Завещание (ЛП) - Эшли Кристен - Страница 58

— Верно, — пробормотал он.

Я сменила тему.

— А как ты? Все хорошо?

— Ты меня знаешь, — ответил он.

Это означало, что он много работал, много общался, и я не спрашивала, но, вероятно, его последняя любовница в какой-то момент присоединилась к нему в Италии, и поэтому он много был занят и кое-чем еще.

— Ты скоро едешь в Париж, — заметила я.

— Да.

— Как работает Дэниел?

— Он не ты, — сказал Генри, не давая конкретного ответа, хотя то, что он сказал, было правдой.

— Действительно, — согласилась я, как раз когда зазвонил домашний телефон.

Я посмотрела на него, поставила кружку с кофе, подошла к нему и спросила:

— Можешь повисеть немного на линии. Бабушкин телефон звонит.

— Конечно, милая, — ответил он.

— Возможно, это займет всего секунду, — заверила я его. — Я скоро.

— Я буду здесь, — сказал он со странной смесью мягкости, глубины и твердости, которую я никогда раньше не слышала.

Однако мои мысли были не о Генри, а о звонящем телефоне, поэтому я не стала об этом думать, отняла мобильник от уха и схватила телефон с подставки на стене.

— Лавандовый Дом.

— Джозефина?

Это был Арнольд Уивер.

Я почувствовала, как мое сердце сжалось, потому что звонок от мистера Уивера мог означать все, что угодно, и отчасти это «все» могло быть очень плохой новостью, и я выдавила:

— Мистер Уивер. Как поживаете?

— Арни, Джозефина, я все время говорю тебе, пожалуйста, зови меня Арни.

— Конечно, — пробормотала я.

— Слушай, я позвонил детям, и они все приедут в эти выходные, так что у Элизы будет довольно много гостей.

Я не восприняла это как хорошую новость.

Я также поняла, о чем он говорил.

— Хорошо, — тихо сказала я. — Наслаждайтесь с Элизой пребыванием ваших детей дома.

— Спасибо, Джозефина. Я позвоню тебе, если… — он сделал паузу, и она была долгой, прежде чем он продолжил. — Я позвоню тебе позже. Скорее всего, я не буду ходить в офис в течение некоторого времени, так что по утрам занимайся своими делами.

Это я тоже понимала.

— Конечно. Буду ждать вашего звонка. Пожалуйста, передайте Элизе привет.

— Я так и сделаю. Наслаждайся выходными, Джозефина, — сказал он мне, и я услышала в его голосе, что не зависимо от приезда его детей, он не будет делать того же.

И все же я пожелала ему:

— Вы тоже, Арни.

— Береги себя, Джозефина, и… — еще одна многозначительная пауза. — …Спасибо. Элиза с нетерпением ждет твоих визитов. Просто с детьми и внуками… — он замолчал.

Я поспешила его заверить:

— Я понимаю. Скоро увидимся.

— Увидимся. До свидания, Джозефина.

— Берегите себя, Арни.

Он отключился, и я положила телефон обратно на рычаг, думая, что мне нужно поговорить с Джейком.

Немедленно.

Мне это было нужно, потому что я знала, Элиза угасает и это происходит быстро. Я понимала, Арни позвал к ней детей, потому что времени оставалось мало и потому оно было драгоценным. Я понимала, что он готовится. И понимала, что мне тоже нужно готовиться, и как бы безумно это ни звучало, я понимала, что лучший способ сделать это — услышать голос Джейка.

Увы, я не могла свалить на него эту информацию. Я очень мало знала о том, что должен делать боксер, чтобы подготовиться к бою, но я не думала, что для него было бы хорошо знать, что умирающая женщина приближается к своему часу, даже если он не был с ней знаком.

Я услышала, как Генри зовет меня из моего мобильного, и моя голова слегка дернулась.

Совсем забыла, что он на линии.

Я поднесла телефон к уху.

— Генри.

— Все в порядке? — спросил он.

Мне не хотелось рассказывать ему об Элизе. Мне не нужны были его заверения, его сострадание, его внимательность, его забота, все то, что он мог бы мне дать. Это я хотела взять у Джейка.

— Э-э… да, — соврала я. — Просто звонил бабушкин друг. — К счастью, это не было ложью. — Послушай, мне пора. Я все еще в ночной рубашке, а у меня есть парочка дел, которые нужно сегодня выполнить.

— Хорошо, дорогая, — ответил он, а потом как-то странно спросил: — Ты все выходные проведешь в Лавандовом Доме?

— Конечно, Генри. Где же еще? — ответила я.

Конечно, я буду здесь (в основном), когда не буду наблюдать, как Джейк (и Микки) дерутся на ринге.

Однако я этого не сказала.

— Просто уточняю, — пробормотал он громче, — поговорим позже.

— Ладно, Генри. Поговорим завтра.

— Обязательно. Пока, милая.

— До свидания, Генри.

Не дождавшись, чтобы он отключился первым, я сделала это сама и сразу же стала искать в списке телефон Джейка и набрала номер.

Раздалось два гудка, прежде чем он ответил:

— Лисичка.

Я вздохнула и поздоровалась:

— Привет, Джейк.

— Как твое утро? — спросил он.

— Восхитительно, — солгала я. — Как поживают Эмбер и Коннер?

— Кон еще не встал, — сказал он мне. — Он отвез Элли, а потом они разговаривали по телефону, наверное, до двух часов ночи. Эмбер, кажется, в порядке, и это может быть связано с тем, что я разрешил ночевку сегодня вечером у Тейлора.

— Парня или девушки? — спросила я.

— Парня и самое главное, его косметика лучше всего подходит для их дуракаваляния. У девушки Тейлор лучший гардероб, но не размера Эмбер, так что это не так весело.

— А-а, — пробормотала я с улыбкой в голосе, она появилась и на моих губах.

— Ты поэтому позвонила? — спросил он.

— Эм… нет… да, — ответила я.

Его голос стал ниже и более ласковым, когда он спросил:

— Почему ты позвонила, детка?

— Ну, я просто хотела сказать тебе… не знаю. Что вы говорите кому-нибудь перед боем? Наверное, не говорите «Сломай ногу!». (Прим. переводчика: Выражение «Break a leg!» дословно переводится «Сломай ногу!», но это образное выражение, означающее пожелание удачи).

Я услышала его смешок.

— Нет. Такого мы не говорим.

— Ну, что бы вы ни говорили, я хотела сказать именно это.

— Надери ему зад, размажь его, выруби, уложи его… все как обычно, — сказал он мне.

— Тогда, сделай все это, — подбодрила я.

Я услышала еще один смешок, прежде чем он сказал:

— «Удачи» тоже пойдет.

— Тогда удачи тебе, — сказала я.

— Не может не быть удачи, если ты будешь сидеть у ринга и смотреть, как я дерусь.

Я моргнула, глядя на телефон на стене, от его слов меня охватило тепло. И когда оно распространилось по мне, я поняла, что как бы сильно мне оно не нравилось, я начинала желать, чтобы оно было немного менее замечательным.

Джейк был таким замечательным, что мне было трудно не притворяться, что я живу в мире, где могла бы испытать насколько замечательным я на самом деле хотела его видеть. Он, казалось, не возражал против моего молчания, потому что продолжал допытываться:

— Ты сегодня утром идешь к Уиверам?

— Ну, эм…

Чтоб меня! Почему мне было трудно уклониться от ответа?

— Арни звонил сегодня утром и просил меня не приходить. Его дети приезжают в эти выходные, так что у Элизы уже есть большая компания, и сомневаюсь, что Арни захочет пойти в офис, — объявила я.

Это было встречено молчанием. Потом я услышала:

— Черт.

Он понял причину визита детей Уиверов.

— Прости, Джейк, — тихо сказала я. — Я не хотела тебе говорить. Не хотела отвлекать от сегодняшнего боя такими новостями. Понимаю, ты с ними не знаком, но ты беспокоишься обо мне и…

Он прервал меня.

— Несмотря ни на что, детка, что бы ни было у тебя на уме, ты должна это отпустить, рассказать мне. Плевать, пусть мой бой будет хоть с Холифилдом, я хочу знать. (Прим. переводчика: Эвандер Холифилд — американский боксёр-профессионал, абсолютный чемпион мира в тяжёлом весе).

Да, было бы намного легче, если бы он был менее замечательным.

— Ты нормально восприняла эту новость? — спросил Джейк.

— Нет, — снова честно прошептала я.

— Тебе нужна компания? — продолжил он.