Ангел-стажёр (СИ) - Буря Ирина - Страница 105

У аналитиков я оказался наблюдателем за новичками и шпионом Стаса.

У своих - гостем, оставшимся в глубине души хранителем, и конспиратором, ведущим подрывную деятельность.

У Стаса - внештатным засланным казачком и карманными курсами повышения квалификации.

У темного гения - источником развлечения и лазейкой в светлое сообщество.

У Тени - энциклопедией ангельской жизни и персональным целителем.

У Татьяны…

Я всегда хотел быть только ее хранителем. И на земле, и в вечной жизни. Оберегать ее, направлять, подстраховывать. Но возвращаясь к ней после нашего первого расставания в родных пенатах, я впервые задумался о том, какую судьбу уготовили ей отцы-архангелы - снабдив ее таким букетом талантов, а меня - такой горой работы.

Глава 13. Растворение

Когда мой ангел мрачно сообщил мне об индивидуальной программе подготовки в подразделении Стаса, я не на шутку перепугалась. На земле он ни разу не упоминал ни о каком особом подходе к новеньким, и ко мне тут же вернулись мои старые страхи - что будет, если я им не подойду?

На земле мой ангел всегда небрежно отмахивался от этого моего вопроса, намекая на свое влияние, а сейчас больше ни слова не добавил и даже мысленно, казалось, от меня отстранился. Из своего человеческого опыта я твердо усвоила, что в глухое молчание он замыкается только тогда, когда хвастаться нечем.

Всю ночь в голове у меня ходили по кругу одни и те же мысли. Неужели, когда он сдавал начальству отчет, ему сообщили, что я не гожусь для полноценной работы ни в одном подразделении? Они же ангелы - неужели для них физическая форма важнее других способностей? Неужели эта чертова физкультура мне и вечную жизнь испортит?

На следующий день мы отправились на занятия все в том же молчании. Мой ангел искоса поглядывал на меня - я делала вид, что ничего не замечаю. Даже мысленный блок поставила. Очень не хотелось услышать подтверждение своих страхов.

Павильон Стаса оказался организованным совсем иначе, чем у хранителей. Там не обнаружилось ни маленького помещения для вводных лекций, ни большого для тренировок - входная дверь сразу открылась в бесконечный, казалось, коридор с дверьми по обе стороны. Судя по тому, что количество их справа и слева не совпадало и никакого порядка в их расположении не было, вели они в помещения разного размера.

Без вступительной лекции, впрочем, не обошлось, но она оказалась очень короткой. Наверно, инструкторам тоже было неудобно толпиться со всеми нами в коридоре. Говорил один из них - короткими, отрывистыми фразами.

Служба внешней охраны противостоит нападкам на ангельское сообщество (не уточняя, чьим).

А также привлекает к ответственности людей, неподвластных человеческим законам (не уточняя, за что).

Основу проводимых операций составляет командная работа (не уточняя, где).

Которая зиждется на слаженности и дисциплине.

На этом вводная речь закончилась - вообще больше ничего не уточняя.

Все это время остальные инструкторы молча рассматривали нас чуть прищуренными глазами и с одинаковым каменным выражением на лице. Не знаю, как остальным - мне было очень неуютно под этими взглядами.

После того, как оратор замолчал, они подошли к нам, и каждый ткнул пальцем в двоих-троих моих соучеников и кивком велел следовать за собой. Все также молча.

Меня проигнорировали. Я растерянно смотрела вслед оробевшим избранным, буквально на цыпочках торопящихся за своими инструкторами и скрывающимися за дверьми. Глянув через плечо на моего ангела, я отнюдь не почувствовала себя лучше - у него челюсть вперед выдвинулась и желваки играли. Проследив за его взглядом, я увидела, что с нами в коридоре остался только один инструктор - тот, который речь говорил.

Он уже подходил ко мне - я невольно сделала шаг назад и услышала негромкое «Спокойно, Татьяна, я здесь».

Инструктор остановился в шаге от меня. Приободренная поддержкой моего ангела, я вскинула подбородок. Вот пусть только попробует в меня пальцем ткнуть! Теперь, без толпы в этом коридоре, я вполне успею за моего ангела спрятаться. После того как свой палец вскину.

- Давайте пройдем, пожалуйста, - негромко произнес инструктор, не двигаясь с места.

- Куда? - с опаской спросила я.

Он молча указал мне на ближайшую справа дверь. Я мелкими шажками направилась к ней и с облегчением услышала легкий топот двух пар ног позади себя.

Который стих, как только я открыла дверь и переступила порог совершенно обычной с виду рабочей комнаты с несколькими столами и стульями.

- Распоряжения на Ваше присутствие не поступало, - послышалось у меня за спиной. Тихо, но твердо.

Я резко обернулась.

- Мое присутствие согласовано на самом верху, - процедил мой ангел сквозь зубы, сверля инструктора взглядом.

- На занятиях групп, а не на индивидуальных, - отпарировал тот, и без дальнейших разговоров захлопнул дверь прямо в лицо моему ангелу.

- Присаживайтесь, пожалуйста, - произнес он совершенно другим тоном, поворачиваясь ко мне.

Я осталась стоять. Я даже Марине никогда не спускала щелчки по носу моего ангела. И даже руководство их ангельское на землю приглашала, когда внештатники за моим ангелом пришли. И ничего - встретились, общий язык нашли, все на месте выяснили. А к этим на индивидуальный курс я и подавно не напрашивалась. Не заставят. Или заставят? -  непрошено мелькнула мысль о репутации Стаса и его подразделения.

- Будьте любезны объяснить мне, - бросилась я, как в омут, решительно отогнав эту мысль, - в чем будет заключаться моя подготовка и почему наблюдающему запрещено на ней присутствовать?

- Да не запрещено, - досадливо мотнул головой инструктор, со вздохом садясь за стол, - а чтобы внимание не привлекать. Хватит того, что Вы будете не с группой, а отдельно заниматься.

- Чем? - повторила я свой первый вопрос.

- А это правда, - уставился он на меня немигающим взглядом, - что Вы инвертацию раскололи?

- Ну, допустим, - растерялась я.

Он расплылся в широчайшей улыбке. Которая мгновенно преобразила его лицо. С таким лицом ребенок находит подарки под елкой, убеждаясь в существовании Деда Мороза.

- Так это не мы Вас учить будем, а Вы нас, - нетерпеливо повел он рукой в сторону стола напротив своего. - И Ваш наблюдающий об этом знает. Не понимаю я, чего он в бутылку полез - все же обсудили, вроде.

Я села, чтобы побыстрее начать это обучение. И потом воссоединиться с моим ангелом. И выяснить у него, с кем именно он все обсудил и почему не включил в их число меня. Вспомнив свои ночные кошмары, я решила инвертироваться перед тем, как задавать ему свои вопросы.

Обучение, однако, затянулось. И слушал меня этот инструктор внимательно, и вопросы толковые задавал, и старался изо всех сил - но стоило мне инвертироваться и отойти от него, как он тут же меня терял.

Я ничего не понимала. Почему тогда со Стасом и Максом, да и с темным тем, все так быстро получилось? Потом я вспомнила вступительную речь инструктора. Особенно ее последнюю часть.

- Значит, так, - решительно заявила я, в очередной раз переходя в видимость у него за спиной, - расскажите-ка мне, каким образом Вы ощущаете ангелов?

- Это еще зачем? - насупился он, дернувшись при звуке моего голоса.

- Затем, что Вы к этому ощущению уже привыкли, - объяснила я, - и не можете модифицировать его. Нужен взгляд со стороны.

- Я дрожь в том месте вижу, - буркнул он, неловко отводя в сторону взгляд.

- Воздух дрожит? - уточнила я.

- Нет, вроде, как легкое землетрясение, - окончательно смешался он.

- А ну, представьте себя в центре этого землетрясения, - предложила ему я. - Вроде, как Вы не смотрите на него со стороны, а прямо на том месте стоите.

У инструктора опять ничего не вышло. Он пожал плечами, закрыл глаза, страдальчески сморщился, весь напрягся - и через несколько мгновений откинулся на спинку стула, отдуваясь и безнадежно махнув рукой.

Я поняла, что просто говорить о привычных ему ощущениях недостаточно - нужно делать это в привычных ему выражениях.