью и миром - не нужно так меня встречать!

- А о ком это Вы тут говорили? - Я раскрыла глаза как можно шире и старательно захлопала ими.

- Мне действительно интересно, - проговорил Винни, заложив руки за спину и покачиваясь с пятки на носок, - это Вы у него научились швыряться предметами, не глядя, или это он у вас на земле такими привычками обзавелся?

- Кто - он? - Я даже нос сморщила, изображая усердное размышление.

- Дорогая Татьяна, - возвел Винни глаза к небу, - есть только один он, о котором с момента задержания Анатолия говорят все в его окружении. А у меня, в частности, есть прямое поручение к Вам от него.

- Какое поручение? - На этот раз я нахмурилась совершенно искренне.

- Во-первых, установить с Вами мысленный контакт, - глазом не моргнув, сообщил мне Винни, - и, во-вторых, предложить Вам убежище у нас, пока он не вернется.

Ага, ну да, и Макс тоже ни с того, ни с сего в гостеприимстве упражняться начал! Вот недаром мой ангел столько лет мне об их коварстве рассказывал - сразу переманить меня не удалось, так дождались, чтобы я растерялась. Как им кажется.

- И как же он передал Вам это поручение? - саркастически усмехнулась я.

- У нас с ним давно мысленная связь установлена, - удивленно посмотрел на меня Винни.

А вот если это правда, то моему ангелу лучше какое-то время не возвращаться. Столько лет он постоянно твердил мне о коварстве темных, а сам что? Значит, его арестовывают за преступные контакты с врагами человеческого рода, а мне его опять ждать? Хотя … кто сказал, что это правда?

- Почему я должна Вам верить? - прямо спросила я Винни.

- Хорошо, - вздохнул он. - Вам знакомо понятие трансляции?

Я озадаченно качнула головой.

- Мы можем передавать друг другу мысленные образы, - объяснил он. - Или отдельные мысли. Насколько мне известно, наш дорогой Макс демонстрировал вам с Анатолием, как это делается.

О Господи, мы ведь действительно еще и с Максом втайне от всех встречались, даже от Стаса! Неужели и это они моему ангелу в счет вставили? Это уже вообще свинство - с Максом мы на земле тысячу раз общались, и никого это тогда не волновало!

Немедленно всплывшая у меня в памяти сцена, в которой Макс показывал нам, как ставить мысленный блок, вдруг резко сменилась другой. Это было то же место у поваленного дерева, но виделось оно под другим углом - словно я, сама не заметив, рухнула перед этим деревом на колени. И в новой сцене звучали голоса.

Это были несомненно мой ангел и Винни, но тембр у обоих был какой-то механический, словно я их с диктофона слушала. Эта странность, однако, оказалась мимолетной - когда я расслышала, о чем именно они говорят.

Так-так-так, а вот теперь моему ангелу лучше вообще не возвращаться. Преступные контакты с врагами человеческого рода у меня за спиной? Этот небожитель еще и дрался здесь с кем-то? Найти для меня место, о котором он не знает - да как же он меня искать в нем будет? Меня должны забрать? Как посылку, что ли, в этом тайнике?

Картина перед моим мысленным взором исчезла, словно занавес резко опустился.

- Что там дальше было? - возмутилась я.

- Больше ничего, - уверил меня Винни.

Ну да, конечно, так я и поверила! После всего, что, как выяснилось, мой ангел от меня скрывал? Точно договорились, что мне показывать, а что - нет!

- Вы, что, блок поставили? - прищурилась я.

- Зачем? - несказанно удивился Винни.

- А почему я больше ничего не вижу? - настаивала я.

- Как я уже сказал, - снисходительно улыбнулся он, - мы можем показывать образы - исключительно добровольно. Проникновение в чужие мысли называется сканированием, и этим умением наш Творец наделил только нас - в виде компенсации, так сказать, за лишение других прав. А, да, - поморщившись, добавил он, -  еще и чистильщиков памяти, но им для этого требуется ввести свою жертву в особый вид транса.

Я поежилась, но категорически отказалась следовать его отвлекающему маневру. Ну-ну, где-то я уже слышала про невозможное!

Потряся головой, я отключилась от окружающего меня вида и попробовала восстановить в памяти тот занавес, который отрезал от меня видение с голосом моего ангела. Занавес этот был не сплошной, однотонный, весь в складках, как в театре, а скорее напоминал ширму, расписанную затейливым узором: линии, загогулины, квадраты, ромбы, круги, спирали - и все разных цветов. У меня в глазах запестрело, как в тот недолгий, к счастью, период, когда Франсуа увлекся восточными мотивами в своей новой коллекции ковров и гардин.

Стоп, а если это не ширма, красками расписанная, а ковер - как их на востоке плетут: каждая нитка не обрывается, а переходит из одного элемента узора в другой? Вот оранжевые детали то там, то здесь видны, но если только к ним присмотреться, то они свой рисунок формируют и наверняка с обратной стороны ковра соединены…

Фу, какой неприятный оранжевый цвет: не теплый и сочный, а едкий, неоновый какой-то, колючий, агрессивный…

- Это Вы на кого-то нападать собрались или на себя атаки ждете? - рассеянно спросила я, водя глазами по ярким линиям и пытаясь понять, что за рисунок из них складывается.

Ковер перед моими глазами ожил: линии зазмеились, круги начали сплющиваться в овалы, ромбы выпрямляться в квадраты, и я тут же потеряла свою нить Ариадны. Тяжело отдуваясь, я отвела глаза от узора, превратившегося в клубок разноцветных и невероятно шустрых змеек, и наткнулась ими на пристальный взгляд Винни.

- Дорогая Татьяна, - произнес он без тени своей обычной дурашливой улыбки, - я ответственно заявляю Вам, что Ваше место - у нас в отделе.

- Мое место там, где Анатолий, - не менее твердо ответила ему я. - А где наше место, мы будем решать вместе с ним, когда он вернется. И этот вопрос я больше обсуждать не буду.

- Хорошо, - снова вздохнул Винни, - давайте хотя бы установим перемычку.

- Зачем? - отступила я от него на шаг. - Чтобы Вы меня издалека … сканировали?

- Вот я бы не сказал, что это и вблизи легко сделать, - Винни закатил глаза, как гурман от соблазнительного запаха. - У Вас мысли носятся, как стрижи, ошалевшие от нашествия мошек.

- Спасибо, - с достоинством кивнула я. - И все же - зачем?

- Это предложение Анатолия, - напомнил мне он. - На самый крайний случай. Для Вас крайний.

- Ну, разве что при том условии, что он таковым и останется, - предупредила я его.

- Татьяна, Вы знаете, - хитро прищурился он, - само Ваше существование превращает мой чисто научный интерес к маскировке инвертации в азартнейшую игру.

- Успехов! - пожелала я ему. - Что для этой перемычки-то нужно?

- Общее воспоминание, неизвестное больше никому, - с готовностью пояснил он. - Помните то место, в котором мы с Вами случайно встретились?